Наемник (СИ) - Шейко Максим Александрович - Страница 11

Судя по тому, как Раш отзывался о здешней пограничной страже, контрабанда тут процветать должна. Да и обстановка по ту сторону границы способствует. Название таверны на степное происхождение "главного блюда" прозрачно намекает, опять же…

Мои дальнейшие размышления были прерваны деликатным покашливанием. Канцелярский крысеныш, сложив лапки на пузе, улыбался мне лучезарной улыбкой счастливого человека, не зря прожившего этот день.

— Думаю, что смогу вам помочь, мастер. К коннетаблю теперь, конечно, не попасть, но как раз сейчас в нашем городе гостит один мой старый знакомый — если уж кто и сможет с вашим делом пособить, так это он.

Глава XLII

— Сколько?

Мой визави расплывается в счастливой улыбке:

— Всего десять талеров, почтенный мастер. Всего десять талеров. Это ведь совсем немного для будущего офицера?

Блин, как все любят считать чужие деньги!

— Твой знакомец может выписать мне официальный патент?

После моего вопроса крысиная ухмылочка чинуши резко померкла, а глазки подозрительно забегали.

— Нет, сам он таким правом не обладает, но его командир, по заданию которого он находится здесь, безусловно, сможет…

— Тогда пять.

— Что?

— Пять талеров. Если я встречусь с ним сегодня. И если его командир действительно "безусловно сможет".

— Но…

Писарь обеспокоенно заерзал.

— Дело ведь к ночи, а по вечерам он редко остается у себя… Я полагаю, что завтра…

— Тогда четыре.

Глядя, как быстро сокращается его прибыль, бедолага занервничал всерьез.

— Полагаю, мы еще сможем его застать, но придется поторопиться.

— Тогда пошли. Время — деньги!

Видимо в этом наши мысли полностью совпадали, так как чинуша действительно не стал тянуть кота за причиндалы, быстро рассчитался с трактирщиком и шустро покинул приютивший нас шалман. Не прошло и четверти часа, как мы уже стучались в некрашеную дверь на втором этаже постоялого двора средней руки, располагавшегося все в том же восточном квартале, который, насколько я успел разобраться, был этаким местным аналогом "квартала красных фонарей". То бишь прибежищем сомнительных гостиниц, дешевых забегаловок, борделей самых разных ценовых категорий и прочих наркопритонов. Короче, всевозможных увеселительных заведений, призванных разнообразить унылый быт городских бюргеров и скрасить досуг гостей столицы. Такой вот средневековый "Диснейленд", сразу за которым начинались трущобы.

На стук из съемной каморки выбрался довольно интересный субъект, который при виде своего чиновничьего "друга" слегка скривился, а при виде меня — заметно напрягся. За оружие, однако, хвататься не стал (хотя стандартный драг у него на поясе имелся), а просто в меру любезно поинтересовался, какого, собственно, хрена нам тут надо? Мой спутник в ответ что-то энергично ему зашептал, тот переспросил, выслушал новую порцию объяснений, кивнул, после чего уже официально, то есть в полный голос заявил, что дальнейшие переговоры целесообразно перенести в более подходящее место.

На роль такого места была тут же предложена харчевня "Полкабана". Никто не возражал. Так что мы дружно спустились вниз, свернули за угол и буквально через пару минут уже располагались за столиком в прокопченном зале, под экстравагантной вывеской, изображавшей небритую кабанью задницу в профиль. Пока ожидали заказ, старожилы охотно пояснили мне, что изначально заведение называлось "У вепря" и кабан на рекламном плакате был изображен целиком. Но потом доска с изображением треснула, и лучшая часть вывески, увековечившая свиную голову с грозными клыками, оказалась похищена. Тратиться на новую хозяин счел излишне расточительным, а название заведения со временем трансформировалось само собой в соответствии с изменившимися реалиями. Такая вот поучительная история.

