Н 4 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 117

И только после этого не особо затяжного – всего на пару минут – ритуала, на

Олланту посмотрел взгляд чуть блекловатых синих глаз. Спокойный, как у ветерана,

вновь вставшего в первую линию – и осознававшего, что за ним еще десяток таких же. Нет смысла пугать и пытаться купить. Да, его можно ликвидировать – но какой смысл, если придет такой же?

- Коллеги передали о приключившейся в вашей семье беде. - начал консул на хорошем английском, голосом полным участия. – От лица Российской Империи, я уполномочен высказать самые глубочайшие соболезнования.

Рядом ворохнулся было переводчик, но посчитал неуместным вмешиваться.

- Они нам не нужны. Нам нужно разрешение пересечь границу.

-   Хочу   подчеркнуть   общность   неприятия   такой   мерзкой   практики,   как похищение людей. Мы глубоко возмущены, что в просвещенном двадцать первом веке еще живы такие пережитки мрачного темного прошлого.

Пережиток мрачного темного прошлого чуть повел плечом.

-   Вызывает   негодование   сама   мысль   об   использовании   преступниками территории  нашей  страны  с  целью сокрытия  похищенной.  Выражаем  готовность провести тщательное и объективное расследование.

- Вы предлагаете нам ждать вашего правосудия? – Слегка напрягся Олланта. -

Стоять на пороге дома, в котором грабители, зная о беззащитной девушке внутри?

- При всем уважении, но это порог нашего дома. Мы обязаны сами навести в нем порядок.

- Но девушка – наша родственница.

- Внутри ваша родственница и двести миллионов наших граждан. – Разумно отметил консул.

- Вы желаете лишить нас право на месть? – Нахмурился старейшина.

- Никто не в праве этого сделать, - словно подхватив его возмущение, согласился

Алмаз   Семенович.   –   Уважая   ваше   право   на   месть,   мы   готовы   сообщить   имена виновных после завершения следственных процедур.

-   Я   желаю   самостоятельно   определять   степень   вины.   Со   мной   два   десятка специалистов, способных найти девушку и наказать виновных.

- Мой господин вершит суд на своей земле сам, - стал строже голос консула,

обозначив принципиальную позицию. – Его право столь же древнее, как и месть за родича.

Олланта  нахмурился  и поджал губы.  Крыть, откровенно говоря, нечем  – ему вполне ясно объяснили, что никто не позволит лезть с правосудием на чужие земли.

И вокруг, к сожалению, была не привычная Южная Америка, где это сошло бы с рук.

И не Северная, где любое право можно было купить. Хотя. .

- Со всем уважением к вашему господину и признавая его исконные привилегии,

мы бы хотели купить право свободной охоты.

-   Данный   термин   отсутствует   в   практике   нашего   законодательства.   Но   я понимаю,   о   чем   вы.   Мой   господин   не   торгует   своими   правами   и   не   желает   их уступать. – Был тверд представитель империи.

- В таком случае, мои люди рассчитывают на участии в расследовании.

- Это невозможно. – Развел консул руками.

- У нас на борту опытные криминалисты и медиумы с огромным опытом.

- Не сомневаемся в профессионализме ваших людей. Безусловно, мы прибегнем к их помощи, если таковая понадобится.

-   Мне   начинает   казаться,   что   вы   не   заинтересованы   в   результате,   -   стал заводиться Олланта.

- Вы считаете нас пристрастными или некомпетентными? – похолодел голос

Алмаза Семеновича.

- Я желаю видеть свою внучку дома!

- Мы приложим к этому все усилия.

- Их может оказаться недостаточно!

-   Послушайте,   уважаемый,   -   примирительно   поднял   ладони   консул.   -   Вас шестьдесят человек, готовых выложиться и потратить  все силы, чтобы добиться результата.   А   у   нас   десятки   тысяч   профессионалов   на   родной   земле,   от   штаба спецопераций   до   городовых,   которые   знают   каждый   камешек   в   своем   районе   и наверняка   отметят   новое   лицо   на   своей   улице.   Уверен,   что   расследование   будет проведено в кратчайшие сроки.

