Борьба или бегство (СИ) - Уманский Виктор Александрович - Страница 44

Из одежды на Саше были только шорты и обвязка для кайтинга, и фигура его выглядела довольно мощно. Под загорелой кожей перекатывались мышцы, окрепшие не в фитнес-клубе, а в постоянных занятиях активным спортом на воздухе. Под обвязкой, туго затянутой на торсе, собрались складки кожи, и я предположил, что раньше Саша был существенно полнее.

Выяснилось, что в воду мы не идём: первые несколько часов посвящались пилотажу. Я, пусть и с небольшим опозданием, всё же намазался кремом от загара, щедро нанеся его на шею, руки и стопы. По грунтовке мы отправились наверх - ближе к центру косы. От короткого подъёма стало ещё жарче, и я вытер лицо футболкой. Сашин голый торс блестел от пота. Вокруг нас раскинулась степь с колючими кустами и очень редкими и низкими деревьями. Повсюду сновали жуки и бабочки.

Саша выдал каждому из нас маленький учебный кайт, которым мы должны были научиться управлять, стоя на твёрдой почве. Он прочитал небольшую теоретическую лекцию о том, какие есть зоны ветра, и как их использовать. Мне Сашины объяснения были в целом понятны, но всё же было видно, что теория - не его конёк. Он путался, перескакивал с одного на другое, не сразу понимал уточняющие вопросы. Но стоило ему взять в руки планку для управления кайтом, как профессионализм его стал очевиден. Кайт легко порхал во всех направлениях, то взмывая в зенит, то опускаясь к самой земле. Саша разворачивал его так, что верхний и нижний край менялись местами; кайт начинал пикирование, но Саша неизменно успевал выровнять его - в самый последний момент, и всё же - без суеты. Казалось, он просто не может ошибиться. При взгляде на него можно было подумать, что управлять кайтом не сложнее, чем помахать флажком. Хотелось поскорее взять в руки планку и самому приручить ветер.

Вскоре демонстрация была окончена. Я, Лёха, Таня и Света разошлись подальше друг от друга. Саша помогал каждому из нас запустить кайт: для этого кто-то должен был взять его в руки, отойти подальше, поймать ветер и плавно направить кайт вверх. Когда мой кайт впервые взмыл в воздух, меня наполнило чувство робкого восторга: вот он, в небе, чутко реагирует на каждое моё движение!

Понемногу я осваивался, перемещая кайт по небосводу и вводя в различные зоны ветра: зенит, рабочую зону и зону силы у самой земли. Время шло, и пилотаж у меня получался всё лучше, а жара мучила всё сильнее. На голубом небе не было ни облачка, и солнце палило нещадно. Стоять было тяжело, мучительно хотелось пойти в воду или хотя бы в тень. Большую часть времени кайт находился в окрестностях зенита, и полуденный свет бил в глаза, оставляя на сетчатке разноцветные пятна. Шея разболелась от того, что голова постоянно была запрокинута. Хотелось опустить голову и размять шею, но это было чревато потерей контроля. Футболка давно пропотела насквозь и плотно облепила тело. Крепко держа планку и неотрывно следя за кайтом, я буквально чувствовал, как крем от загара стекает с моей кожи вместе с потом.

Руки начали побаливать. Мельком посмотрев на них, я увидел, что они покраснели.

Я вывел кайт в зенит и стал наблюдать за товарищами. Таня, как обычно, быстро освоилась и легко играла своим кайтом метрах в тридцати от меня. Света держала кайт в зените, а Саша возился с Лехой: похоже, у того были самые большие трудности.

Когда все более-менее освоились с маленькими кайтами, запуская их с земли, пришло время попробовать с большими - и из воды, куда я тоже полез в футболке. Это оказалось уже сложнее и интереснее. Маленький учебный кайт при всём желании не мог заставить потерять равновесие, большой же, если ловил сильный ветер, мог спокойно выдернуть из воды и протащить за собой несколько метров. Когда это делается специально, и кайт остаётся в воздухе, это называется «body drag», а когда случайно и из-за кривых рук - то «ты уронил кайт, теперь стой и поднимай». Чтобы поднять его с поверхности воды, нужно было встать, дико упираясь пятками в дно, и тянуть на себя одну сторону планки, чтобы кайт повернулся боком и взмыл в воздух. В момент взлёта нужно было отпустить планку от себя и выровнять кайт в зените. Если же этого не сделать - а сразу научиться ловить этот момент было не так-то просто, - то кайт резко дёргался в другую сторону, опрокидывая своего хозяина лицом в воду, и всё начиналось заново.

