Чёрный вдовец (СИ) - Успенская Ирина - Страница 102

– Не увиливай, Рихард. Да или нет?

– Да, ваша светлость. Прошу вас, спросите иначе!..

– Иначе? – Ринка на миг зависла, пытаясь отрешиться от собственных эмоций и взглянуть на ситуацию глазами беспристрастного ученого, и у нее почти получилось…

– Ваша светлость, вас спрашивает доктор Курт! – на пороге будуара показалась Магда, умытая и причесанная, но с красными глазами.

– Курт? – Ринка нахмурилась. – Он здесь?

– На крыльце, мадам.

– Но ведь Людвиг сказал, что на доме защита и никто не сможет войти? – Ринка обернулась к Рихарду.

– Видимо, доктор Курт не заметил защиты над садом и слишком хорошо воспитан, чтобы ломиться в дом без приглашения, – Рихард снова был самой невозмутимостью.

– Вот как, доктор Курт. И что ему нужно, Магда?

– Он сказал, желает поговорить с вами о юном Бастельеро.

– Черт бы его!..

Сжав губы, Ринка напряженно размышляла: послать доктора Курта обниматься с Ктулху или все же поговорить? Да, в архиве написано, что он – глава ордена массенов, и что именно массены уничтожили всадников, но ведь это было три сотни лет назад! Не может быть доктор Курт вселенским злом, он для этого слишком ученый и слишком человек. Ну, какое из Петечки зло? И вообще, вряд ли ей что-то угрожает в доме Бастельеро, если уж даже доктор Курт не может в него войти. А ей надо срочно, немедленно хоть с кем-то поговорить!

– Гнать его в шею? – кровожадно предложила Магда.

– Нет. Рихард, пригласи доктора Курта в гостиную, скажи, я скоро спущусь. И вели подать чай.

Что ж, самый лучший способ взглянуть на ситуацию глазами беспристрастного ученого – это пообщаться с настоящим ученым, отвлечься и вернуться к вопросу на свежую голову. Так что спасибо вам, доктор Курт, за своевременный визит.

Пока Магда, героически сжав губы и не смея даже сочувственно вздохнуть (спасибо тебе, заботливый Рихард!), ее умывала, одевала и причесывала, Ринка размышляла. Конечно, она решилась на разговор с Куртом больше на эмоциях, чем по уму. Но теперь, вспоминая все, что знает о докторе, массенах, драконах и местных интригах, Ринка убеждалась – решение правильное. Разумеется, доктор Курт преследует собственные интересы, но ведь так поступают абсолютно все! Зато он единственный, кто может защитить ее от короля и Людвига.

При мысли о Людвиге Рина поморщилась. Считать его предателем и обманщиком было чертовски больно. И чертовски не хотелось считать себя доверчивой дурой. В конце концов, даже если Людвиг выполнял приказ короля, он все равно ее желал! Искренне желал! Уж это-то даже маг подделать не может!

К щекам прилил жар, в животе потяжелело, и Ринка велела себе прекратить грезить о великолепном любовнике, а подумать о делах насущных. То есть о Петере Курте.

Итак, надо его выслушать, но ни в коем случае ни на что не соглашаться и никуда с ним не ходить. И ничего не подписывать. Все просто, не так ли?

– Мама! – Фаби влетел в будуар одновременно с воплем, врезался в Магду и принялся прыгать вокруг. – Правда, что у нас в гостях настоящий ученый? А Отто сказал, что все ученые – вредные занудные стариканы, которые только и умеют, что бюджет просаживать! А что такое бюджет? А куда его сажают? А можно мне на него посмотреть? Мне очень-очень надо! Ну, мам!

Драконенок сыпал вопросами с такой скоростью, что даже Магда не смогла вставить ни словечка, хоть и была возмущена до глубины души таким бесцеремонным вторжением в священный ритуал причесывания. Она даже почти стукнула мальчишку расческой, но пожалела, только отпихнула подальше, чтобы не мешался.

– Ну ма-ам! – Фаби уже зашел с другой стороны и умильно заглядывал Рине в глаза.

Вот же поганец! То он взрослый, то он маленький, то настоящий аристократ, то шкодливый пацаненок – и не угадаешь, что он отчебучит в следующий момент. Понятно только, что наивным и маленьким он только прикидывается, а своего настоящего интеллекта наверняка ни разу и не показал. Интересно, все дети такие или только драконьи?

– Людвиг запретил принимать гостей без него, – покачала головой Ринка. Не то чтобы она собиралась прогнать Курта, но было ужасно интересно, что на это скажет Фаби.

