Всадники Одина Цена человечности (СИ) - Морошко Сергей - Страница 3

К холму вела еле заметная и совершенно заросшая тропинка, наверное, протоптанная какими-то местными представителями фауны. Ян, определив направление сигнала, уверенно вел к источнику. Который как назло располагался в районе зарослей колючего кустарника, густо покрытого мелкими красными ягодами. Съедобными или нет – проверять не хотелось. Ломиться сквозь колючие кусты – тоже. Йорг предложил подняться наверх, и, не дожидаясь одобрения Яна, полез в те самые кусты, стараясь продраться к крутому склону.

Чем и поплатился...

– Не вздумай зубоскалить по этому поводу! – сдавленно пригрозил Йорг далеким гулким голосом, вторенным многократным эхом.

– И не собирался, – едва сдерживая смех, уверил Ян, присев у самого края скрытого в зарослях входа в пещеру, куда, собственно, и скатился брат. Самолюбие Йорга всегда шло отдельной строкой в их взаимоотношениях. – Руку давай, великий скалолаз.

– Легко сказать, – донеслось из провала в земле. – Знаешь, как тут глубоко?

– Не знаю, но сейчас выясню, – Ян снова перестроил зрение, на этот раз на ночной режим. – Теперь вижу, тебя – тоже. Если перестанешь причитать и пройдешь чуть левее, то наткнешься на уступ. Что-то вроде ступеньки.

– Очень смешно. Между прочим, я не обладаю читерским зрением, в отличие от некоторых. Может, спустишься и поможешь?

– Ладно, швамп с тобой! Жди.

– Не надо нам грибочков. Здесь и без них проблем хватает. Ну ты где?!

– Да, сейчас гов… А-а-а-а!..

Теперь смеялся Йорг. И в отличие от Яна, он гоготал во весь голос.

– Заткнись. Своим ржанием ты мог привлечь внимание какой-нибудь местной пакости, – сухо заметил Ян, поднимаясь на ноги.

Йорг подавился смешком и с укоризной посмотрел на брата. Вернее, в том направлении, где он, по его мнению, находился. Все-таки в пещере было очень темно для человека с нормальным зрением.

Ян огляделся. Тронул брата за плечо.

– А! – подскочил Йорг, в панике вертя головой, отчего напомнил Яну испуганную курицу. Их держали на заднем дворе приюта. Считалось, что уход за сельскохозяйственными животными помогает стать молодым гвардейцам человечнее. Правда непонятно, что человечного в том, чтобы сначала эту курицу кормить, а потом отрубить ей башку. Но с системой не поспоришь.

– Тихо. Ты фонарик взял?

– Нет, конечно!

– Тогда просто поверь на слово – тут очень красиво. Хотя нет, не верь. Я тебе сам все покажу, – Ян выудил из специального кармана небольшой, но мощный светодиодный фонарик.

Да. Все-таки черно-белое ночное зрение не способно передать всю красоту окружающего мира. Яркий луч выхватил на стене завораживающие причудливые узоры блестящего желтого металла.

Похоже, они теперь богачи! Осталось только выбраться отсюда и наладить незаконную разработку. И тогда… тогда они смогут выкупить какую-нибудь небольшую планету в секторе лафиртов и больше не беспокоиться ни об ИБ, ни о Семье, ни о спецслужбах Единения.

– Эй, Ян! Долго еще будешь витать неизвестно в каких далях?! – раздраженно пихнул его в бок Йорг, отрывая от голубых и розовых мечтаний.

– Ты только оглянись вокруг. Мы богаты!

– Если выберемся…

Пока братья добирались до выхода из пещеры с них сошло семь потов. Длинный узкий провал не слишком сильно выделялся на фоне почерневшего неба. Снаружи доносился грохот и протяжные завывания ветра.

– Что за чертовщина?! – хмуро пробурчал Йорг, высовываясь из пещеры. И тут же влез обратно. – Пресвятые пассатижи, что там творится!

– Что?

– Что-что! Зима на улице, вот что!

Ян тоже высунулся наружу. А там… там действительно стояла самая настоящая зима, как в отстойнике климатизатора. Завывал ветер, небо тут и там расчерчивали ветвистые молнии, перманентно высвечивая участки на стене из падавшего снега. Хотя… В компенсаторных зонах не бывает буранов. Только постоянные плавные снегопады, без резких скачков температуры, давления и ветра. Дьявол, куда же они попали?!

