Гнойные наркоманы (ЛП) - МакКензи Шейн - Страница 1

Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Шэйн МакКензи

" Гнойные наркоманы "

Гной сочился, как бледный червь. Понемногу, завиваясь, как хвост свиньи и выплывая наружу. Кип использовал оба пальца, чтобы сжать раздраженный, раздутый прыщик, который чувствовал себя как дома, прямо между его глазами. Из него торчали крошечные волоски, и на его лице он выглядел как рыжевато-красный ежик.

   Как только гной иссяк, кровь последовала прямо за ним, окрасив край его ногтей красным. Кип вырвал еще одну салфетку «Клинекса» из коробки рядом с ним, вытер на неё гнойную струну, а затем использовал ее, чтобы высосать кровь. У него уже было четыре разорванных кусочка, наклеенных на различные точки на его лице.

   Таблетки не действовали. До этого он пробовал все кремы и лечебные мази, которые предлагал дерматолог, продающиеся без рецепта, но прыщи выигрывали битву каждый раз. На самом деле, всё только ухудшалось, покрывая лицо, затылок, грудь, задницу и всю спину. Прыщи пульсировали на поверхности его кожи, щекотали его плоть, как будто каждый из них был заполнен маленькими пауками, мечущимися внутри.

   Поэтому, когда ни одно из средств или втираемых лекарством салфеток не срабатывал, доктор дал ему несколько таблеток. Он говорил о том, насколько они сильны, как они использовали эти таблетки только в крайнем случае, потому как у него были довольно серьезные побочные эффекты. Он сказал, что Кип сможет увидеть результаты всего за неделю или около того. Прошел месяц. Прыщи все еще покрывали его, как красные маслянистые песчаные дюны в бесконечной белой пустыне. Его кожа высохла, точно как сказал доктор, но рост прыщей так и не остановился. Кожаные чешуйки, похожие на чешую рыбы, обитали в местах между прыщами, а его губы были настолько потрескавшимися, что напоминали змей, сбрасывающих шкуры. Он облизнул палец и потер сухие пятна на лице, чтобы немного увлажнить кожу.

   «Я похож на прокаженного. Как я буду куда-либо ходить?»

Он подумал, что, если бы его туловище не было покрыто гнойными шишками, у него было бы больше уверенности.

   Сняв рубашку, он поднял руки и развернулся на месте, не сводя глаз с зеркала. Пупырышки на его груди и спине были воспалены, ярко-неоново-розового цвета, но он не стал давить ни один из них - он оставит их на потом ...

В первую очередь он хотел избавиться от прыщей на лице. Не то чтобы они выглядели лучше, опустошенные белой начинкой из заварного крема. Теперь они были открытыми ранами, извергая кровь, кожа стала темно-красной, почти темно-бордовой. Всегда требовалось несколько часов, прежде чем кровотечение полностью прекратилось, а затем они просто превратились в струпья, прикрепленные к его коже, как сплющенные клещи.

   Он получал странные впечатления от их выдавливания. Не было никакой боли, было лишь эйфорическое ощущение, когда он сжимал их. Иногда, когда они начинали пульсировать, это было почти как оргазм, и он просто закрывал глаза и наслаждался им, до того как прыщи успокаивались и становились неподвижными.

Он был совершенно уверен, что это ненормально, что ему, вероятно, следовало что-то сказать об этом доктору, но он так и не решился на это. Он не знал, было ли это от смущения или потому, что он не хотел, чтобы доктор заставил это чувство исчезнуть.

На его нижней губе появился новый прыщик. Шишка не была герпесом, он знал это наверняка. Пришлось бы поцеловать девушку, чтобы заразиться герпесом. Из-за прыщика у него опухла губа, словно его ударили кулаком в рот, и как бы сильно он не сдавливал его, он не мог заставить его щелкнуть. Прыщик покалывал и пульсировал.

Он попытался снова на него надавить. Закатывая глаза, на его губах вспыхнуло удовольствие. Из прыща начали сочиться небольшие капли крови, но гноя не было. Размер прыщика увеличился вдвое от раздражения, и Кип наконец решил оставить его в покое.

«Я позабочусь об этом завтра»

К тому времени он будет заполнен кремом, прося, чтобы его сжали пальцы.

   Несколько лет назад он превратил чердак в свою спальню, всегда считая его своим маленьким укрытием, как домик на дереве. Его мама была абсолютно довольна Кипом, потому как считала его замечательным учеником и даже лучшим сыном.

   Кип упал на колени и толкнул дверь, чтобы он мог разобрать, что говорят.

   «…попытаться? Какого черта ты хочешь, чтобы я сделал? – прозвучал голос кузена Кипа, Зака. Он жил с ними только около недели.

   «Соберись, вот что. Я делаю все возможное, Зак. Я правда…- сказала Мать Кипа. Кип мог сказать по тону ее голоса, что она была действительно расстроена, её голос звучал на грани слез.

   «Я говорил вам, я пытаюсь. Я иду в класс и делаю все возможное. Леди, вы должны понять... Я не могу просто ...

   «Леди? Леди? Назвай меня тетя Дженни.Ты меня понимаешь? Или еще лучше, называй меня мэм. Я не позволю неуважительно относиться к моему дому со стороны какого-то парня. Я делаю тебе одолжение здесь. Ты знаешь, как твоя мама умоляла меня привести тебя сюда? Я не слышала, чтобы моя младшая сестра плакала так, когда мы были детьми. Ты действительно сделал с ней это, ты знаешь? Ты и этот сукин».

«Да. Я знаю. И я ненавижу его тоже. Это всё из-за него... Я пытаюсь все исправить. Я больше не пью. Не употребляю наркотики. Я клянусь. И я очень стараюсь в школе».

   Кип приоткрыл дверь еще на несколько дюймов, пытаясь лучше рассмотреть. Теперь он мог видеть их ноги.

   Наступила минута молчания, и он понял, что его мать закрыла лицо обеими руками и начала качать головой. Она всегда так делала, когда была расстроена.

   «Я не хочу снова поймать тебя на курении сигарет. Хорошо? Ты, возможно, подумаешь, что это не имеет большое значение, но я не хочу, чтобы мой сын видел такое поведение. По рукам?»

Зак вздохнул. Не то чтобы Кип вообще когда-либо курил.

   «Мне не нравится, что ты куришь эти проклятые сигареты. Но ты хотя бы не делай это здесь, в моем доме, и у нас не будет проблем».

   «Хорошо».

   «А ты когда-нибудь думал о том, чтобы попросить Кипа помочь тебе с учебой? Я уверена, что он был бы рад помочь тебе».

   Кип закрыл дверь. Он не спешил слышать ответ Зака ​​на этот вопрос, хотя надеялся, что его двоюродный брат обратится к нему за помощью. Зак был самым близким другом, что были у Кипа, хотя с тех пор, как Зак приехал, он не сказал Кипу и пяти слов. Когда они были детьми, они были лучшими друзьями. Неразделимы. Когда Кип узнал, что Зак какое-то время собирается жить с ними, собирается пойти в ту же школу, он был так взволнован, что даже освободил место в своей комнате, чтобы Зак мог спать.