Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 75

— Ты думаешь, что вернешься и там все по-прежнему? — спросил Лаки.

— А чего там измениться? Море, девки и ром! Все на месте будет!

В Пуэрто-Мадре такие сочные мулатки, брат!

— Там тоже есть желтая стена?

— Конечно, брат! Но нам на нее плевать! Идем на юг?!

— Морем можно попасть за стену?

— Зачем?!

Искреннее удивление черного парня позабавило Лаки.

Действительно, зачем? Он прожил всю жизнь среди этих халуп. Зачем ему другой, незнакомый мир? «А мне зачем то что я не помню?»

— Тогда нам с тобой не по пути, брат. Я хочу вернуться в цивилизацию. Мое место там.

— Без обид, брат!

Энрико крепко обнял Лаки и тут же отвернувшись, поспешил к барбекю и хохочущим девкам. Во дворе намечалась вечеринка.

Хорхе мучился с похмелья и брел со скоростью старой улитки даже вниз по улице. День намечался быть солнечным. В сумке-торбе через плечо пять флаконов суба и флакон с выпивкой для стимуляции Хорхе.

В торбе у Хорхе тоже суб и еще мешочек с бонами. Лаки отсыпал горстями не глядя из мешка, найденного в доме. На талии пояс с патронами и револьвер, полностью заряженый. Лаки сменил одежду и надел трофейную шляпу, вот только остался в сандалиях. Так удобнее ходить по жаре и ноги «дышат». Кроме того, он был слишком брезглив чтобы надевать обувь с трупов.

С вершины горы Марун горы на севере почти не видны. Так, холмики в дымке у горизонта! Почему север, а не юг?

На Юге такие же нищие поселения и банды работорговцев. На севере равнина до самых гор. Не может быть желтая стена бесконечной! Было предчувствие — на север самый лучший путь. К вечеру худо-бедно спустились к подножию горы. По дороги купили лепешки у пекаря и пару толстых одеял. За все Лаки расплатился бонами не торгуясь к негодованию Хорхе.

— Ты не понимаешь ничего! Все можно купить дешевле! Этим одеялам цена — пятерка, а никак не двадцать!

— У нас нет времени торговаться.

В таверне у подножия горы встретился пожилой дядька в одноосной тележке. В тележку запряжен странный, ушастый, мелкий конь с длинным членом, почти до земли.

Дядька дремал на пустых мешках, а конь обгладывал кусты.

Хорхе взялся торговаться с дядькой. Сошелся на двадцати бонах.

— Утром он нас возьмет до Лос-Кортихос.

Он сюда муку возит, чего порожняком не подработать?

Лаки с сомнение посмотрел на тележку. И какая у нее скорость? Лучше конечно ехать, чем идти…

— Пошли, выпьем чего!

Хорхе рванул к таверне как умирающий от жажды к колодцу.

Когда Лаки оказался внутри, тот уже наливался каким-то дешевым пойлом.

В таверне за одним столом только сидели местные, пожилые дядьки, сосали пиво из глиняных кружек. Небритые, нестриженные…

Лаки подошел к хозяину таверны-унылому старикану, лысому как коленка и договорился о ночлеге. Хозяин косился на револьвер и был не склонен к многословию.

Поужинал жесткой, но наперченной курицей, запивая ее теплым, дерьмовым пивом. Забрал у Хорхе его торбу с бонами и едой и поднялся по шаткой и скрипучей лесенке на второй этаж. Хозяин плелся следом с фонарем в руке.

— Самая лучшая комната и всего за десять бонов! Только для вас, сеньор!

Окно в комнатке было закрыто снаружи ставнями. Темно. Воняло чем-то. Плесенью? Две грубые деревянные кровати-вот и весь интерьер.

«Если эта-самая лучшая, то какая самая худшая?»

Лаки расплатился и выставил хозяина за дверь. Хотелось только лечь и вытянуть натруженные ноги. Тюфяк, засаленный до кожаного блеска и без простыни на кровати не внушал доверия. Лаки расстелил на полу купленное одеяло и нам улегся спать.

Разбудил его храпящий Хорхе. В воздухе витал густой перегарный дух.

— Хр-р-р-и-и-и!

Словно какой-то древний агрегат работал на последнем издыхании и все не мог издохнуть! Заснуть под эти звуки никто не смог бы. Разозленный Лаки встал, перевернул старика на бок к стене. Настала тишина. Но спать уже расхотелось. Пол жесткий, вонь…

Лаки думал про будущее, не трогая прошлого, чтобы не получить приступ головной боли.

