Лилия для герцога (СИ) - Казакова Светлана - Страница 49

Ещё некоторое время понаблюдав за прогулкой этих двоих, баронесса де Кастеллано зашагала к своей спальне — следовало подготовиться к вечеру. Арнальдо её сегодня к себе не позовёт, так что можно нанести приватный визит в комнату герцога. И напомнить ему об их прошлом.

Но какое надеть платье? Синее, под цвет его глаз? Или красное, оттенка страсти? В каком она будет выглядеть наиболее соблазнительно? Поразмыслив, Виенна остановила выбор на нежно-персиковом наряде и белой нижней юбке из тонкой прозрачной ткани. С глубоким декольте по моде и тонкой вышивкой. Порок и невинность — изумительное сочетание.

Мужчине не устоять!

Распорядившись, чтобы камеристка приготовила платье к вечеру, баронесса зашагала к тронному залу. Похоже, разговор короля с герцогом де Россо ещё не закончился. А невеста-северянка отправилась на очередную примерку нового гардероба. На то, в чём она приехала из своего Хальфдана, смотреть было страшно. Если все тамошние женщины одевались так же, их мужей оставалось только пожалеть.

И всё же — Виенне непросто оказалось это признать — Эльса пугала её. Тем, как смотрела, будто замораживая взглядом. Тем, как уверенно держала нож за столом, как ловко стреляла из лука — однажды баронессе удалось подглядеть за её тренировкой. Княжна ничем не походила на местных девушек. Разумеется, она знала или догадывалась о том, что происходило между баронессой де Кастеллано и его величеством, однако пока никак не показывала своего отношения к их связи. Как и того, что думала об Арнальдо. Наречённая говорила с ним безупречно вежливо, тщательно подбирая слова на чужом языке, но на предпринятые им пару раз попытки как-то сблизиться с ней реагировала так, словно в её жилах текла не кровь, а холодные воды омывающих берега Хальфдана морей.

Глава 38

Прогулка в компании Бруно Манчини немного подняла мне настроение после встречи с Виенной и несколько примирила с резиденцией его величества короля Арнальдо. Вблизи скульптура над фонтаном оказалась ещё прекраснее, чем из окна кареты. Я несколько раз обошла вокруг неё, любуясь и с трудом веря в то, что подобное совершенство может быть созданием человеческих рук.

Я почти забыла о времени, но мой спутник напомнил, что пора возвращаться, и милостиво проводил меня обратно во дворец. Вернулись мы вовремя — Себастьян как раз успел закончить беседу с королём, и тот отпустил его. Но, увы, с условием, что до помолвки мы поживём под одной с ним крышей.

— Не хочу здесь оставаться, — пожаловалась я. — Мне неуютно… И фрейлиной быть тоже не хочу.

— А кто сказал, что ты должна стать фрейлиной? — насторожился герцог.

— Ну… мне на такую вероятность намекнули, — уклончиво ответила я, ещё не решив, нужно ли выдавать баронессу де Кастеллано, намерения которой пока оставались загадкой, но явно не обещали мне ничего хорошего.

— Я против, — твёрдо заявил супруг, и его лоб прорезала хмурая складка. Похоже, гораздо лучше меня самой зная нравы в окружении короля, он не питал в отношении большинства придворных никаких иллюзий. — Ты вернёшься со мной в замок де Россо.

— Осмелюсь заметить, что полностью согласен с вами, — произнёс Манчини, о котором я уже почти успела забыть — настолько тихо и неприметно он держался, оставаясь поблизости. — Вы не созданы для этого места, ваша милость. Оно не для вас.

— А вы что тут делаете? — обратился к нему Себастьян, и тот, пожав плечами, улыбнулся в ответ.

— Всего лишь помог вашей жене не заблудиться и показал ей фонтан в саду.

— И я очень вам благодарна за помощь, — прибавила я.

— Присоединяюсь к благодарностям, но сейчас мне бы хотелось поговорить с Лилиан наедине, — сказал герцог, и Бруно деликатно отошёл, поклонившись на прощание. — Я отправлю к Янису слугу с запиской. Он привезёт наши вещи.

— Янис будет собирать для меня платья? — округлила глаза я.

— Думаю, он предоставит Розите этим заняться. Не волнуйся. Долго мы тут не пробудем. Помолвка уже совсем скоро. И то, что нам придётся пожить некоторое время здесь, не означает, что нельзя будет гулять или, как ты и хотела, отправиться в лес.

