Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 84

— Имперцы вырастили зуб на твою тетю?

— Видимо. Она у меня боевая дама.

— Спасибо за комплимент! — отозвалась Жаклин. — Капитан, принимаете командование кораблем?

— Принимаю. Приказываю стартовать.

— Выполнено.

Стефания сжала ладонями виски.

— Я ничего не понимаю…Кто из вас капитан?

— Когда я на борту, то я и есть — капитан.

Они вышли из челнока на палубу. От дыхания вился парок из губ.

— Здесь зябко.

Стефания обхватила себя за плечи.

— Идем в жилую часть скорее и там согреешься.

Двери раздвинулись, пропуская их в маленькую квадратную комнатку.

— Почему здесь нет невесомости? — спросила Стефания тревожно озираясь.

— Жаклин, мы можем отключить гравитацию?

— Нет! Не надо!

Девушка вцепилась в рукав Лаки и зажмурилась.

— Тебе не хорошо?

— Наконец-то заметил… Когда же мы полетим?

— Мы уже летим, девочка моя. — Отозвалась Жаклин. — Вы прошли стасисную обработку. Добро пожаловать на борт!

Дверь бесшумно ушла в стену.

— Ваша каюта по курсору, капитан, или сначала в рубку?

— Сначала надо разместить нашу гостью.

Каюта напомнила Лаки по планировке и отделке номер в отеле «Персеида плаза». Просторная гостиная с высоким потолком. Ковры, люстра, сияющая хрусталем, картины на стенах и мягкая, кожаная мебель пастельных цветов.

Во всю противоположную стену моментально открылось панорамное окно-вид на Холлифорд.

— Такой был вид из твоего номера, мальчик мой?

— Мы и вправду на корабле? — спросила Стефания, продолжая держать Лаки под руку.

— Слишком роскошно?

— Я ожидала другого…Что-то скромное. Пенал для отдыха, аскетичную командирскую рубку… Где же ванная комната?

Справа в стене открылся проем.

— Ванная комната здесь. — Ответила Жаклин.

— Мне нужно пару минут…

Стефания мгновенно переместилась в ванную, и оттуда раздался ее восхищенный вопль.

— Вау! Невероятно! Лаки! Ты только посмотри!

— Жаклин, к чему вся эта роскошь?

— У нас гостья и первое впечатление самое важное, мой мальчик. — Строго заметила Жаклин.

— Можно заменить вид за окном?

— Легко! Что бы ты хотел видеть? Рамуш, Рилон, Хиссар, Мирхат, а может быть Терру?

— Что-то романтическое, то что я раньше не видел.

— Великий каньон на Терре?

— Хорошо. Что с нашими преследователями?

— Для них мы перестали существовать. Мы в полете.

«То есть, размазаны в подпространстве от Персея до Ориона…»

— Что на Рамуше?

— Зона космопорта уничтожена кварковой бомбой. Теперь там дырка до самой поверхности планеты радиусом сто миль.

— Они засекли твой старт?

— Нет. Я ушла на орбиту спутника еще до появления крейсера. Если бы они заметили мой старт, то не стали бы бомбить планету. Как мне кажется.

— Они хотели тебя уничтожить…Почему?

— Возможно здесь, в компе хранятся тайны, про которые никому знать не положено. Подумать только — кварковая бомба!

— Есть какие-то мысли?

— Мысли и варианты есть в огромном количестве. Но главное сейчас — замести следы.

— У империи долгая память.

— Галактика велика и всегда для нас найдется тихая гавань.

— Лаки, иди же скорей! — не унималась Стефания.

— Кажется, она пришла в себя?

— Безусловно. Она хорошенькая. Одобряю твой выбор, мой мальчик.

— Она не только красивая, но и умная.

— Редкое сочетание! Мой мальчик влюблен?

— Я все же «капитан» или «мой мальчик»?

— Мальчик вырос? — хмыкнула Жаклин. — Я бы очень хотела тебя сейчас обнять. Пусть Стефания это сделает за меня. Подать вам ланч?

— Ну, Лак! Где же ты?! — раздалось из ванной комнаты.

— Подробный доклад после. Пойду развлекать гостью. Надеюсь, ты отключишь на время наблюдение в ванной комнате.

— Как прикажете, капитан.