Выходило все бредово. Иду сам не знаю куда? Самое главное — это оставить «бандидос» далеко позади, чтобы и следов его не нашли! Потихоньку задремал, и снилась ему женщина с зелеными глазами…

Утром его опять разбудил храпящий Хорхе.

Лаки спустился вниз и не нашел никого ни в зале, ни на кухни, ни во дворе.

Повозка с озабоченным ушастым конем тоже исчезла.

Куда все пропали с раннего утра?

Лаки вернулся в комнату и разбудил старика. Тот стонал, кряхтел, кашлял, но вставать не желал.

— Ты что наговорил вчера местным?

— Ничего…

— А если вспомнить?

— Сказал…ты — flechas diabólicos — дьявольский стрелок… и за минуту всех людей Рауля пострелял…

— Похоже, что ты всех напугал до смерти! Вставай! Пора идти!

— Я наверно помираю…

— Вставай старый хитрец! Ты еще не намучился в этой жизни, чтобы умирать!

Полкружки водки воскресили старого алкоголика. Они позавтракали субом и лепешками и вышли на дорогу. Две песчанных колеи среди выгоревшей, блеклой травы. Ни указателя, ни вывески…

Лаки оглянулся на гору, облепленную разноцветными хибарами. Хороший ориентир-держи ее за спиной и все.

Первый час Хорхе под алкогольным допингом шагал бодро и развлекал рассказами из далекого прошлого.

— У отца был бык…настоящий чудище! На лбу могла бы усесться самая жопастая девка и то места бы осталось! Отец его в город хотел продать, на весенние бои. Весенние бои такая штука была-даже с золотого города люди прилетали посмотреть…

— Прилетали? На чем?

— Такие округлые с крылышками штуковины, демон знает, как зовутся! Помню, мне лет десять было, отец взял меня на ярмарку. Там, под стеной, где бутыли выпадают со стены завсегда бывала ярмарка. С Пуэрто-Мадре приезжали люди целыми обозами…

— На быках?

— На авто! Были такие штуки на колесах. Были, да все поломались… Так вот, слышь! Нам бы такую коляску с мотором, а? До гор бы доехали за день!

— Так сестра твоя живет по эту сторону гор или по ту?

— Конечно по ту! Ты не перебивай меня, слышь!

На втором часу Хорхе начал повторяться и сбавил скорость.

Еще через час примолк, начал обильно потеть и, наконец, запросто сошел с дороги и сел на обочину.

— Пора отдыхать…

— Надо идти, а не сидеть.

Хорхе с тоской обернулся.

— Может вернемся? Идти далеко…

— К «бандидос» хочешь вернуться?

— Ты лучше про них не вспоминай, сынок! Слово человеческое силу имеет-как про что заговоришь, так оно тут как тут!

— Прямо магия!

— Не смейся над стариком-это грех! Я тебе в отцы гожусь… а может и в деды…Водка еще есть?

Хлебнув дозу, старик окончательно размяк и улегся на траве.

— Надо отдохнуть чуть…

И тут же сочно захрапел.

Солнце уже припекало во всю и тени поблизости не найти.

Лаки хотел выругаться, а потом тихо посмеялся. Старик-как ребенок, чего на него злиться?

Шестая глава

Только в сумерках они вышли к узкой долине возле заросшей кустарником реки. Три здоровенных пса окружили путников и без лая, только злобным рычаньем зафиксировали на месте.

С яркими, белыми фонарями приблизились два человека с оружием.

Тихий свист и собаки отступили в темноту, но не далеко. Глаза светились.

— Кто такие? — осведомился первый мужчина с оружием в руках.

Фонарики светили в лицо и ничего разглядеть. Лаки ткнул локтем старика в бок.

— Хорхе!

— А…Мы путники…Мы идем в Сьерра-Мадре… Я Хорхе… иду на родину, а это мой…э-э-э-сын-Лаки!

— В Лос-Кортихос с оружие входа нет. Или сдавайте или ступайте мимо!

— Нет проблем.

Лаки расстегнул пояс с револьвером и протянул на вытянутой руке.

— Мы только до утра, и пойдем дальше. Боны принимаете?

— Принимаем! — буркнул мужчина, забирая пояс.

Потом приказали открыть торбы.

— А таверна? Таверна еще открыта?! — вклинился Хорхе. Флакон с водкой закончился, а пить воду ему было не охота.