Гнойные наркоманы (ЛП) - МакКензи Шейн - Страница 40

   Ответа не последовало.

   Зак попробовал еще раз проморгаться, использовав внутреннюю часть рубашки, чтобы снова вытереть глаза. Все стало немного яснее, но ненамного. Он достаточно ясно осознал, что Гвен там не было.

   Он услышал ее крик, но только на мгновение, прежде чем наступила тишина.

   Зак уже знал, что это Кип. Кип схватил ее, схватил ее, пока Зак был задушен болью.

   «Кип! Ты ублюдок! - Зак схватился за дверную раму с обеих сторон и просунул голову внутрь. - Кип! Какого черта ты сделал!»

   В последний раз, когда Зак мельком видел своих сокурсников, их части все еще были целыми. Теперь он даже не видел костей. Просто огромная цветная лужа крови, покрывающая каждый сантиметр пола, впитывающаяся в ковер гостиной. Запах был похож на медовую глазурь, запекаемую в духовке, со сладким привкусом. Зак добавил к растущей луже, строю своей рвоты.

   Единственным оставшимся целым трупом был Кэш, который все еще лежал на спине, его тело увеличилось в два раза, хотя оно было взорвано, раскрывая внутренности тропического цвета. Но даже когда Зак смотрел, оно таяло, как шарик масла на горячей сковородке, медленно, пенообразно и шипело.

   Лицо мальчика застыло от вопля муки, его лицо было покрыто черной кровью Кипа. Выражение растаяло в безликую каплю жидкой плоти и кости.

   «Кип! Где ты, чертов ублюдок!»

   Прямо перед тем, как Зак положил ногу в густую грязь на полу, что-то так сильно ударило его по затылку, что все стало черным, а во рту показался металлический вкус. Боковая сторона его лица упала на пол, разбрызгиваясь в тёплое кольцо.

   Зак только секунду стонал и корчился, прежде чем плюхнуться на спину и повернуться лицом к дверному проему.

   Чак улыбнулся ему.

* * *

   Гвендолин была тяжелее, чем выглядела. Было почти невозможно поднять ее по лестнице, а еще сложнее - поднять ее по чердачным ступенькам в его комнату.

   Но ему удалось. Теперь она сидела на поул, вытирая черную слизь с глаз, уставившись на жидкую лужу, которой раньше была Джейд Брюстер.

   Ух ты ... Я никогда не думал, что за миллион лет в моей комнате будут Джейд и Гвендолин. И в одно и то же время!

   Хотя его тело онемело, он все еще чувствовал бабочек в животе, глядя на Гвендолин. Ужас и отвращение, на её лице, все еще не скрывали ее красоту. Она выглядела так же великолепно и безупречно, как и прежде, и Кип не знал, что делать, он сел рядом с ней на пол, положил подбородок на руки и улыбнулся ей.

   «Тебе нравится моя комната? Ты знаешь, сколько раз я представлял тебя здесь со мной?»

   Гвендолин отступила от него, ее левая рука погрузилась в застывшую лужу Нефрита. Она взвизгнула и вытерла клейкую субстанцию ​​о свои джинсы, но продолжала ползти, пока затылок не коснулся стены. Потом она остановилась, обняла колени и заплакала.

   «Я знаю,- сказал Кип, оставаясь на месте. - Я знаю, что я отвратителен. Так было всегда ».

   Она не отвечала, даже не смотрела на него. Ее шепотные крики заставили Кипа захотеть обнять ее, поцеловать ее, сказать ей, что все будет хорошо, что теперь он будет заботиться о ней. Что она теперь его девушка.

   Но я не могу заставить ее любить меня.

   Его взгляд упал на маленькую пластиковую корзину для мусора, стоящую рядом с зеркалом. Все еще переполненную использованной тканью. Даже там, где Кип сидел через комнату, он мог видеть засохшую кровь.

   «О, Гвендолин. Мы будем так счастливы вместе. Разве ты не видишь? Это всегда было так. Мы должны быть вместе. Он переполз по комнате, и когда он бросил взгляд на Гвендолин, она теперь наблюдала за ним, ее опухшие от слез глаза были покрыты черной субстанцией.

«Ты знаешь? Может быть, поэтому все это произошло. Так что мы могли бы быть вместе. Я имею в виду ... ты сейчас здесь. В моей комнате. Прямо как во сне. И это было бы невозможно, если бы ничего из этого не произошло. Это стоило того. Каждый из этих чертовых придурков заслужил это ... ты так не думаешь?»

   «Не так, Кип, - сказала она дрожащим голосом, затем фыркнула и провела ладонью по носу. - Никому не нужно было умирать. Все, что тебе нужно было сделать, это спросить. Мы могли бы тусоваться вместе уже давно. Ты мне всегда нравился, Кип. Я всегда…»

   «Мы могли бы тусоваться? Это не то, что я хотел. Я тебе всегда нравился? Ну ... я всегда любил тебя. Я не хочу тусоваться Я хочу, чтобы ты любила меня! Я хочу, чтобы ты любила меня так, как я всегда любил тебя».

   Кип положил руки на мусорную корзину и вытащил горсть салфеток. Он открыл первый и вместе с кровью обнаружил несколько высохших шариков гноя. Он окаменел. В любом случае, Гвендолин собиралась съесть это. Она съела бы это, и тогда она полюбила бы его.

   Ее взгляд упал на клубок тканей, зажатый в его кулаке.

   «Чтоты делаешь?»

   Кип подошел к ней, его ноги были полны жидкости, и с каждым шагом он издавал хриплый звук. Когда он приблизился, его кожа стала дрожать, надуваться и выкачивать гной, разбрызгивая сок во всех направлениях.

   «Я просто хочу, чтобы ты любила меня, Гвендолин. Это все. Никто другой. Только ты»

   Она попыталась вскочить на ноги и убежать, но она поскользнулась о Джейд, подняла ноги и упала на бок.

   Кип не терял ни секунды. Он нырнул за ней, затолкнул салфетку ей в рот. Потом другую. И другую.

   Она боролась, и хотя он ничего не чувствовал, было приятно, что она под ним. Его кожа напротив ее кожи. Их плоть соединяется в одно существо.

   «Кип?» - сказала она, ее голос был высоким и мечтательным.

   «Я здесь. Я всегда буду здесь»

.

   «Я… ты мне нужен».

* * *

   Пулевые ранения Чака все еще извергали черную жидкость, как будто этому не было конца. Его кишки выглядели разорванными, словно какое-то животное порвало их. Разжевано и разорвано на ленточки.

   «Жаба жива. Ты чувствуешь его? - когда Чак сказал это, его глаза разъехались в разные стороны. Один указывал на потолок, другой на пол, но он все еще мог видеть Зака. – Он мой. АААА!»

   Зак встал, его спина пропиталась жидкой плотью. Задняя часть его головы пульсировала от удара, который он получил, и его зрение начало расплываться. Но когда Чак шагнул за порог и направился к нему, вытянув обе руки, эта чертова улыбка растянулась так сильно, как только могла, Зак протянул руку к своей талии и вытащил пистолет. Чак остановился и рассмеялся, схватил трубку своего кишечника и начал поглаживать ее.

   «Что ты собираешься делать с этим?»

   Зак позволил Чаку сделать еще несколько шагов, прежде чем нажать на курок. Пуля попала Чаку в лицо, откинула голову назад и брызнула черным на стену позади него. Он пошатнулся, но не упал. Зак бросился вперед, ткнул ствол в левый глаз Чака, затем нажал на спусковой крючок.