Во второй половине дня ветер ослабел, и управляться с кайтом стало очень тяжело - он постоянно норовил грохнуться в воду, даже без ошибок в управлении. Саша махал нам с берега, призывая возвращаться. Домой мы приехали уставшими и обгоревшими. Аккуратно стащив с себя футболку, я увидел, что у меня появились ярко-красные «рукава». Таня вытаращила глаза, а я решил в следующий раз заниматься без футболки - хотя бы создам единообразие.

* * *

Кайтеры пригласили нас на вечерние посиделки, куда мы и направились часов в десять. Чтобы не думать каждый раз, как назвать помещение, где я познакомился с инструкторами, я решил называть его гаражом. В конце концов, там ведь были запаркованы доски!

У входа валялась куча шлёпок, мы скинули свои и вошли. В гараже, прислонившись к стенам, уже сидели пятеро: Рома, Саша, девушка лет тридцати и двое парней лет по двадцать пять - двадцать семь. Девушку звали Марина, и она оказалась женой Ромы.

Парней звали Борис и Сева, они приехали из Питера. Мы расселись, и я разговорился с Борисом. К моему удивлению, он оказался владельцем сети так называемых «антикинотеатров» под названием «Кино-романтика». Сеть имела филиалы в Питере и Москве, и с ними мы когда-то сотрудничали по услуге «Свидание в кинотеатре».

Пока мы болтали с Борисом, Таня и Света завладели вниманием других мужчин. Девушки рассказывали о себе, и Танин рассказ выходил весьма увлекательным. Наш с Борисом разговор иссяк. Теперь уже Саня начал травить байки, и все смеялись, а Таня - громче всех. Её смех почему-то задевал меня, вызывал тянущее ощущение внутри. Оно становилось ещё сильнее от того, что мне приходилось так же беззаботно смеяться. Сутками ранее я трепетал перед атмосферой кайтерского гаража, теперь же мне захотелось оказаться как можно дальше отсюда.

- Кстати, Сань, а что там с травкой? - спросил я.

- А, послезавтра будет, скорее всего.

Поток историй начал иссякать, и Борис перехватил инициативу. Зацепившись за какой-то повод, он завёл нуднейшую лекцию о пользе вегетарианства. Таня сидела напротив меня, держа в руках телефон, и строчила кому-то сообщения. «Кому-то по имени Ваня», - с горькой усмешкой подумал я.

Хотелось поймать взгляд Тани, но она не смотрела на меня. Я негромко сказал:

- Эй, Тань!

- Что? - она подняла глаза.

- Кому пишешь?

Я постарался, чтобы вопрос прозвучал легко и шутливо.

- Догадайся, - ответила она, скорчив гримасу.

- М-да, - я засмеялся.

Меня занимал вопрос: каковы на самом деле мои желания? Взять хотя бы Ваню: у него, по сути, было то, о чём я так мечтал - влюблённость Тани, её готовность встречаться. Хотел бы я оказаться на его месте? Чёрта с два! Таня обманывала его раньше и сделает это снова, дай ей лишь повод. А когда она наконец добьётся Вани, долго ли они будут вместе? Или же он, покорившись, перестанет быть таким желанным?

Нет уж, мне лучше было оставаться на своём месте. Это было столь же легко понять логически, сколь трудно прочувствовать. Я всё ещё был влюблён в Таню.

На меня с новой силой накатило одиночество. Была только полночь, а я устал так, будто всю ночь наматывал круги по стадиону.

- Ребята! - сказал я громко, привлекая внимание. - Спасибо за вечер. Денёк был тяжёлый, пойду спать.

- Спокойной ночи! - пожелали мне все, и я с улыбкой помахал рукой на прощание.

Мне хотелось, чтобы Таня ушла со мной, но я знал, что она любит ночные тусовки. От окна нашей комнаты до двери гаража было всего метров пять, и я, лёжа в постели, отлично слышал разговоры и смех. Когда смеялась Таня, мне становилось нехорошо. Я чувствовал дикую усталость, но не мог заснуть из-за тревоги: что Таня делает в гараже в моё отсутствие?..