Хроники Красного Литейщика (СИ) - Самсонов Владимир - Страница 24

— То есть, — задумался Миша, — я смогу побеждать, сокращая жизнь? Сколько раз?

— Не более десяти. Советую остановиться на девятой победе, иначе, может случиться всё, что угодно. От полной не дееспособности до летального исхода. Вам оно надо? Живите спокойно.

— Сколько денег? — решительно произнёс Миша.

— Вы, чемпионы, люди не бедные, — сказал врач. — Четыре миллиона.

— Э-э-э…. Договорились, — улыбнулся Миша.

— Евро, — добавил фармацевт.

— Вы в своём уме?

— Можете не брать. Живите спокойно, любите жену, растите детей.

— Ладно, ладно, — забеспокоился Миша. — Какие гарантии? Надо что-то подписать?

— Никаких гарантий. Только победа. Полная и превосходящая все ожидания, — врач, в сердцах, стукнул кулаком по подлокотнику кресла. — И не совсем легальная.

— Хотя сумма не адекватная, но я найду деньги. Где тут сдают анализы?

— Прошу сюда.

Врач поднялся с кресла, указав на ещё одну дверь. Миша направился к ней. Внутри у него всё переворачивалось, кипело, скакало и плавилось. Он не мог понять радоваться или проклинать сегодняшний день.

По истечении срока изготовления препарата, Миша явился к фармацевту с нужной суммой денег. Для этого пришлось раскупорить все кубышки и даже занять. Жена была крайне недовольна. Она буквально вырывала деньги из его рук. Грозила разводом. Дети ревели, наблюдая за скандалом. Миша с трудом убедил её, что вся сумма вернётся с верхом.

Врач протянул ему пластиковый пузырёк с белыми, ничем не примечательными капсулами.

— И всё? — удивился Миша, передавая деньги и забирая лекарство.

— А что Вы хотели увидеть? Танцы Вуду?

— Да, нет.

— Принимать строго три раза в день. Перед едой. Утром, днём и вечером. Алкоголь исключить, физнагрузку увеличить. Пейте больше жидкости. В остальном, полная свобода.

Миша убрал пузырёк в карман и, перешагивая через порог квартиры, сказал:

— Если обманули, до зоны не доедите.

— Спросите Зимянина. Жду Ваших извинений после восхождения на пьедестал. Увижу по телевизору.

С этими словами Аристарх захлопнул дверь.

Ночью, когда семья спала, Миша заперся в ванной, разломил капсулу. Внутри был белый, сладковатый на вкус, порошок. Мише пришла мысль отнести его на анализ в спортивную лабораторию, но мало ли, что они в нём найдут. Будут задавать вопросы. В результате, он может косвенно подставить Зимянина. Была, не была, решил Миша, слизывая порошок с раковины.

На протяжении недели он следовал незатейливым указаниям врача, не замечая никаких изменений. В воскресенье намечались крупные состязания. Миша пришёл к тренеру и потребовал выставить себя на заплыв. Олег Сергеевич активно противился, но Миша с пеной у рта утверждал, что на этот раз всё будет по-другому. Тренер уступил скрепя сердце. Договорились, что после этого Миша уйдёт на покой. На том и порешили.

Настал день соревнований. Пловцы одновременно сиганули в воду, оставив Мишу позади. Наблюдавший за этим тренер, отвёл взгляд. Ему было больно за ученика. Миша напрягал все силы. Практически рыча, рассекал водную гладь, но продолжал отставать, слабея с каждым взмахом рук. Он глубоко вдохнул и выматерился в воду, при очередном погружении.

Вдруг тело налилось силой, сделало резкий, необъяснимый рывок вперёд. Через несколько мгновений он опережал противников на голову. Ещё через несколько, на полкорпуса. На корпус. Наконец оставил их плестись в хвосте. Миша не заметил, как врезался в стенку бассейна — финиш. Задыхаясь, выбрался на кафель, лёг на спину, глядя в потолок выпученными от напряжения глазами.

Кто-то поднимал его на ноги. Сквозь пелену усталости, туманом окутавшую мозг, он увидел тренера. Тот тряс Мишу за плечи, что-то кричал. Вокруг стоял невыносимый гвалт. Его окружала всё увеличивающаяся толпа зрителей и спортсменов. Каждый старался пожать руку.