— Правда? — воодушевилась я. — Но ведь после помолвки назначена ещё и свадьба. На неё нам тоже надо будет оставаться?

— Посмотрим, — отозвался Себастьян. Он выглядел чем-то озабоченным, и я не стала говорить ему о том, что успела пообщаться с Виенной. — А теперь пойдём, я покажу тебе наши комнаты.

Две со вкусом обставленные просторные спальни располагались совсем рядом друг с другом, однако я бы не возражала, если б нас, как на постоялом дворе по пути в Лиарнесс, поселили в одну. Но аристократы жили не так, как простые люди. В их среде было заведено, чтобы супруги обитали в разных комнатах, лишь время от времени проводя ночи вместе, и меня бы не поняли, начни я требовать для нас общую спальню в королевском дворце.

Осмотревшись и выпив принесённый для меня горничной прохладительный напиток, я пообещала себе, что справлюсь. Что не стану поддаваться на провокации баронессы, которая наверняка продолжала на меня злиться. Что буду вести себя так, как подобает жене герцога из древнего рода, и не позволю ни ему, ни Ортензии де Россо, чья незримая тень нависала над моей головой, стыдиться меня.

Эти обещания звучали гордо, однако на деле я не чувствовала полной уверенности ни в чём. Я будто стояла на ненадёжной поверхности плота, балансирующего на волнах, которые с каждым мгновением становились всё выше. Меня терзали дурные предчувствия, а сонное спокойствие, наполнявшее резиденцию короля Арнальдо, казалось затишьем перед бурей. И всё же я верила — если не в себя, то в своего мужа. В того, кто, как я надеялась, сможет со временем принять меня с моей тайной и не оттолкнуть, не оставить в беде, как когда-то сделал с той девушкой из Хальфдана его отец.

Обедали мы вдвоём в комнате Себастьяна. К счастью, сегодня нас не заставили трапезничать в общей столовой в окружении других придворных, и я понадеялась, что у меня и далее получится избегать их общества. С кем бы мне хотелось поговорить, так это с невестой его величества, но, несмотря на то, что нас друг другу представили официально, подойти к ней по собственному почину я бы не осмелилась, следовало, чтобы кто-нибудь стал посредником между нами.

Ближе к вечеру приехал Янис с вещами, доставить которые его попросили. Тащить их ему помогал королевский слуга, с любопытством посматривающий на северянина. Похоже, наш друг огорчился из-за того, что ему предстояло остаться в особняке без нас, и я его чувства полностью разделяла. Прежде я думала, что мы всего лишь нанесём визит во дворце, а снова возвратимся сюда лишь в день помолвки, но король Арнальдо решил по-своему. Уж не для того ли, чтобы угодить Виенне, которая, судя по всему, жила здесь с полным основанием, несмотря на то, что у неё в столице тоже имелся собственный дом? Но неужели его величеству приятно осознавать тот факт, что герцогу придётся делить кров с бывшей любовницей? Нет, никогда мне не понять этих людей и то, что ими движет!

— Ты уверена, что сможешь находиться здесь рядом с баронессой? — поинтересовался хальфданец, когда я вызвалась проводить его к выходу из дворца, чтобы переброситься несколькими словами наедине. Слуга следовал за нами на почтительном расстоянии, так что наш разговор до него не доносился. — Справишься?

— А у меня есть выбор? — вздохнула я. — Постараюсь. Ты ведь знаешь — если кто-нибудь что-то заметит или догадается, мне несдобровать…

— Я-то рассчитывал, что мы наконец-то возобновим наши уроки, — проговорил собеседник, и я кивнула в ответ, поскольку и сама на это надеялась. А теперь о занятиях с колдуном оставалось только мечтать. В замке нам мешали Ортензия и шпионящие за мной по её наводке слуги, здесь — король, баронесса де Кастеллано и куча придворных, которые наверняка не упустили бы возможность обвинить меня в колдовстве, если б им представился хоть малейший повод для таких подозрений. В окружении их надменных лиц и показной роскоши я чувствовала себя чужачкой, самозванкой. Казалось, будто вот-вот услышу за спиной насмешливые слова о том, что воспитанная в обители безродная девчонка напялила дорогое платье, возомнив себя герцогиней, но ослица в нарядной сбруе никогда не станет скаковой лошадью. Так сказала Виенна, адресуя своё замечание обо мне Иларии, когда они покидали особняк после ужина с нами. Уверена, она знала, что я её слышу.