Грязная сказка (СИ) - Лабрус Елена - Страница 42

Чувствуя её скованность, он развернул её к себе.

— Красавица моя, что-то случилось? — он погладил пальцами её лицо, и Таня улыбнулась. Нет, сегодня она не скажет ему, что они должны расстаться.

Пожалуйста, только не сегодня, когда он так счастлив!

Таня больше не следила за Владом. Она верила ему. Верила безоговорочно, и это было главное, что изменилось в ней за то время, что они провели вместе. И она проклинала себя за то, что когда-то связалась с Янисом, с их организацией, что обратилась к нему за помощью. Сейчас проклинала. Но, что сделано, то сделано. И то, что попросил Янис, не оставляло в её жизни места Владу.

Они встретились с Янисом в обеденный перерыв, в кафе.

Всё такой же худой, с тонкой оправой очков на интеллигентном лице, тёмными влажными глазами, убранными в пучок выгоревшими русыми волосами, с браслетами на загорелых руках и замысловатыми амулетами, висящими на шее, он был похож на хиппи. И чувство раскрепощённости и свободы, которым всегда сквозило от него, только усилилось за тот год, что они не виделись. Но сейчас Тане он казался опасным, таким, каким он всегда и был.

Он поднялся, крепко обнял её, и облегчённо вздохнул, словно, наконец, нашёл что искал. А Тане его руки, его мускусный запах, его лёгкий вздох просто были знакомы.

— Оказывается, я скучал, — он отодвинул ей стул.

— Мы почти каждый день переписывались.

— Это другое. Держи, — он положил перед ней на стол флешку, а потом только сел. — Заказать тебе что-нибудь?

— Спасибо, Янис, но я спешу. Ещё надо успеть в кучу мест.

— Да, да, понимаю, — улыбнулся он. — Примерка платья, танцы, парикмахерская.

Она даже не удивилась. Он за ней следил.

— Я закажу только кофе. И не задержу тебя дольше, чем на пятнадцать минут, — Таня кивнула, он подозвал официантку, а когда она ушла, продолжил: — Надеюсь, твоей подруге понравится. Жаль, парнишка оказался слабенький, но мало ему точно не показалось.

— Я не буду говорить «спасибо», — нахмурилась Таня. — Я просто спрошу, что ты хочешь взамен.

— Да, ты всегда была девочкой умненькой, сообразительной, а ещё очень красивой и талантливой. Редчайшее сочетание. Уникальное. Выдающийся генетический материал.

— Хочешь опять использовать меня для своих опытов?

— О, нет, — улыбнулся он. — В этот раз никаких экспериментов. Я не предлагаю тебе выйти замуж, потому что выше всех этих убогих условностей. Но я хочу, чтобы ты родила мне ребёнка.

— Ребёнка? — Таня посмотрела на него с сомнением, а может даже с ужасом. — Зачем

— Я разве только что не объяснил? — в недоумении развёл он руками. — Я считаю, если твой генетический код скрестить с моим — это будет идеальное сочетание. Ребёнок с выдающимися данными. И мы воспитаем его свободным и в духе времени.

Таня промолчала, пытаясь это как-то осмыслить, а Янис продолжил:

— Или я воспитаю его сам. Твоё дело его просто родить. И, как ты понимаешь, это не обсуждается.

— Ты мог бы и не уточнять.

Принесли кофе, но Таня к нему даже не притронулась, он бы просто не полез ей в глотку. Зря она лелеяла надежду, что Янис всего лишь попросит её почку или глаз, или ещё одно сумасшедшее путешествие по миру в поисках странных сексуальных обрядов. Пусть её снова будут мазать соком ядовитых растений, подвешивать вниз головой или сношать засушенным членом священного яка, только не ребёнок.

Таня посмотрела на узкую грудь парня — большинство этих побрякушек они привезли именно оттуда. Каждая якобы давала Янису какую-то силу, и за каждую Таню то трахал вождь малазийского племени, то до крови кусал потомственный шаман. А чего стоили ей татуировки маори, которые набивали заострённой палочкой в полной антисанитарии и без обезболивания.

Но она готова была пройти всё это снова, валяться в забытьи с тропической лихорадкой, блевать живыми гусеницами, которых заставляли её есть, чесаться до корост, искусанная блохами, только бы не то, что он попросил.

