Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 87

Лаки не спеша, поднялся по винтовой лесенке на второй этаж. Сверху женщины в пышных платьях напоминали букет цветов. Освободившись от пальто и плащей, при золотом свете фонарей женщины кружились как ожившие цветы.

Под серым небом на улицах Лондон-Сити таких ярких цветов не увидеть. В пассаже ярко горели газовые фонари, было тепло. Пахло духами, кофе и ароматным табаком.

На втором этаже в буфете сидели мужчины, кто с виски, кто с пивом. Коротали время, пока их женщины выбирали дорогие сердцу тряпки. Каждый с газетой.

На третьем этаже, в зале похожем на фонарь с видом на центр города в ресторане Лаки занял столик ближе к окну.

Отсюда ему нравилось смотреть на город, когда он погружался в сумерки и огни на улицах и в окнах смягчали серую сумрачность зданий. Город казался загадочным и таинственным местом, а не вонючей угольной котельной.

«Морелли настоящий маньяк! Чем-то он сам дышит здесь?»

Ему принесли меню и карту вин.

Лаки посмотрел на часы. Стефания опаздывала. За ее безопасность он не волновался. По городу девушку сопровождал телохранитель, бывший боксер со сломанным носом и старыми шрамами на бородатой морде. Звали его Ник Маккенан.

Где уж его нашла Стефания Лаки не догадывался, но вид у бывшего боксера был грозный, а на поясе всегда висела дубинка из стального прута, обтянутого бычьей кожей.

С Лаки он себя вел вполне вежливо. «Да, сэр! Нет, сэр! Как будет угодно леди!»

Заказав коньяк, Лаки крутил в руке бокал, наслаждаясь ароматом напитка. На вкус он ему совершенно не нравился. Стефания, наоборот, перед обедом любила пропустить в качестве аперитива именно коньяк.

«Ну и где ее черти носят?»

Лаки опять посмотрел на часы. Небо над Лондон-Сити потемнело, и дымы над трубами на севере в промышленной зоне стали почти невидимыми.

Выбора, где жить в Старой Британии по сути дела и не было. Вся жизнь сосредоточена в Лондон-Сити. Многочисленные сонные городки вдоль железных дорог были местом скучным и беспросветным. Обычно две улицы, крест на крест. В центре церковь и паб. Любимое развлечение аборигенов между церковью и пабом-торчать на станции, наблюдая за проходящими поездами. В таких городках жили арендаторы и рудокопы. В своих поездках по стране Лаки насмотрелся этой провинциальной жути.

Денег им, конечно же, хватило бы на покупку поместья. Но жить в глуши целый год?!

Неделя в Лондон-Сити расписана наперед. На все дни что-то запланировано. Сегодня-Пассаж. Завтра скачки, послезавтра-опера, а в конце недели — зимний бал.

Большинство из тех дам, на первом этаже как раз и занято подбором нарядов к балу. Самое место для Стефании…

А тут появилась и она.

Разрумянилась, глаза блестят, шляпка чуть набок…Красавица!

Лаки поднялся ей навстречу, получил мимолетный поцелуй в щеку.

Села, расправила дотошно бордовую юбку.

— Что заказал, милый?

— Ждал тебя.

— О, ты согрел для меня коньяк!

Бокал тут же оказался в руках Стефании.

— Только представь, я встретила Анну!

— Графиню Крисленд?

— Да, да! Она пригласила нас с тобой завтра на ужин! Ты рад?

— Безумно.

— И унылость в голосе. Что случилось с моим котиком?

— Стеф, прекрати называть меня на людях котиком, я же просил.

— Ты думаешь, они меня слышат?

Девушка стрельнула взглядом вправо, влево. Ей нравилось находиться в центре внимания, нравилось ловить восхищенные взгляды и купаться в комплиментах. Девочка из трущоб Цирцеи наверстывала упущенное.

Лаки в Лондон-Сити познакомился с новым чувством-с ревностью.

«Вот же, гадство! Не могу же я ее запереть в комнате и никуда не выпускать?!»

— Ты нашла то, что хотела?

— Да! Очень миленькое платье всего за сотню фунтов. Тебе понравиться. Ник там пока все покараулит.

— Ты мне и без платья нравишься.

— Не могу же я поехать на зимний бал в панталонах?

— Было бы забавно посмотреть.

