Душа моего духа (СИ) - Морская Лара - Страница 57

— Подождите! — воскликнул Тин. — Не стирайте Аларинай из моей памяти! Я знаю, что она хотела мне доказать, и я на неё не обижен. Мне предстоит ждать её ещё много лет, но я хочу о ней помнить. Сотрите всё, что угодно, но оставьте Аларинай.

— Вы хотите помнить обеих ваших возлюбленных? — усмехнулся император.

гневно воскликнул: — У меня всего одна возлюбленная! — и только потом осознал сказанное. То, что император сам, первым заговорил о любви, и то, что он, тут же сознался в этом, было весьма неожиданным.

“Я совсем размяк”, - ворчливо подумал император, глядя на изумлённого Тина.

— Хорошо, так и быть, хотя вы этого не заслуживаете. Но знайте: когда вы вернётесь в империю, вы забудете Найли.

Впервые за эту встречу Тин улыбнулся.

— По-моему у нас уже достаточно доказательств того, что я найду Аларинай в любом месте и в любом обличии.

— Я рад, что вы так уверены в этом. Вам следует знать, что к моменту вашего возвращения мы даруем Аларинай полную свободу. — Ощутив нарастающую панику Тина, император поспешил закончить разговор. — Ну что ж, спешите обратно, Тиниалирий, я желаю вам удачи. Чем успешнее и скорее вы закончите ваше воплощение, тем скорее вернётесь к Аларинай в империю. — Создатель поднял руку, чтобы начать перемещение, но Тин остановил его быстрым вопросом.

— Прошу вас, скажите, как будут звать женщину, которая поможет мне закончить моё воплощение?

— Простите, кого?

— В моём пророчестве говорится, что какая-то смертная поможет переселить Младшую землю и вызволить меня из этого ада ожидания. Я хочу узнать её имя. Только не говорите, что вы не знаете этого. Я полагаю, что вы знаете всё. Вы знали всё с самого начала, не так ли?

С некоторой задержкой император усмехнулся.

— Эту женщину назовут Лорианна ан Мар Криалли.

С лёгким свистом окружающий лес растворился, и Тина потянуло обратно к Земле.

Глава 11. Империя

Меня зовут Аларинай, я — дух. Однажды Создатели сказали мне, что я — один из самых хитрых и изобретательных духов империи. Даже удивительно, что я это запомнила, ведь после этого мне стёрли память. Создатели называют это “компартментализацией” или отсеками памяти. Они сами создают эти отсеки, сами их и опустошают. Воспоминаниям об империи отводится самый большой отсек, и Создатели закрывают его, когда мы отправляемся в воплощения. Как только мы возвращаемся, память восстанавливается, и кажется, что мы не отлучались ни на час. С воплощениями всё обстоит намного сложнее. Создатели считают, что нам незачем их помнить, поэтому тщательно стирают отсеки воплощений после каждого возвращения. Однако иногда кусочки мыслей и ощущений остаются с тобой, прилипая к сознанию, и потом неожиданно выплывают на поверхность, озадачивая и заставляя переживать почти человеческое волнение. Вот такие мы, духи. Энергия, знания и память — вот и всё, что нам дано. Ах да, ещё и чувства, теперь я уверена в этом. Теперь я уверена во многом. Например, в том, что я не хочу, чтобы мне снова стирали память. Ведь забывая прошлое, ты забываешь и себя. А что, если мне не хочется самозабвения? А что, если у меня есть моя собственная душа?

Мы, духи — живое начало человеческого мира, его энергия. Мы восстанавливаем свои силы, обмениваясь энергией с природой: иногда отдаём, иногда забираем обратно. Империя Духов расположена над Землёй, в слое атмосферы непосредственно над тем, что мы называем “человеческой оболочкой Земли”. Там мы дожидаемся новых воплощений. Люди не догадываются о существовании Империи Духов, для них она — прозрачная часть атмосферы. А для нас это целый мир, в котором Создатели воспроизвели всё самое прекрасное, что так привлекает нас в человеческом мире — гулкие горные пещеры, высокую, густую траву, моря, леса. Вернее сказать, почти всё, что нас привлекает, так как людей в Империи Духов нет. Здесь всё почти, как на Земле. Почти.