Сквозь рокотание грома и вой ветра он услышал неожиданно знакомый раскатистый рык. Затем еще один. И еще. Ян тряхнул головой. Звуки повторились. Тогда он снова вернул зрение в ночной режим и обомлел. Буквально в паре метров от входа стояли варны[3]. Странные экземпляры. Обычно скаковые драконы не имеют столь вычурных рогов на голове и подозрительных наростов на крупе. Максимум, что Ян встречал – ажурный воротник вокруг головы ящерицы, и такие особи стоили, как тропический остров где-нибудь на Тамме или в той же Ринге, если не дороже.

Хотел бы он увидеть, как эти твари выглядят при свете. Однако внимание больше привлекли отнюдь не драконы, а их всадники – закованные в тяжелую броню крупные гуманоиды. Пустынная планета, говорите?..

Внезапно Ян почувствовал резкое удушье. Он попробовал вдохнуть, выдохнуть. Не получалось. В панике он скатился вниз к брату. Тот уже лежал без сознания. Из последних сил он попытался подползти к Йоргу, но не успел, провалившись в беспамятство.

Очнулся Ян от чувствительного тычка под ребра. Он возмущенно вскинулся, намереваясь оторвать обидчику если не причинное место, то уши точно. Вскинулся и… встретился с насмешливыми глазами Йорга.

– Я уж думал, ты помереть тут собрался, – поделился с ним «старший» брат, поднимаясь с колен.

– Долго я был в отключке? – Ян нахмурился. – И что… что это было? Тогда?..

– Не знаю. – Пожал плечами Йорг. – Я очнулся часа два назад. Хотя… могу и ошибаться минут на двадцать плюсом. Здесь ведь двадцать четыре часа, а не двадцать...

– Ты отошел от темы.

– Хорошо-хорошо. Так вот насчет второго… Никогда не думал, что скажу это, но… Не имею ни малейшего понятия. И это, заметь, с моей-то энциклопедической памятью! – на этой фразе Ян не смог сдержать тяжелого вздоха. – И, кстати, зима кончилась.

– Как кончилась?

– Закончилась и все. Лето на дворе. Поздравляю.

– Ты выходил наружу?

– Да. Выползал справить нужду. И не смотри так. Не мог же я отливать рядом с твоей полудохлой тушкой.

Ян снова вздохнул.

– Давай уже выбираться отсюда.

– А как же источник излучения?..

– Потом вернемся. У меня заряд почти на нуле, да и хочется взять что-то посерьезней «Койота», учитывая появление у нас новых приятелей.

Йорг, чуть поколебавшись, кивнул.

Ян осторожно выглянул наружу из импровизированного укрытия. Зима, может, и закончилась, а вот бронированные люди (или кого там швампы принесли прошлой ночью?!) верхом на варнах все еще могли ошиваться поблизости.

Но его опасения не оправдались: около входа не наблюдалось ни единой живой души. Странное же климатическое явление действительно себя исчерпало. Вокруг стояло знойное, душное лето. Только зелень кое-где пожухла и на кустарнике, что так удачно замаскировал их пещеру, кое-где полопались ягоды, превратившись в неаппетитное красное месиво. Как напоминание, что произошедшее ночью не являлось их с Йоргом общей галлюцинацией.

– Никого, – шепнул он. – Идем.

До пункта назначения они добрались быстро и, слава Всевышнему, без происшествий. Но… корабля на месте высадки не оказалось. На ярко-зеленом ковре, словно безобразная рана, зиял свежий кратер – все что осталось от нескольких десятков тонн металла, керамики и плоти.

***

Она поднялась незадолго до полудня, что для нее еще даже рано. И если совсем уж честно, она поспала бы еще чуток. Или не чуток… Но ее разбудил Вил. Он требовательно тыкался острой мордочкой ей в щеку, раздувал пятнистый воротник и, вообще, показывал всем своим видом, что дальше терпеть голод не намерен. Вредная, вечно голодная ящерица. Пришлось вставать. Тана обулась в домашние тапы, умылась из бадьи, что стояла в углу, и, как была в ночной сорочке, отправилась в погреб. Вытащив оттуда пару яиц, крынку с молоком, горбушку хлеба для себя и миску с мясной обрезью для цмока[4], вернулась в дом.

Ящер, завидев еду, радостно заверещал, нарезая круги под самым потолком.

– Ну что, Вил, спускайся. Будем завтракать.

Цмок навернул еще пару кругов по светелке и плюхнулся прямо на стол, едва не опрокинув молоко. Знает ведь, стервец, что пока отца нет дома, он может творить, что душа пожелает. Тана только вздохнула, поставила в печку вариться кружку с яйцами и принялась жевать хлеб с молоком.