- А если вы не справитесь за неделю?

- Тогда придется еще немного подождать, пока император вершит правду на своей земле. – Смотрел на него взгляд без эмоций. - Иные ваши действия будут расценены, как неуважение к титулу Его Величества.

-   Алмаз   Семенович,   у   вас   есть   дети?   Внуки?   Вы   на   мгновение   можете   себя представить на моем месте? – Уже готовый взорваться, произнес Олланта.

- Если они пропадут, я обращусь к императору. Ровно так же, как рекомендую поступить и вам.

- Послушайте, вы! У нас есть фотографии места преступления, место на карте,

изображения сообщников похитителей! И мы не желаем ждать!

-   С   радостью   примем   имеющиеся   у   вас   материалы.   Безусловно,   они поспособствуют наибыстрейшему завершению следствия.

-   Я   начинаю   подозревать,   что   вы   ни   во   что   не   ставите   клан   Аймара.   –   Зло процедил Олланта. – Я бы не рекомендовал вам совершать эту ошибку.

-   Полагаю,   что   во   взаимоотношениях   великих   стран   не   следует   совершать ошибки,   как   одной,   так   и   другой   стороне.   Ждать   -   мерзко.   Я   понимаю.

Бездействовать в такой ситуации – угнетающе тяжело. – Уловил его эмоции консул,

но остался рационален и спокоен. - Может, погостите в Москве? Мы устроим приемы в вашу честь. Сходите в музеи, прогуляетесь по исторической части города. Вашей дочери, если до нее донесется звук телевидения или радио о визите делегации клана

Аймара,   безусловно   станет   легче.   Но   принять   мы   вас   готовы   только   в   качестве почетных гостей.  Без  права  участвовать  в  расследовании   и  влиять  на  следствие.

Если эти условия неприемлемы, вы вольны подождать результатов в герцогстве или в ином месте вне территории империи.

Олланта   взвесил   предложение,   сравнил   с   иными   перспективами   и   хмуро вымолвил:

- Я хотел бы говорить с вашим господином.

- Безусловно, вы увидите Императора в Москве. – Заверил его дипломат. – Даю вам слово.

- В таком случае, это приемлемо.

Ну   а   два   крупнейших   землевладельца   на   своих   континентах   обязательно договорятся.

-  Рад  видеть  вас  гостем  нашей  земли.  -Чуть   поклонился   Алмаз Семенович.  –

Остались небольшие формальности. Надо написать заявление, - тронул он бумаги на столе.

- Заявление?

- Бюрократия, - словно извиняясь, повел ладонью консул. – Чтобы запустить механизм поиска вашей глубокоуважаемой дочери, надо заявление от родственника.

Будучи заявителем, вы получаете доступ к результатам расследования. Никто иной не будет знать деталей следствия, все материалы останутся навсегда закрыты от постороннего взгляда.

Никому не нужна огласка. А раз так, то регламент стоит соблюсти.

- Я готов. – Кивнул Олланта.

- Андрей Константинович, это ваша епархия, - пододвинул дипломат бумаги к угрюмому и до того молчавшему военному переводчику.

Тот деловито пододвинул бумаги к себе, взял ручку со стола и поправил стопку листов, выравнивая.

- Начнем? Фамилия, имя, отчество, год рождения.

- Аймара Качи Олланта, тысяча девятьсот первый.

- Текущее место работы?

- Анды.

- Должность?

- Стоящий на вершине пирамиды черепов.

- Думаю, достаточно, - чуть нервно прервал их консул, аккуратно перехватив ручку и бумагу. – Остальное мы заполним сами. От вас только две подписи и галочка на последней странице. – Передвинул он бумагу к Олланте.

- Что тут написано? – Хмыкнул старик, глядя на незнакомый язык.

-   Что   вы   несете   ответственность   за   дачу   ложных   сведений,   -   махнул   рукой,

обозначая пустяк, Алмаз Семенович.

А вот Олланта всерьез озадачился.

- У меня есть еще должность почетного палача. Это следует записать?

-   Не   стоит   беспокоиться,   одной   вполне   достаточно.   –   Горячо   заверил   его дипломат.