Дорогами судьбы (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 118

Этим утром бродить по базару барону Куртелю, больше известному как Тик — Свиное Ухо, было скучно. Никаких новостей, все скучно и мирно: торговцы торгуют, покупатели покупают, воришки снуют в толпе, а стражники лениво посапывают в тенечке после пары кружек забористого кваса.

Но вдруг наметанный взгляд барона выхватил в рыночной толпе знакомый силуэт: высокая, грубоватая женщина с корзиной. Уже несколько месяцев барон кружил вокруг миленькой леди, которая появлялась всегда в сопровождении строгой старухи и пары усатых ветеранов. Леди была очаровательно, но держалась отстраненно, попытавшись узнать больше, Тик уткнулся в стену, немного помогло случайно услышанное имя — леди Сепфора, довольно редкое для этих краев, но узнать о ее жизни больше не получалось. Да живет в холостяцком доме герцога, но герцога там сейчас нет. Да явно дворянка, отличная хозяйка, сама нанимает слуг и контролирует закупку припасов, но больше не известно ничего. Даже управляющий герцога, на которого удалось выйти великим трудом уклончиво ответил, что леди находится под покровительством Его Светлости, и прихватив бутыль с настойкой с достоинством удалился.

Но сегодня старуха пришла одна, точнее не совсем одна: ее сопровождали сразу четыре ветерана, и закупали они изрядное количество мяса, копченостей, сыров и прочего провианта. Барон подошел ближе: да он не ошибся, покупки превышали обычные в несколько раз! Герцог вернулся? А что там было в последнем донесении? Сразу же сообщить о появлении герцога, принца или юной светловолосой леди, бывшей невесты Наследника?

Протолкавшись к тихому уголку агент нацарапал на клочке бумаги короткое послание и сунул его в небольшой серебряный шарик, сильно сжал произнося слова активации, и микропортал доставил писульку прямо в кабинет для сбора сообщений. Суховатый чиновник, дежурящий у подноса, принял клочок, занес в реестр и передал в нужное отделение разведки, через специальную трубу.

В кабинете прочли послание и тут же в устной форме изложили начальству. Начальник, одернув мундир, отправился лично доложить Его Величеству, и буквально через два часа (по меркам королевства неслыханная скорость!) король был в курсе того, что принц, скорее всего уже появился на территории королевства.

А дальше заработала тяжеловесная машина: забегали курьеры, поскакали в разные стороны гонцы с приказами, полетели голуби с короткими посланиями, и во всех говорилось только одно: помочь, сопроводить, не чинить препятствий…

Но увы, на местах эти послания получали разные люди и не люди, и постепенно вокруг столицы начало стягиваться кольцо: наемники, болтающиеся без дела, вдруг получали денежный контракт, и заполняли две-три корчмы на главном тракте. Маги — недоучки, перебивающиеся варкой приворотного зелья, вдруг получали кошель с монетами и приказ отслеживать все магические возмущения, а в случае выраженных всплесков подавать сигнал. Ветераны, уволенные в запас вдруг поднимались по тревоге и перекрывали узкие сельские тракты, не получив даже примет тех, кого надлежало задержать на пару дней, и потому отлавливающие всех, без разбора.

Кольцо сжималось, за пару дней вся эта пестрая компания перекрыла все доступные пути к столице, даже на реках дежурили баркасы, и множество мелких лодок сновали по фарватеру день и ночь.

28

В Сарриану принц и герцогиня въехали под тончайшими личинами мелких дворян, карета без гербов могла насторожить стражников, и потому Кэл навел простой грубоватый морок герба, одного из своих поместий. Гелла из яркой блондинки превратилась в тусклую, сутулую шатенку, с усталым лицом и морщинами, Калабриан обзавелся сединой, бородой и поношенным плащом с гербом рода: получилась вполне банальная парочка провинциалов, приехавших в Сарриану на яблочную ярмарку.

Стражники лениво скользнули по ним взглядом, и с презрительной миной приняли въездную пошлину, состоящую исключительно из медяков.

Поразмыслив Калабриан отпустил карету возле яблочного рынка, и взяв Геллу под ручку, как добропорядочный покупатель потолкался среди возов и телег, а потом спустившись в обжорные ряды и прикупив немного сладостей для отвода глаз, не спеша повел девушку к дому герцога.

