Хроники Красного Литейщика (СИ) - Самсонов Владимир - Страница 25

25

— Может, знаете, что это? — он поставил на стол банку с капсулами.

Сердце Миши ёкнуло, лоб покрылся испариной.

— Не нервничайте так, — противно улыбнулся следователь. — Мы в курсе всех движений. Давно шли по следу так называемого фармацевта. Кстати, никакой он не Аристарх, а Федя-Уж. Хитрый и изворотливый мошенник. Отсюда и погоняло. Взяли два дня назад с поличным.

Миша раскрыл рот от изумления. Он был готов услышать всё, что угодно, но только не это.

— Он, конечно, имеет отношение к медицине. В молодости работал медбратом в травмпункте. Потом смекнул, как можно неплохо заработать. Даже был, судим за вымогательство. Вышел, стал Аристархом.

— А как же капсулы? — изменившимся голосом спросил Миша.

— Это — аскорбиновая кислота. Сладкая пустышка. Плацебо.

— Но, как же результаты? — не верил Миша. — А смерть Зимянина после десятого соревнования? Что это?

— Возможно, самовнушение, — задумчиво ответил следователь. — Смерть действительно очень странная. Пока нельзя точно сказать, в чём причина. Следствие разберётся.

Он протянул Мише бумагу с ручкой.

— Напишите, как с ним познакомились. Подробно.

* * *

Миша шёл домой оглушённый новостью о препарате. Как же так…. Гениальный фармацевт — жулик, чудо-лекарство — пустышка. Почему же он выигрывает и ставит рекорд за рекордом? Почему умер Зимянин? Может дело не в препарате? Может следак чего не договаривает? Возможно Аристарх настоящий врач, а полиция взялась за него по наводке конкурентов? Можно ли объяснить всё одним лишь самовнушением? Но, ко всему прочему, организм реально сгорает от нагрузок.

Через несколько дней Миша добился свидания с псевдо Аристархом. Они разговаривали через стекло по телефону. Аристарх был уныл и печален. В его планы не входила многолетняя отсидка.

— Здравствуйте Аристарх, — сказал Миша. — Или как вас там….

— Привет фраер, — ответил тот.

— Что ж Вы так?

— Ну, уж извините, — развёл руками Уж. — Деньги ушли.

— Черт с ними, — неожиданно произнёс Миша, чем озадачил сидельца.

Обычно все требовали деньги назад, а этому на них плевать.

— Почему я выигрываю, если лекарство пустышка? — спросил Миша.

— Наверное, потому, что хотите победить, — грустно сказал Уж. — Но к самовнушению это не имеет никакого отношения. Здесь, что-то другое. Сам не знаю что. Могу лишь предположить…. Поделиться наблюдениями….

— Ну, — заинтересовался пловец.

— Многие думают, что «вышли в тираж». Вот, как Вы, например. А это не так. У организма есть скрытые ресурсы. Они растягиваются на всю жизнь. Но ведь их можно сконцентрировать в определённые моменты. Капсулы — это своего рода катализатор внутренней веры. Той, которую Вы не ощущаете, но она есть, где-то в глубинах подсознания. Вы верите в их возможности, и они действуют.

— Тогда для чего разговоры о десяти попытках и смерти?

— Должен быть риск. Реальный риск для жизни, иначе не получится. Если думать, что это вот так просто и навсегда, ценность веры теряется. Хотите победить — верьте, но если поверите — умрёте. Не верите — проиграете, будете жить. Победа или смерть. Балансирование на грани, даёт лучший эффект. Знаю, у Вас последняя попытка. Откажитесь — всё будет хорошо. Выступите и проиграете, будете жить. Иначе паралич, а то и смерть. Вы запрограммировали своё подсознание. От этого не уйти.

— Я не буду выступать, — уверенно произнёс Миша.

— Будете. Потому, что Вы не сможете противостоять естеству. Настоящий спортсмен умирает во время борьбы или на пьедестале. Вы настоящий?

Миша вскочил с места, чем напряг конвоиров.

— Я сильнее, чем Вы думаете. И не буду выступать, — зло произнёс он.

— Желаю победы, — сказал Уж, вставая.

Конвоир надел на фармацевта наручники и вывел из помещения.

