Дорогами судьбы (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 104

А между тем жизнь в княжествах шла своим чередом, и Ивэн, а вместе с ним и Миа постепенно втягивались в круг забот, посевная и добыча руды, весенний лов рыбы и торговля, все требовало высокого внимания княжеской четы.

Гелла понемногу отодвигалась в тень, помогала, поддерживала и ровным счетом ничего не решала, князь должен княжить сам.

А вокруг распускалось лето, принц и герцог пользуясь свободой от дворцового этикета целыми днями просто наслаждались жизнью: устраивали скачки, плавали на перегонки, наслушавшись северных легенд о страшном чудовище, живущем в озере, ныряли до самого дна и радовали княгиню и ее подругу огромными перламутровыми раковинами, в которых иногда встречался жемчуг. Князь лишь вздыхал, и старался пораньше удрать с очередного обсуждения таможенных правил или налогов на ловлю рыбы.

Постепенно сложилась кампания молодежи, в которую вошли и молодые оборотни и люди и кое-кто из свиты княгини Миаленн. Оборотни на полном серьезе пытались ухаживать за Геллой, поясняя ей, что стать супругом старшей женщины рода большая честь:

— Мамми, это как всеобщая бабушка, — пытался объяснить герцогине свое понятие один из молодых воинов.

— Хорошая же из меня бабушка! — засмеялась Гелла.

— Возраст не важен, когда мне было лет десять, я видел, как мамми стала девочка лет двенадцати, она ходила в лес за грибами, и на нее наткнулся парень, который не успел добраться домой до оборота. Она спасла его разум, хотя он сильно напугал и укусил ее, и я видел, как ей кланялись даже старики.

Гелла посмурнела, вчера опять пришло письмо от короля вампиров, она писал, что саркофаг Силена скрылся в мутной пелене целиком, и он не берется сказать, что это означает. Лето было в разгаре, Калабриан уже начинал поглядывать в сторону границы, ведь до столицы еще нужно добраться, а она все еще сомневалась в своем решении.

Однажды вечером, после длинного дня на озере, Геллу поймала Миа:

— Пойдем, посидим у очага, волосы посушим, — кивнула принцесса на пару кресел в закутке у маленького очага.

Девушки присели, вытянув ноги к теплу, и занялись волосами, мерное движение гребней успокаивает, настраивает мысли на текучий лад, а если еще при этом смотришь в огонь, многое кажется пустяком.

— Ты поедешь с принцем, или вернешься в поместье Силена? — Миа как всегда не искала обходных путей.

Гелла вздрогнула, выныривая из грез:

— Надо ехать в столицу, схожу в храм, отдам долг Родине, а потом поеду к Силену, твой папа пишет, что саркофаг уже весь затянуло молоком, и он не знает, чем это кончится.

Миаленн странно нахмурилась:

— Ты не слишком доверяй моему папе, он конечно обаятелен и замечателен, но он правитель и всегда готов заполучить лишний козырь в копилку. Вообще, я бы предпочла, что бы ты осталась со мной, — принцесса вздохнула и поморщившись тихо проговорила, — кажется, князь успешно справился с продолжением рода.

— Поздравляю! — Гелла просияла.

— Спасибо, — ворчливо буркнула Миа, — Иву только не говори, замучает меня от счастья. Так вот, как ты понимаешь, я бы хотела, что бы ты была рядом, но решать где и с кем жить ты должна сама, а я поддержу любое твое решение.

— Даже если я выйду замуж за Калабриана? — лукаво усмехнулась герцогиня.

— Даже за него, — серьезно кивнула Миа, — потому что от твоего счастья зависит счастье моей семьи.

Гелла в ответ только вздохнула, стоит пожалуй хорошенько отдавить ногу той леди, которая не пожалела времени сил и денег на устранение невесты наследника!

Проведя вечер в уютных разговорах о будущем наследнике или наследнице княжеской четы, герцогиня шла в свои покои, и неожиданно налетела на кого-то в темноте. Защитная реакция и у оборотней и у вампиров очень быстрая, почти мгновенная, но не успела девушка выпустить когти или хотя бы выпустить клыки, как ее крепко прижали и поцеловали! Воинственный рык перешел в девичье трепыхание, а еще через минуту она сама с любопытством коснулась кончиком языка нежной внутренности мужского рта.