Идти пришлось долго, несколько раз казалось, что случайные прохожие слишком внимательно смотрят в след, и путники сворачивали в переулки, пробирались к нужному дому через сады и дворики, но в конце — концов принц увидел знакомые ворота и постучал в них.

Утром Тирос проснулся от удивительного ощущения, которое бывает только в детстве: рядом пахло свежими булочками, земляничным вареньем и травным отваром с медом. Раздавался тихий звон ложечки и звуки льющегося в чашку отвара.

Распахнув глаза, герцог увидел умилительную картину: леди Сепфора в утреннем просторном платье сидела за маленьким чайным столиком у окна и добавляла в чашку молоко:

— Доброе утро Ваша Светлость! Хотите чаю?

— Доброе утро, леди. Спасибо за любезное приглашение, с удовольствием.

Однако, процесс выпрыгивания из кровати замедлился, сразу же как герцог обнаружил, что под тонким шелковым одеялом он совершенно обнажен, и весьма серьезно возбужден.

Заметив на краю кровати купальную простыню Тирос подтянул ее ближе, и закутавшись пробормотал:

— Прошу прощения, леди я на минуту.

Сепфора безмятежно улыбнулась, и намазала булочку маслом:

— Возвращайтесь быстрее, чай стынет, — и было в ее улыбке что-то такое, от чего Тирос едва не бросился к ней, что бы стиснуть ее теплую и манящую в объятиях.

В ванной обнаружился комплект домашней одежды: просторные мягкие бриджи, поношенная, но чистая туника и длинный вышитый жилет, призванный заменить камзол.

Переодевшись, герцог вернулся в спальню и присоединился к завтраку леди. После третьего глотка завязался неспешный разговор: леди Суонси с пристрастием хорошей хозяйки рассказала, где разместила знатных гостей, чем кормили и как развлекали. А герцог слушал звук ее голоса и млел, не вдаваясь в детали, но через час пришлось покинуть уютное убежище и спуститься к гостям.

В гостиной пока были только орки, настороженно рассматривающие родовое древо герцогов Тримейн начертанное на пластине из слоновой кости, и дополненное портретными миниатюрами.

Поздоровавшись, герцог сообщил Сатре и Нииру, что здесь они будут ждать Калабриана и леди Геллу, а потому дом и сад лучше не покидать, но любые удобства и покупки они могут получить с помощью любезной хозяйки. Потом подтянулись и остальные участники путешествия, и узнав, что свобода передвижения ограничивается из соображений безопасности, почти все вернулись в комнаты, отдыхать и наслаждаться уютом.

Калабриан и леди Гелла появились в доме герцога к вечеру этого же дня: уставшие, покрытые пылью и утомленные жарой они вошли в прохладную гостиную, в которой леди Суонси угощала дам лимонадом и охлажденными фруктами, как два бедуина-кочевника, вернувшихся из дозора. Коротко поздоровавшись, долгожданные путники тут же были отправлены умываться и переодеваться.

Верная Лиат уже была наготове, и Гелла с облегчением предалась ее заботам: девушка не ожидала, что жара и пыль утомят ее едва ли не больше путешествия в Драконьи горы в мороз.

Потом был ужин и короткий рассказ герцога о приключениях каравана. Когда подали жаркое из телятины и густой яблочный соус, Кэл тоже поведал историю с рудокопами, а Гелла похвасталась неожиданным везением на рыбалке. Всем было весело, над столом клубился легкий разговор, кормилица выставив всех слуг в кухню сама подавала кушанья, стараясь не мешать непринужденной атмосфере: не часто принц запросто обедает у герцога, одобрительно поглядывая на маленькую леди все никак не уезжающую в окончательно избавленное от родственных притязаний поместье.

Но все подходит к концу, завершался и этот вечер: леди Суонси, дабы дать гостям переварить пищу, села за клавесин, и леди Миат, страдающая отсутствием аппетита, вслушиваясь в мягкие звуки шелковых струн съела целую корзинку крошечных птифуров с яблочным джемом, а придя в себя, поспешила смущенно удалиться вместе с мужем, следом ушли Сатра и Ниир, голоса в гостиной зазвучали тише, отрешенней, подкравшись на бархатных лапках, ночь вступала в свои права.