— Новый мировой рекорд! — услышал он из динамиков голос диктора.

Миша поставил кубок на полку, к сотне таких же. Жена бросилась на шею, плача от радости. Дети прыгали рядом, визжа и толкаясь.

Победа…. Он снова чемпион. Да ещё какой. Переплюнуть мировой рекорд на две секунда не каждому дано. Не беда, что антидопинговый комитет подверг победу сомнению. Пусть поищут причину. За это им деньги платят.

С этого момента началось его триумфальное возвращение. Миша выигрывал чемпионат за чемпионатом, олимпиаду за олимпиадой, кубок за кубком. Каждый раз бил устоявшиеся рекорды. Существенно опережал время. Он стал любимцем публики. Авторитетным спортсменом, за советом к которому приходили, как начинающие, так и матёрые пловцы.

Однажды Миша узнал, что Зимянин попал в реанимацию прямо с чемпионата. Он досрочно выиграл очередной бой и, выходя с ковра, неожиданно упал. Тело больше не слушалось.

Миша приехал к нему в больницу. Некогда сильнейший борец теперь лежал оплетённый катетерами. Его жизнь зависела от капельниц и аппарата искусственного дыхания.

— Сколько? — спросил Миша.

Зимянин показал десять пальцев. Говорить он не мог.

— Что теперь? — продолжал Миша.

Зимянин с трудом протянул руку. Миша пожал её. Рука была влажная, твёрдая и холодная, словно выточенная изо льда. Зимянин закрыл глаза, рука упала на кровать. Миша нажал кнопку вызова персонала. Тут же показалась медсестра. Она проверила пульс, вызвала врачей. Через несколько секунд палата наполнилась суетой. Но было поздно. Многократный чемпион мира по борьбе умер.

Выходя из больницы, Миша не обратил внимания на стоящего у входа полного человека. Тот цепким взглядом провожал каждого посетителя почившего борца, а тем более Мишу.

На похоронах Зимянина тот же человек вновь разглядывал присутствующих. После подошёл к жене покойного. О чем-то долго беседовали. На следующий день Миша столкнулся с ним у спорткомплекса.

— Добрый день, — поздоровался тот.

— Здравствуйте, — ответил Миша. — С кем имею…?

— Старший следователь Задиринога. Можно просто Евгений, — он предъявил удостоверение.

— Как будет угодно, — произнёс Миша, с трудом сдерживая смешок.

— Задам пару вопросов.

— Конечно, конечно.

— Вы хорошо знали Зимянина? — начал следователь.

— Дружили.

— А Вам не показались странными его последние победы?

— Что ж тут странного? — ответил Миша. — Человек натренированный.

— Он что-нибудь принимал?

— Разве вскрытие не делали?

— Делали. Он чист, но по непонятной причине отказали все внутренние органы. Будто сжёг себя нагрузками.

— Не могу ничего сказать по этому поводу, — смутился Миша.

— У Вас похожая ситуация, — не унимался следователь. — Рекордные победы, одна за другой. Сколько за последнее время? Пять?

— Шесть, — поправил Миша. — Перестаньте меня допрашивать без протокола. До свидания. Мне пора.

— Океюшки, — спокойно отреагировал следователь. — Берегите себя.

Миша быстро пошёл в сторону своего автомобиля. Хотелось уехать, как можно дальше от опасного толстяка. По пути домой он размышлял над встречей. Что известно операм? Откуда они знают о капсулах? Чем это грозит? Пораскинув мозгами, Миша решил, что у следователя на него ничего нет, а снадобье нельзя выявить. Так что пусть умоются.

Следующие три чемпионата закончились неоспоримой победой Миши. Снова рекорды, снова победы. На носу была очень важная олимпиада. Но Миша старательно уклонялся от участия в ней, не смотря на мольбы Спорткомитета. Десятая победа могла повлечь необратимые последствия. Жизнь дороже.

Неожиданно на горизонте вновь замаячил следователь со смешной фамилией. На этот раз он вызвал Мишу к себе в учреждение. Они сидели за столом напротив друг друга. Следователь ежеминутно колол взглядом, начавшего нервничать спортсмена.

— Знаете этого человека? — показывал он фото фармацевта Аристарха.

— Нет, — соврал спортсмен.