* * *

Миша сидел на чердаке своей загородной даче. Он заперся там утром и не выходил целый день. Не отвечал на звонки и СМС. Когда он не появился к обеду, на чердак поднялась жена.

— Думала, что тебе нужно просто отдохнуть, поэтому не беспокоила, — сказала она. — Что случилось?

— Мне нужно выступить на олимпиаде, — ответил Миша.

— Выступай, — непонимающе произнесла жена.

— Не хочу.

— Тогда не выступай.

— Не могу.

— Ничего не понимаю. В чём дело? — забеспокоилась она.

— Я не могу не выступить и не могу выступить, — метался он.

— ???

— Не выступлю, буду корить себя всю жизнь, выступлю — неизвестно, что будет.

— Что будет то? — почуяла неладное жена. — Это те пилюли? Это из-за них ты побеждаешь? Из-за них умер Зимянин? Что ты принимаешь? Где взял эту дрянь? На неё спустил все деньги?

Миша удивлённо посмотрел на жену.

— Мне звонил следователь с дурацкой фамилией, — сказала она. — Вчера умер стайер из Вологды. Прямо на беговой дорожке за финишной чертой. Точно такая история.

— Дело не в пилюлях, — произнёс Миша. — Дело в вере. Тот, кто идёт к цели — сгорает до пепла. Цель не имеет значения. Важен путь к ней.

Жена подошла ближе, обняла его, прижалась всем телом.

— Не ходи, — прошептала она.

— Я должен победить. В последний раз. Может, обойдётся.

* * *

Миша рассекал воду, словно касатка. Противники давно отстали на десяток метров. Трибуны ревели, намечался очередной мировой рекорд. И он не заставил себя долго ждать. Миша пришёл к финишу с новым, ранее недостижимым результатом.

Чуть позже он взошёл на пьедестал, занят полагающееся первое место. Ему вручили кубок. Когда вешали на шею медаль, Миша неожиданно рухнул вниз.

— Жжёт, — простонал чемпион, разрывая форму на груди. — Жжёт.

Мишу не успели довезти до больницы. Вскрытие показало одновременный отказ всех внутренних органов. Что самое странное, часть сердца, будто обуглилось от сильного жара, местами превратившись в субстанцию, напоминавшую пепел.

* * *

Каждый год, в день смерти Миши, на его могилу приходят друзья и родные. Они делятся новостями и долго, долго стоят у могильной плиты с надписью:

«Жил пылая,

Сердце до пепла сжигая».

2016.

ОЗЕРО БЕЗ НАЗВАНИЯ

У оживлённой трассы федерального значения стояла небольшая деревушка. Она была древнее, чем многие известные города и исторические центры страны, а может и мира. Не исключено, что выходцы из неё могли быть причастны к их основанию. Жители деревни не кичились стариной родного гнезда, им было глубоко фиолетово на древность поселения. Больше заботили насущные проблемы: как дотянуть до зарплаты, прокормить скот, закончить посевную, удачно выдать замуж единственную дочь или женить сына.

Но ещё более фиолетово им было до лесного озера, находившегося в двадцати километрах от деревни. За тысячи лет ему так и не удосужились дать название. Местные крайне редко посещали водоём. Им было не то, чтобы лень мотаться чёрте куда ради купания, просто какое-то чувство всеобщего игнора не давало сконцентрироваться на мыслях о нем. Даже самые жаркие дни не способствовали посещению данного места.

Возможно, это был некий инстинкт, выработавшийся на протяжении сотен поколений рождавшихся и умиравших здесь людей. Любое положительное и отрицательное чувство, даже банальное чувство любопытства или страха может привлечь внимание человека к чему-либо, но только не чувство пофигизма. Оно то и позволяло жителям деревни спокойно существовать, растить детей и просто жить в данной местности. Но, даже застывшие в своём однообразии века однажды меняются….

Наступили «весёлые» девяностые — времена, где самые необычные явления воспринимались, как досадное недоразумение или вообще могли остаться незамеченными, а затрапезные происшествия передавались из уст в уста с чувством причастности к великому. Тогда-то на озеро и положили взгляд «малиновые пиджаки». Отбашляв за строительство в водоохраной зоне, они резво принялись возводить коттеджи и шикарный дом отдыха для нарождавшейся «элиты». Апогеем строительства должен был стать причал яхт-клуба.