— Извращенец! — девушка шутливо шлепнула Лаки перчатками по руке.

Появился официант и, прихлебывая коньяк, Стефания быстренько все заказала.

Ее любимая форель с картофелем и с сырным соусом, пудинг, белое вино.

Стефания обожала печеную рыбу. Приходилось ей помогать, потому что в ресторанах приносили на одном блюде огромную порцию, по силам, если трем едокам.

— Закажи еще коньяк, милый.

— Тот же самый?

— Да, будь любезен!

Это был хороший знак. После двух рюмок коньяка подруга становилась томной и ласковой. На прогулки ее не тянуло, а тянуло в постель.

— Завтра не едем на ипподром?

— Все запланировано, что ты говоришь?! — всполошилась Стефания. — Я же настроилась! Жду всю неделю! Что такое? У тебя важная встреча?

Лаки хотел соврать, но не решился. Выдумки с нею не прокатывали.

«Может потому что я еще не научился врать с честным лицом?»

— Я пошутил.

Стефания открыла рот, но тут появился буфетчик с бутылкой коньяка.

Лаки свой бокал только пригубил.

— Завтрашний день и вечер очень важны. Постарайся понравиться этому болвану-лорду Крисленду.

— Будет сделано, дорогая.

— Вспомни какие-нибудь анекдоты с Терры или, о чем там болтают мужчины наедине?

— О женщинах.

— Можешь поболтать обо мне…Посмотри, ты видишь того рыжего господина с бородкой?

— Кто это?

— Сам лорд-судья Хатчинсон!

— Стеф, где ты всего этого набираешься? Где ты его встречала?

— Какая разница?

— Вот запру в комнате на ключ, тогда узнаешь, какая разница!

Стефания захихикала.

— О, боже, милый! Ты ревнуешь меня к этому старику?! Это — прелестно!

К счастью принесли заказ, и отвечать не пришлось.

Вспомнилось объявление в газете.

«Если в вас поселились сомнения в добропорядочности и надежности ваших партнеров, вашей супруги или ваших слуг-обращайтесь в сыскное бюро Нивелла!»

Может и вправду нанять сыщика?

Чем занимается Стеф во время его отлучек? И на самом ли деле она посещает курсы верховой езды на Саттерленд-роуд?

После позднего обеда, перешедшего в ужин, они погрузились в кэб вместе пятью объемными свертками и отправились домой.

Ацетиленовые фонари по обеим сторонам кэба ярко освещали все вокруг. Цокали копыта по мостовой. Губы Стефании были сладкими и пахли почему-то виноградом.

Четвертая глава

Трибуны ипподрома наполняла публика не простая. По случаю внезапного солнечного дня, господа и дамы сняли пальто. Белели накрахмаленные сорочки и дамские кружева, сверкали драгоценности и оптика в бронзовых оправах.

Лаки откровенно скучал. Стефания горячо болела за «своих» лошадок, размахивая сложенным зонтиком. Бывший боксер ник то и дела топал к букмекерам, делал ставки для леди Стюарт.

— Ты загоняешь насмерть своего стража, дорогая!

— Ему полезно делать прогулки! Давай же «Бриллиант»! Давай!

Впрочем, она была не одинока в свободных выражениях чувств. Многие дамы вопили и подпрыгивали на местах, подбадривая жокеев, что проносились мимо практически стоя в седлах.

К удивлению Лаки Стефания через час уже бренчала золотом в расшитом кошельке.

— Тебе везет сегодня, милая. Поздравляю!

— Это не везение, а хорошая разведка и тонкий расчет!

— Хочу выпить кофе. Не составишь мне компанию?

— Ты что?! Сейчас самый важный заезд!

Лаки пожал плечами и, покинув кресло, выбрался в проход. Под трибунами имелся неплохой буфет. Здесь подавали отлично сваренный в новейшей механической кофеварке кофе.

Некоторые господа морщили нос, мол, механизм не может правильно варить кофе.

Лаки, наоборот, все нравилось. И сравнительная тишина тоже нравилась. Особенно во время заездов.

Кофейная машина медным сияющим монстром возвышалась над стойкой полированного старого дуба. Два циферблата как выпученные глаза…

— Что пожелает сэр?

Буфетчик, молодой парень с усиками и зализанными черными волосами на голове, но в ослепительно белом фартуке.