— А если я не смогу? — возникла в её мозгу, наконец-то, одна здравая мысль.

— Уверен, ты сможешь, — мягко улыбнулся он, допив свой кофе и посмотрев на часы. — Ровно пятнадцать минут. Ты свободна.

Это прозвучало как приказ, и Таня встала.

— Мне жаль, — сказал Янис грустно. — Но он тебя не достоин.

И оба они прекрасно понимали, о ком он говорит.

Глава 30

Наши дни

ТАНЯ

— Он тебя недостоин, — Эрик тревожно вглядывался в её каменное лицо. Он сидел рядом с ней на заднем сиденье маленького такси. Колени упирались в спинку водительского кресла. Пальцы нервно барабанили по бедру.

— Мы не будем про него говорить. Сейчас, — отрезала Таня.

— Как скажешь, — он хотел её обнять, но сдержался.

Она не могла говорить про Влада. Сердце её разрывалось от тоски — в его глазах было столько боли. А ещё блики света. Ей казалось это языки пламени, костёр, в котором он горит заживо, огонь, который ей не затушить своими слезами. Она снова заставляла его страдать. И в их вечной схватке никто и никогда не победит. Новый этап отношений — новые раны, и снова они разбежались, скуля и прихрамывая.

— До завтра? — спросил её Эрик, не смея прикоснуться, когда машина остановилась у Таниного дома.

— Я позвоню, — она поцеловала его на прощанье, обняв за шею.

Нет, его она не заставит страдать.

— Я дома! — крикнула Таня громко, закрывая входную дверь. Пусть Лялька знает, хотя скорее всего ей и не ответит. Медленная музыка, что доносилась из её комнаты и чужие женские кроссовки с серебристыми шнурками сразу убедили Таню в этом.

Она проверила, есть ли что перекусить и не надо ли сбегать в магазин. К счастью, не надо. Поставив на бортик ванны бутылку вина и фужер Таня погрузилась в мягкую пену.

Честно говоря, она надеялась, что к тому времени как она выберется, Лялькина подружка уже уйдёт — никого не хотелось видеть, ничего не хотелось знать.

Но початая бутылка опустела, подушечки пальцев сморщились как изюм, а их голоса всё ещё были слышны. Видимо, барышня решила остаться на ночь. И Таня, не желая превращаться в раскисшую туалетную бумагу, вышла.

В нос тут же ударил аппетитный запах жареного лука.

— Привет! — крикнула ей Лялька из кухни. — Я тут рожки с колбасой делаю. Здесь будешь есть или с нами в зал пойдёшь?

— С вами, — ответила Таня, отжимая концы волос полотенцем.

К тому времени как она переоделась, тарелки уже стояли на столике, и новая бутылка вина примостилась по центру, открытая и запотевшая.

Таня кивнула юной гостье, сидящей в углу дивана, на автомате вытерла салфеткой образовавшуюся на столе лужу и подложила пробковый кружок.

— У меня есть один знакомый, который тоже так делает, — подала голос девушка. — Так необычно для мужчины.

— На мебели от воды остаются пятна, — пожала плечами Таня. И подумала, что Влад тоже никогда не ставит на стол фужеры и бутылки без подставки.

— Меня Лера зовут, — не сводила с неё глаз девушка.

— А меня Таня, — она блаженно откинулась на подушки. После ванны клонило в сон и в голове шумело от вина.

— Так, вы тут уже познакомились? — пружинистой спортивной походкой вошла в комнату Ляля. В одной руке у неё парила сковорода, в другой она держала деревянную разделочную доску.

Она водрузила её на стол в качестве подставки и Таня болезненно сморщилась:

— Ляль, я же просила не ставить на доску горячее. Там есть специальные подставки.

— Ой, Тань, да она же всё равно уже вся чёрная, — помешала лопаткой Лялька своё блюдо, прежде чем раскладывать. — Что-то ты нервная какая-то. Устала или случилось что?

— Не знаю, — отмахнулась Таня, не желая делиться личным при гостье. — ПМС, наверно.

Она прикинула в уме даты. В принципе, пора. Она даже прикупила в Японии пару пачек каких-то эко-прокладок на всякий случай. И так долго их выбирала, изучая количество капель и картинки, сидя на корточках, что Эрик рассматривающий на верхних полках наборы одноразовых зубных щёток с пастой, не выдержал: