Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 214

— Зачем беззубому сухари, сеньоры? — спросил дон Корвальо и выпустил клуб дыма.

Его сигара была какая-то не стандартная, уж больно длинная. По специальному заказу скручена?

Теперь уже захихикала не только Лора.

— Я распорядился чтобы в новостях сообщение о возвращении бывшего кондукатора прошло в самом конце. — сказал Лаки.

— Это для нас он — «бывший», а для всей Сабины-самый настоящий! — нервно заметил ректор.

Лаки поднял руку, успокаивая загалдевших членов хунты.

— Ассамблея назначена и будет проведена в срок, сеньоры. Наши дела вполне успешны. Экономика налаживается. Бюджет пополняется и не только новыми эскудо. Главари мятежников или убиты, или находятся в тюрьме. Северная провинция почти полностью под нашим контролем. Генерал Туонг доложит ситуацию. Прошу, генерал.

Лаки не слушал доклад генерала, он смотрел на лица своих сотрудников. Они все перепуганы, за исключением пофигиста дона Корвальо и генерала Туонга. Кто они, с точки зрения местных обычаев и законов? Помощники самозванца и узурпатора!

Легитимный правитель вернулся на Сабину и дни хунты Сан-Педро были сочтены.

Кто из этих сеньоров перебежит в Сан-Мигель первым?

Кого поддержит страна?

Лаки не испытывал иллюзий. Кроме лутангийцев и небольшой горсти национальных гвардейцев ему не на кого положиться.

Переговоры Терезы на Лутанге шли без результата. Дракон Тун не принял посла, а вел разговоры через второстепенных чиновников.

Об этом доложила по спин-связи сама Тереза честно и откровенно.

— Зачем ты послал меня в этот дикий мир?! Они торгуют своими женщинами, как товарами! Я для них не посол, а хуже чем шлюха! Разве ты про это не знал?!

— Знал.

— А если знал, то на что рассчитывал?

— На твой железный характер, дорогая.

— Ты чертов льстец, сеньор Мартин! Ты просто сослал меня в этот человеческий муравейник!

Так что же мне делать? Стать шлюхой? Продаваться в Лутанге как и все их женщины? Может быть этот жирдяй дракон Тун пожелает меня купить?

— Неужели деньги уже закончились?

— Идите к чертям, сеньор Мартин! Дело не в деньгах!

— Возьми их за тестикулы, дорогая и выкрути, ты же умеешь.

— Я вернусь и сделаю то же самое с тобой! — пригрозила сеньора посол и отключилась.

Тридцать восьмая глава

Лаки связался по браслету с Жаклин.

— Поскольку в кредите мне отказали-придется печатать деньги самим. Жаклин, у тебя же есть образцы?

— Конечно. Какая сумма тебе необходима? Или вернее, сколько килограммов?

— Сколько поместиться в челнок?

— Если банкнотами по пятьсот, то два миллиарда.

— Много. Достаточно будет для начала 500 миллионов галактостандартов и мелкими купюрами, по десять и двадцать.

— Ничего сложного. Жди челнок завтра в полдень.

— Спасибо, чтоб я без тебя делал?

— Научился бы зарабатывать деньги сам. — усмехнулась Жаклин.

Опустевшие контейнеры с ипподрома Лаки распродавал всем желающим под склады. Удобная же штука — герметично и прочно! Легкий и прочный сейф размером с вагон.

Еще полные товарами и грузами контейнеры были складированы на дне старой каменоломни под охраной людей Минга. Больше никто не рисковал заняться грабежом запасов сеньора диктатора. Самых оборзевших грабителей перестреляли еще месяцем раньше.

К складу Лаки подъехал на бронетраке. Приказал открыть контейнер номер 0056396 и привести к нему всех людей.

Порядком отощавшие акционеры концерна Сьерра-Вьеха уже не выглядели задиристыми и гордыми. Мужчины небритые, женщины без косметики и без причесок, одежда помятая и воняющая потом и человеческими экскрементами.

— Что вы хотите от нас?! — спросил дон Мендоза, страдальчески щурясь на солнце. Президент консорциума на скудном пайке похудел и одежда висела на нем как на вешалке.

— Понимания! — улыбнулся Лаки.

От его улыбки акционеры дружно вздрогнули.

— Давайте, полковник! — приказал Лаки в браслет.