Во время воплощений мы концентрируем энергию и живём в человеческом мире. Мы — душа всего живого, той природы, что окружает людей. А после воплощения мы возвращаемся в империю, в наше пространство ожидания. Между воплощениями иногда проходит несколько десятков, а то и сотен лет. “Отдых”, “стабилизация энергии”, “подготовка” — вот так нам объясняют необходимость этого ожидания. Видимо от нас требуется что-то особое для того, чтобы выживать в мире людей.

Ах да, люди… что я могу сказать про людей? Создатели относятся к ним с презрением, но при этом постоянно ставят их нам в пример. Дело в том, что человеку даётся всего крупица энергии, но чего они только с ней не делают! Это непостижимо. Они взрываются фонтаном эмоций, заражают ими себе подобных, они горят… Потом иногда, ни с того, ни с сего, они теряют энергию, рассыпаются, становятся почти невидимыми для нас, духов, тем не менее существуя и продолжая жить. Самые неожиданные и, казалось бы, незначительные события могут вызвать у людей невероятную душевную бурю. Когда у нас появляется возможность, мы, духи, следим за людьми с восторженным ожиданием следующего душевного порыва. Как это возможно, чтобы что-то настолько слабое и незначительное порождало такой всплеск энергии?

“Учитесь у смертных! — не раз говорил нам сам император, он же глава Создателей. — С вашей бы энергией да с их способностями…”

Он никогда не заканчивал это предложение, однако подразумевалось, что такая комбинация привела бы к чему-то совершенно потрясающему.

В империи мы существуем в форме сгустков энергии, а на Земле можем принимать разнообразные формы. Иногда, в особых, исключительных случаях, духам разрешается воплощаться в людей. Это случается крайне редко, так как людям трудно справиться с хранящейся в нас энергией, да и живут они до смешного недолго. Но всему бывают исключения. Те духи, которым доводилось воплощаться в людей, возвращались обратно в империю задумчивыми и грустными. Мы сразу же набрасывались на них, пытаясь выпытать всё, что можно, надеясь, что в их стёртой памяти ещё мелькали какие-то бессвязные фрагменты воплощения. Какого это — быть людьми?

К сожалению, связных ответов мы никогда не получали. Обычно вернувшиеся духи выдавали некий набор странных эпитетов, типа “невероятно”, “страшно”, “потрясающе”, “больно”, “ни с чем не сравнимо”. Мы тут же спрашивали их, хотели ли бы они снова стать людьми. Интересно, что все до одного, даже авторы таких эпитетов, как “страшно” и “больно”, отвечали на этот вопрос положительно.

Именно так обстоят дела с людьми: нас притягивает их безграничная слабость, их неожиданная сила, их очень, порой, нелогичное поведение, а также то обилие событий, которыми напичкана человеческая жизнь. Мы любим людей.

Хотя… вот в этом-то “хотя” всё и дело. Любим. В Империи Духов это слово не используется. Считается, что мы не способны чувствовать. Мы общаемся на языке энергии, но человеческие слова оседают в нашей памяти, как снежинки на холодной земле. Все, кроме слова “любовь”. Способны ли духи любить? Однажды я спросила об этом Создателей, и они затруднились дать прямой ответ.

“Для чего?” — поинтересовались они. Я не знала, что ответить. Если бы я знала, для чего в мире существует любовь, то, может быть, и сама додумалась бы до ответа на мой вопрос. В тот раз я решила не развивать тему дальше. Создатели и так считают, что я задаю слишком много вопросов. Не знаю насчёт самого хитрого и изобретательного, но не исключаю, что я — самый упрямый и любопытный дух империи.

А причина всех моих вопросов и моего упрямства проста: Тиниалирий.

Я знаю его всю мою жизнь, и все самые чудесные воспоминания об империи связаны с ним. Тин — самый непредсказуемый, порывистый и хулиганистый из всех духов империи. Он — единственный, кто не гнушается состязаться со мной, как с равной. Хотя духи и бесплотны, но различия между полами предопределяют нашу судьбу. Носители мужской энергии — сильные, разрушительные, порывистые, они становятся духами морей, вулканов, гор. Носители женской энергии — созидательные, лёгкие, динамичные, из них получаются прекрасные духи земли, крохотных новых планет и лесов.