… Свежий бриз пах морем, шелестели над головой широкие пальмовые листья, прикрывая от солнца. Белый песок в паре шагов. По кромке прибоя пробегают крабики, угрожающе приподняв клешни. Синее море и синее небо…

— На миг мне почудилось, что краб ко мне заберется сюда! Невероятно!

Стефания лежала в объятиях Лаки в глубокой треугольной ванне на берегу океана. Рядом их бунгало, через приоткрытую дверь видно краешек ковра на полу.

— Как это возможно? Я понимаю, что иллюзия, но такая натуральная! Запахи, звуки!

— Если хочешь, я спрошу у Жаклин.

— Не надо. Пусть будет как на самом деле. Зачем знать технические детали…Мы на корабле, и мы летим? Вместе?

— Да.

Стефания положила затылок на плечо Лаки.

— Великолепное начало. А что нас ждет впереди?

— Сказочное путешествие…

— У вас волшебные руки, капитан и ненасытный аппетит. Что там упирается в меня снизу?

— Может быть краб?

Стефания с визгом попыталась поймать «краба» и в мыльной воде они затеяли веселую возню…

Корабль летел к бете Ориона. В трюмах его, в капсулах АКР, лежали в искусственной коме все члены семьи Гашан.

Книга 2

ИСЧАДЬЯ ДЕКАБРЯ

«Исчадья декабря» — второй роман про Лаки.

Вторая планета Беты Ориона превращена усилиями хозяина, миллиардера Морелли в подобие Старой Британии конца 19 века. Паровозы, дирижабли, корсеты, револьверы и кэбы. Здесь Лаки и Стефания продолжают свои поиски.

Первая глава

Снизу из кухни сквозь перекрытия настырно просачивался запах пригоревшего бифштекса. Аромат кофе не мог его перебить, как не старался.

Открыв глаза, он смотрел на пыльные, тяжелые гардины. В комнате душно и сумрачно, как вечером, хотя за окном утро давно. Открывать окно смысла нет. Тяжелая угольная вонь вместо свежего воздуха-вот, что немедленно попадет в комнату и останется надолго.

Нащупал под кроватью тапки, обулся. Сдернул с кресла стеганый халат и, шаркая, чтобы тапки не слетели с ног, добрался до туалета.

В апартаментах есть отдельный туалет и ванна-медное, позеленевшее чудище на литых ножках. На дне прилипли высохшие хлопья грязной мыльной пены. Вчера едва хватило сил помыться с дороги. Триста миль в скрипучем вагоне на жестких скамьях…Он ехал во втором классе, потому что в первый уже не было билетов, а ждать еще сутки до следующего поезда он не пожелал. Причальной вышки для дирижаблей в Дорреме еще не построили. Да и вряд ли когда построят.

Он умылся, посмотрелся в зеркало, потрогал усы и бородку обрамлявшие губы. Растительность на лице его раздражала. Его все раздражало здесь, не только его облик, новый и неузнаваемый! Покосившись на голое плечо, торчащее из-под атласного одеяла, он пробрался в гостиную, раздвинул шторы, с тоской посмотрел на серое, низкое небо. Возможно, будет дождь. Хорошо бы. Дождь прибивает копоть к земле и можно дышать.

По булыжникам улицы протарахтели колеса кэба. С четвертого этажа в окно узкую улицу внизу трудно что-то разглядеть, тем более через грязное стекло.

Подойдя к стене, он зажег газовый фонарь, стало куда светлее. Под дверью в щели белела свежая газета «Тайм Ньюс».

Он вытащил ее и, брезгливо отряхнув от пыли о полу халата, развернул.

Газета воняла типографской краской и пачкала руки. Единственный способ получать новости! На первой полосе фотографии полицейского комиссара на месте очередного убийства. «Три трупа с перерезанными глотками в Верхнем Ист-Сайде!»

На второй странице статья про новую линию к горам Норфолка. Зачем новая железная дорога в этих пустошах? Что-то будут добывать в горах? Опять уголь?

На третьей странице привычно теснились светские сплетни и объявления.

Сообщение о зимнем бале у министра Линдера было самым большим. Украшено глупыми завитушками. Подавив раздражение, он продолжил чтение газеты.

Нежные руки сзади обвили его шею. Аромат духов навалился как лавина с горы.

— Милый, ты, почему сбежал от меня? Ради газеты? О, там про зимний бал есть объявление!