Люди Минга вывели из-за контейнеров двух человек со связанными за спиной руками. Оба в грязных монашеских рясах. Мужчина и женщина. Мигуэль и сестра Мария. Рты обоих заклеены скочем.

Их поставили спиной к контейнеру в сотне шагов от акционеров.

— Это Мигуэль и сестра Мария-главари мятежников. — пояснил Лаки акционерам.

Подошел вплотную.

Мигуэль смотрел тяжело и даже каким-то невидящим взглядом, словно обращенным вовнутрь. Словно потерял интерес ко всему происходящему и к самому себе. Сестра Мария напротив прожигала Лаки взглядом..

— Жалеете что не расстреляли меня в свое время?

Мария кивнула.

— Может быть у вас и появится шанс. Только сегодня будет по-моему.

Лаки вернулся к акционерам.

— Главари мятежа приговорены военным судом к расстрелу и приговор будет приведен в исполнение немедленно. Лейтенант Пунг!

Лутангиец махнул рукой.

Десять солдат в черной форме вскинули винтовки.

— Огонь!

Треснул залп. Тела отбросило к контейнеру и они сползли на песок.

Какая-то сеньора упала в обморок. Остальные акционеры сжались и даже стали ниже ростом.

Дон Мендоза стоял с открытым от ужаса ртом.

— У вас выбор, сеньоры. Подпишите передачу компании «Цирцеанская сталь» ваших долей в консорциуме в обмен на два миллиона галактостандартов каждому из вас или пожалуйте туда — к контейнеру, пока у моих парней заряжено оружие. Сеньор Мендоза, вам причитается три миллиона, как президенту. Время подумать у вас было в достатке. Шутки кончились. Ваш выбор?

— Где поставить подпись, сеньор? — пискнула похожая на печальную крысу донна Вальяно.

Прижимая к груди кейсы с валютой акционеры рысью помчались по пыльной дороге прочь от страшного места.

Когда они исчезли из виду, Лаки приблизился к телам расстрелянных. Снял скотч со рта Мигуэля. Тот закряхтел и открыл глаза.

— Понравился расстрел? — спросил Лаки.

Главарь мятежников громко и четко послал сеньора диктатора по матери.

— Пунг, снимите с них бронежилеты и обратно в контейнер!

Сестра Мария плакала и мычала сквозь наклейку.

Слушать ее вопли Лаки не было охоты.

— На всех митингах кричали что готовы умереть за революцию и народ, а что на деле, сеньоры?

«Если потребуется — я их буду расстреливать каждый день…»

Система регистрации и опознавания лиц, внедренная в Санта-Монике дала свои плоды. Жаклин обнаружила среди возвращающихся в город беженцев людей Хоакина. (Не зря же Лаки летал в свое время на флайере на горный перевал. Тогда и было сделано видео приближенных монаха-революционера миниатюрными камерами) Молодой и цепкий капитан Санчес, новый полицейский комиссар Санта-Моники, назначенный из перспективных парней Хуареса, молниеносно провел аресты и опознания.

Революционеры не долго запирались и выдали место где скрывался Хоакина. В неприметной деревушке рядом с городом, у моря две роты лутангийцев и гвардейцев после короткого боя захватили «мясника Санта-Моники».

Его доставили на флайере в Сан-Педро и лично Хуарес взялся за допрос.

В новостях по тиви об этом тут же выдали репортаж.

Через пару дней десант с флайеров высадился во всех ключевых точках, накрыв головорезов Хоакина тепленькими. Было взято несколько сотен пленных, захвачено оружие и боеприпасы.

Телевидение захлебывалось от восторга, осыпая синьора диктатора похвалой и прославлениями. Журналисты брали интервью у пеонов и горожан. Люди косноязычно расхваливали сеньора диктатора, испуганно таращась на камеру.

Наконец-то проявил себя сеньор Гомес.

Связался через браслет и поздравил с крупным успехом.

— Через неделю открытие ассамблеи. Полагаю вы почтите нас своим присутствием, сеньор Раски?

— Неприменно. Мне есть что сообщить уважаемому собранию.

Доны съезжались в Сан-Мигель. Акционеры, бывшие хозяева консорциума, тоже туда укатили.

Хунта теперь собиралась в университете на террасе ресторана каждый вечер.