Калабриан весь день не сводивший с нее глаз пах травой нагретой солнцем, сладкими ягодами, собранными на опушке, и чем-то остро— мужским, присущим только ему. Потерявшаяся в поцелуе Гелла не сразу поняла, что уже осталась одна, и растерянно огляделась: узкий коридор ведущий к покоям княжеской семьи, и совсем не темный, у двери княгини горит светильник, да и как ее, полувампира сумели застать врасплох? Коснувшись рукой припухших губ, она шмыгнула в спальню и вскоре уснула, забыв поужинать.

А утром принц официально обратился к князю с просьбой отпустить леди Геллу в качестве официального представителя северных княжеств в королевстве людей, и Ивэн поддержал просьбу!

Возмущению Геллы не было предела! Громко хлопнув дверью она вылетела из княжьего дома и взяв на конюшне лошадь помчалась прочь от шумного, заполненного народом княжеского двора.

Ветер быстро охладил алеющие щеки, а прохладный полумрак и запах хвои успокоил сердце. Не стоило так возмущенно выбегать из княжьего дома, принц прав, он здесь с официальным визитом, и должен спросить разрешение хозяина дома. И Ивэн прав, ведь она сама сказала Миаленн, что поедет в королевство людей, не смотря на отсутствие горячего желания.

Посокрушавшись немного над своей глупостью, герцогиня спешилась и расправив юбки традиционного женского наряда северянок, прошлась тонкими мягкими туфельками по усыпанной хвоей земле. Ее тянуло присесть на пышную подушку мха, вытянуть ноги и подставить лицо ласковому солнцу, пробивавшемуся сквозь хвою, и она так и сделала, только сначала окружила полянку сторожками.

Наверное, Гелла задремала, и не услышала звона сторожков, потому что когда открыла глаза рядом с ней сидела женщина. Простое платье из серой ткани чуть отливающей зеленью, сбегающая к поясу светлая коса, женщина повернулась, демонстрируя лукавые голубые глаза, смешливые ямочки на румяных щеках и янтарные бусы на длинной шее: любая местная красавица подошла бы под это описание, и в то же время, было в незнакомке что-то иное. Удивляясь себе, Гелла втянула носом прогретый солнцем воздух и поняла в чем разница: сквозь ароматы хвои и земли пробивался стойкий запах цветущего луга, ароматных курений и меда.

— Узнала? — склонила голову на бок незнакомка.

— Богиня? — не веряще прошептала девушка.

— Она самая, решила вот тебя навестить, не все ж жениха твоего запугивать.

— Жжжениха?

— Конечно жениха! Или ты замуж не хочешь? — богиня прищурилась, словно смотрела на яркое солнце.

— Хочу.

— Вот и не спорь, зря, что ли в тебе столько сил да кровей собралось.

— А как же Силен?

— А что Силен, ему еще лет двадцать в хрустале куковать, как раз дочку подрастить успеешь.

— Что? — Гелла замотала головой пытаясь разогнать морок.

— Да ты не бойся, король этот вампирский дурит тебя, понял, наконец, черт старый, что из рук своих упустил, вот и пытается вернуть, да привязать покрепче, но я уж ему объясню, что б руки при себе держал. — Богиня еще раз внимательно посмотрела на Геллу, и лукаво улыбнувшись, добавила, — приснилось!

И тотчас на девушку налетел ворох бабочек, мягко шелестящих крыльями, взмахнув рукой, что бы отогнать их от лица Гелла ударила руку и испуганно распахнула глаза: над ней склонялся принц, потирая ушибленную щеку.

— Что случилось, леди? Вы лежали неподвижно, и вокруг эти бабочки…

Приподнявшись, Гелла увидела, что вокруг на траве, на деревьях и земле сидят серо-зеленые бабочки с янтарными капельками на кончиках усиков и осторожно раскрывают-закрывают крылышки.

— Приснилось, — пробормотала девушка, и встала, оперевшись на руку принца, — простите Ваше Высочество, приснилось что-то…

Вдалеке звякнули колокольчики, донесся легкий смех и Калабриан ощутимо вздрогнул.

C того дня Гелла ходила странно задумчивая и печальная: в лес больше не заглядывала, подруг, чуралась, зато не желала оставаться одна. И то лихорадочно принималась укладывать солидную груду подарков, платьев и гримуаров, то бросив все, носилась с детьми дружинников в догонялки, прячась в их толпе от Калабриана желающего поговорить. А однажды даже упилась вместе с пожилыми женщинами медовухи, и долго плакала непонятно о чем.