Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 85

— Ты хорошо отдохнула?

— Ты знаешь, когда я удовлетворена, то сплю как убитая! А ты вчера был таким нежным и долгим…

Она поцеловала его в шею.

— Осторожнее, милая, не оставь отметину!

— Эта отметина как знак твоего отменного качества…

— Как медаль на бутылке?

Она засмеялась.

— Что заказать на завтрак?

— Чтобы не заказывали, принесут опять овсянку, пережаренный бифштекс и яичницу! — пожаловался он.

— Я слышу раздражение в твоем голосе! Плохие сны приснились?

— К черту сны! — он отшвырнул газету на пол. — МЫ здесь тратим время понапрасну!

— Еще месяц назад ты наслаждался этим миром.

— Месяц был слишком долгим!

— Выпей валерьяна, милый.

Зашуршали кружева. Он обернулся и успел увидеть длинные белоснежные ноги, круглую попу и гибкую сильную спину, прежде чем все скрылось под пеньюаром.

— Я иду в ванную. — Объявила Стефания голосом избалованной аристократки. У нее хорошо получалось подражать графине Крисленд.

— Колонка остыла.

— Я обожаю ледяную воду!

Лаки хмыкнул.

Почему-то подруга переносила все это дерьмо куда спокойнее, чем он. Может потому что не получила большего, чем она ожидал от этого мира?

Вторая планета беты Ориона носило имя Старая Британия. Ее еще именовали «заповедник Морелли». Спятивший на фоне дурной наследственности или от больших денег аристократ с Терры выкупил права на колонизацию землеподобного мира и построил на нем странную цивилизацию. Мощеные булыжником города с низкими домишками, связывали железные дороги, по которым мчались локомотивы с паровыми двигателями. Небо бороздили дирижабли, а моря пароходы.

Паровые машины работали на угле и дома в городах отапливались углем. Зима на планете длилась два года по земным меркам, и густой смог окутывал поселения непроницаемой пеленой. Снег зимой в редкость, а когда выпадал, то цвет его был грязно-серым.

Свежий воздух имелся в достатке только в сельской местности, среди лугов, пустошей и болот. Только кто же туда поедет жить? Легко можно купить хоть поместье в живописном месте. Но нет туда дорог, а грунтовые размывает дождями, так что лошади тонут по брюхо! Может быть весной и летом здесь и хорошо, только они прилетели на планету в разгар осени. Столица имела название естественно — Лондон-Сити. На канале, ведущем от озера Виктории к океану, были скрупулезно воспроизведены здания с Терры-парламент с Биг Беном, Тауэр и все прочие — массивные, имперские…

Все желающие попасть в «заповедник Морелли» подписывали обязательство соблюдать местные законы и прожить не менее чем год на планете. Космопорта здесь не имелось. С орбитальной базы челноки садились на островке имени королевы Виктории в океане в ста милях от Лондон-Сити и оттуда путешественников на двухколесном пароходе везли на материк.

По улицам местные жители передвигались пешком или на лошадях, верхом или в экипажах. Были и механические экипажи на паровых двигателях. На них катались полицейские и пожарные.

Одежда допускалась только местная — изготовленные полукустарно вещи. Готовой одежды не было, разве что ношеная! Но такую носили только пролетарии — сумрачные люди в кепках, часто чумазые, в грязной обуви, с руками, в которые въелась угольная пыль.

Люди с деньгами заказывали одежду по росту у портных и белошвей.

Путешествие на год в Старую Британию было делом модным среди терран. Сюда прилетали как на машине времени, что прожить год как в терранской девятнадцатом веке. Никто не желал прожить этот год угольщиком или горничной!

Сюда прилетали богатые люди. Год жизни здесь стоил миллион стандартов с человека.

Деньги на планете ходили аналогичные древним: фунты, соверены, шиллинги и пенсы. Тяжелый металл: золото и серебро лежало грузом в кожаном кошельке.

Стефания в них прекрасно разбиралась, а вот Лаки постоянно попадал впросак.

Каждому туристу открывался счет в имперском банке не более чем на миллион фунтов каждому, больше взять с собой не позволялось. При этом местный фунт приравнивался к тысяче стандартов. Лаки, изумленный таким грабительским курсом, ограничился всего ста тысячами фунтов, а теперь начинал думать, что погорячился. Хватит ли денег до конца года? Путешествия в разные концы обходились не дешево…

Стефания предлагала вложить деньги в бизнес. У нее руки чесались что-то затеять.

На планете свирепые законы и за многие уголовные преступления единственное наказание — смерть через повешение. Но вот свобода предпринимательства полная, а налоги небольшие. Пролетарии были готовы пахать за гроши и про профсоюзы или социальные гарантии понятия не имели. Откуда только таких привезли?

Правил Старой Британией король Ричард, с одобрения парламента, разумеется, утверждал правительство. Депутатов в парламент выбирали те, у кого водились деньги. Женщины и пролетарии не голосовали. Спикером парламента, бессменным и постоянным был сам Морелли-седой, но бодрый старикан.

Руководил и направлял, так сказать…И король и правительство, и парламент, как догадывался Лаки, были только статистами. Игрушками или актерами за зарплату? Впрочем, какая разница? Выйти на Морелли у Лаки никак не получалось. Старый гриб общался только с людьми своего круга. Чтобы попасть в высшее общество надо было принять подданство королевства (это без проблем), перевести в ее банки свои активы (в принципе можно ограничится и частью) и суметь понравиться этому самому «высшему обществу» (а вот это самая сложная часть)!

Про эльфов на планете ходили только смутные слухи, похожие на сказки. Что вот, на западе, в глухих лесах есть такие — живут в симбиозе с деревьями, буквально с них не слезая. Бояться, и сторонятся людей.

Доррем, который наконец-то посетил Лаки, и располагался возле этих заповедных лесов.

Пустая оказалась трата времени. Местные держали язык за зубами и только мычали как глухонемые в ответ.

Стефания плескалась в ванной, гудела колонка на угольных брикетах. Лаки смотрел в пыльное окно, потирая бородку, отращенную по местной моде.

Подруга добилась приглашения на бал к министру транспорта Линдеру. Может быть, там удастся что-то узнать? Как-то надо прожить этот год до конца. Весь этот вечный декабрь!

Стефания крутилась в Лондон-Сити как белочка, расширяя знакомства и обзаводясь полезными связями. Она нашла и сняла недорого этаж в доме жены капитана парохода, миссис Водекер на Додсон-стрит 16 в десяти минутах ходьбы от центра города.

Стефания была вполне счастлива и это раздражало Лаки еще сильнее.

Вторая глава

— Дорогой, ты не забыл? У тебя сегодня уроки верховой езды!

Стефания продолжала сидеть в ванне, но проконтролировать ситуацию не забывала.

«Она очень заботливая и волнуется за меня. Почему это меня так бесит?»

Лаки покосился на холодную яичницу на тарелке. Зря он отказался с самого начала!

— Уже одеваюсь!

Он вошел в гардеробную, отворил скрипучую дверцу шкафа.

Сорочка, черные, узкие брюки, сапоги до колен, жилетка и галстук на шею, сюртук…Да, не забыть еще и шляпу с тростью и перчатками! Огляделся в зеркале на стене. Вроде бы все нормально? К этой одежде он долго привыкал. Тяжелое суконное пальто ждало его на вешалке. Черное, как у всех в этом городе.

Стефании пришлось хуже: корсеты, длинные юбки, чулки с подвязками…Как много тряпок нужно ей надеть, чтобы выйти из дому! Интересно наблюдать, когда она все с себя снимает. Он редко, когда мог дождаться до конца. Из процесса раздевания она устраивала настоящее шоу!

— Я закрою дверь на ключ?

— Да, милый, я еще посижу немного!

У Стефании было спасение-горячая ванна. Для Лаки не было спасения.

Он спустился по лесенке вниз.

— Доброго дня, мистер Стюарт!

Полненькая миссис Водекер в пестром платье, опасном для глаз, уже караулила его у лестницы.

— Доброго дня!

Лаки коснулся рукой к полям шляпы.

— Мистер Стюарт, вы будете к обеду?