– Пфе! – драконенок лукаво подмигнул ей. – На доме такая защита, что даже полсотни драконов не прорвется, не то что какой-то ученый! Тебе точно ничего тут не грозит, кроме смерти от скуки. А профессор наверняка скажет что-то важное и интересное! Идем, ну идем же! Ну ма-ам! А то опять все интересное достанется Людвигу, а тебе он ничего не расскажет. Про приказ короля же не рассказал!

Рина поморщилась. Фаби с истинно детской жестокостью наступил ей на больное место, совершенно не подумав, что ей может быть неприятно.

– Фаби, что ты такое говоришь! – вступилась за ее нервы Магда, но драконенок только отскочил подальше, встал напротив Ринки и упер кулаки в бока.

– Ты, конечно, можешь и дальше притворяться глухой и слепой, доверять Людвигу и даже не пытаться ничего выяснить, а я – нет! Я хочу знать правду!

Ринку посетило дежавю. Где-то она уже это видела! Или думала? Не она ли сама только что желала знать правду?

М-да. Интересно, дракон – менталист? Или телепат? Как плохо она на самом деле его знает! А его маскировка под девятилетнего мальчишку уже трещит по всем швам.

– Я тоже хочу знать правду, Фаби, – ответила она, глядя драконенку в глаза.

Разумеется, тот сделал вид, что не ничего не понял. Радостно улыбнулся, подпрыгнул и бросился к ней в объятия. Совсем как ребенок… или она зря придумывает себе черт знает какие сложности? Он же и есть ребенок!.. Ладно, с Фаби можно разобраться попозже, а сейчас – доктор Курт, тайные ордена, интриги и спецслужбы.

– Магда, ты закончила?

– Сейчас, мадам, последняя шпилька! Вот, смотрите, какая вы красивая!

Скептически оглядев свою физиономию в зеркале, Ринка только вздохнула. Несмотря на волшебные примочки от фрау Шлиммахер, покрасневшие веки ее выдавали. Не надо быть магом, чтобы понять: она только что плакала.

И пусть.

И ладно.

Это ее личное, неотъемлемое право – плакать, когда ей вздумается. Вот так-то.

Доктор Курт ждал ее в гостиной и поднялся навстречу из глубокого кресла: как всегда, с приятной улыбкой, в строгом серо-синем сюртуке с белым, элегантно повязанным шейным платком, в руках букет незабудок (осенью!), трость с набалдашником из слоновой кости прислонена к креслу.

– Рина, ты сегодня обворожительна. Надеюсь, не я послужил причиной твоей грусти?

– Что вы, доктор Петер, – приняв букет, Ринка отдала его подбежавшей Магде и присела в кресло напротив. Фаби встал рядом, сложив руки за спиной и с любопытством разглядывая гостя.

Курт тоже сел, ровно на две секунды позже нее, с не меньшим любопытством оглядел Фаби, но тут же перевел взгляд на Ринку и ей улыбнулся.

Интересно, а где были его изысканные манеры и галантность, когда он был Петечкой? Да и черты лица, если присмотреться, отличаются… и голос чуть иной – хотя интонации очень похожи. Спросить или не спросить?..

– Прости, я без приглашения, – тоном, подразумевающим, что извинения – лишь дань этикету, а на самом деле они слишком близки, чтобы обращать внимание на такие мелочи, сказал Курт.

– Вы же знаете, я всегда рада вас видеть, – поддержала игру Ринка и кивнула на драконенка. – Позвольте представить: Петер Фаби Бастельеро, доктор Петер Курт.

Бровь доктора Курта едва заметно приподнялась, а Фаби удивленно глянул на Ринку, но никак не прокомментировал ни сокращение своего второго имени, ни совпадение, слава Барготу и его матери!

Ринка таинственно улыбнулась Курту и тоже ничего не прокомментировала. Честно говоря, ей смертельно надоело играть в неведение, но она сомневалась, что стоит прямо сейчас заявлять, что она все знает. Вдруг – не все?

– Фаби, ты можешь присесть, – она указала на третье кресло. – Мальчик безмерно любознателен, а тут – возможность познакомиться с самим главой Академии Наук!

– Я тоже очень рад возможности познакомиться с наследником рода Бастельеро, – Курт сдержанно кивнул мальчишке. – Только сегодня утром я разговаривал со своим старым другом, наставником принца Отто. Он попросил моего совета по составлению учебной программы для мага-универсала редкой силы.