Дальнейшие разговоры прервало появление здоровенного подноса с жареной свининой, пивом и свежими лепешками, так что следующие минут десять были заполнены только сёрбаньем и чавканьем. Лишь когда большая часть еды оказалась уничтожена, а пиво подошло к концу, настало время деловых переговоров. Мужик, пригласивший нас сюда, сыто рыгнул, громогласно потребовал еще кружку пива, после чего соизволил, наконец, обратить внимание на меня.

— Так ты, значит, желаешь стать офицером?

— Да.

Дядька откинулся назад, демонстративно окинув меня оценивающим взглядом.

— Что здоров — вижу. Что не трус — верю. Доспехи справные и носишь как рубаху. За меч держаться умеешь. В солдаты я б тебя без разговоров взял. Даже на двойное жалование. Но офицер… Ты людьми-то командовал вообще? На войне настоящей бывал?

— Командовал. Бывал.

— Хм-м…

Лицо собеседника приняло озадаченное выражение. Ну да, понимаю. Сам-то он выглядел лет на 35, а добротная одежда "военного" покроя с характерными потертостями от амуниции и рваный шрам на левой щеке практически не оставляли сомнений в богатом боевом опыте. Я на его фоне смотрелся зеленым новобранцем, пусть и хорошо "заряженным".

— Не сочтите за неуважение, мастер, но есть ли какие-то подтверждения?

Эх, нигде-то нам не верят… Я молча вытер руки о чистую тряпицу и аккуратно вытянул за цепочку "стенолаза"[9]. Хорошо, что еще с утра, перед визитом в храм, на шею повесил — как чувствовал, что может пригодиться.

При виде золотой бляхи чинуша издал какой-то сдавленный звук, больше всего похожий на придушенный в зародыше мышиный писк. Наемник ограничился удивленным поднятием бровей и удовлетворительным кивком. Еще бы! Такие штуки встречаются не так уж часто. Поскольку посмертно их не вручают, а заработать такую при жизни — та еще задачка. Мне-то повезло, но моим собеседникам знать об этом ни к чему. И, кстати, вручать такие могут только официальные правители или их представители. Так что за доказательство службы у достаточно серьезных дядей и участия в очень даже приличной заварушке моя наградная висюлька вполне сойдет.

— Гм… — наемник водрузил локти на стол, показывая, что теперь разговор пойдет по-серьёзному, — пехотный строй знаешь? С пикой работать умеешь? Рекрутов обучить сможешь?

— Знаю. Умею. Смогу.

Суровое лицо моего собеседника рассекла довольная ухмылка, рука наемника громко хлопнула по столу, словно фиксируя сказанное.

— Добро.

В этот момент нам принесли еще три кружки пива, каждая с небольшое ведерко размером, и в переговорах снова возникла пауза. Лишь через минуту, оторвавшись от кружки и закинув в пасть еще кусочек свинины, мой потенциальный наниматель продолжил прерванный диалог:

— Врать не буду, нанять тебя я не могу. Такое вправе решать только капитан. Меня он направил сюда набрать солдат, а за офицеров речи не было. Но ты — парень не промах, думаю, сможешь с ним сговориться. Отряд сейчас пополняется, возможно, что и в полк развернут, так что офицеры нам нужны. Поэтому предлагаю тебе съездить к капитану лично и поговорить с глазу на глаз. Официальный патент он тебе, конечно, не выпишет, но лейтенантом в свой отряд взять может. А там уж как пойдет. Если нас какое сиятельное величество наймет, все нужные бумажки на раз выпишут. Ну а нет, так и нахрен нужно, как по мне. Плату-то тебе за должность в отряде будут насчитывать, а не за патент.

В общем, так: послезавтра я выезжаю в Валланд[10], надумаешь — присоединяйся. Где найти — знаешь. Денег с тебя я не возьму. Может, еще под твоим началом служить придется?

Довольно хохотнув, наемник отсалютовал мне полупустой кружкой, затем залпом допил остатки пива, вытер рот рукавом и, буркнув что-то на прощание тихо сидящему в сторонке писарю, начал вылезать из-за стола. Закончив эту сложную операцию, бросил на стол несколько монет, сопроводив сей широкий жест довольно многозначительной фразой: