Только не ты + бонус (СИ) - Морская Лара - Страница 79

— Надень презерватив! — скомандовала, а сама прикрыла глаза. Потому что хочу его так, как никого в жизни. Потому что это биология, а рефлексы — они такие. Нутро дрожит при мысли, что он кончит в меня без защиты, что это станет связью. И ведь разум против, но у тела своя логика. Поди угадай, кто прав.

Александр вернулся через несколько секунд. Посмотрел на меня пристально, словно проверяя, нужна ли защита. Щурясь, навис надо мной и вошел на всю длину. Ахнула, сжимая его в себе.

— Хочу тебя! — сказал, целуя мой подбородок. — Очень сильно хочу!

Подалась к нему бедрами, но он покачал головой.

— Нет, моя дорогая, не так. Ты будешь сверху.

Перевернулся, увлекая меня за собой.

— А ты что будешь делать? Читать газету? — возмутилась неискренне.

— Ты что, никогда не была сверху?

— Была, но от тебя ожидала другого подхода.

— Жесткого доминирования?

— Именно. Ты мне в прошлый раз чуть лопатку не откусил.

— Вкусная была лопатка! Но сейчас ты сама решишь, что делать и как. Чтобы было незабываемо. Заодно научишься мне доверять, потому что все в твоих руках.

Смешной он. Вроде отдал мне контроль, а сам еле терпит. Глаза прикрыты, ноздри расширены, так и стремится все взять в свои руки. И берет. Сильные пальцы обхватывают бедра, приподнимают вверх, потом насаживают. Резко, сильно, выбивая из меня вздох.

Я склоняюсь к его груди, провожу языком, ловлю быстрый поцелуй. Нетерпеливая дрожь тел почти синхронна.

Я кончаю первой, теряю ритм и падаю на Александра всем телом. Он содрогается во мне, сжимает изо всех сил.

— Знаешь, а ведь здесь есть кровать! — говорю, соскальзывая на ковер.

— Правда?

— Двуспальная.

— А я не заметил. — Александр смеется. — Рядом с тобой я вообще ничего нормально не делаю. Пойдем, примем ванну вместе.

— Будет слишком жарко! На улице +25.

— Жарко будет после ванны, это я тебе обещаю. Теперь, когда я немного размялся, смогу тебя как следует впечатлить.

— Будешь глотать огонь и жонглировать?

— Смейся-смейся, у меня большие планы на вечер!

— А в твоем возрасте не опасно настолько перенапрягаться?

— Опять возраст? Я не такой уж и старый. Поверь, я проживу достаточно, чтобы успеть тебе надоесть.

— В это я верю без труда!

Мы приняли ванну вместе. Я лежала на груди Александра, позволяла себя мыть и совсем ни о чем не думала.

— Мне хорошо с тобой, — признался он, массируя мыльной ладонью мою руку от плеча до кончиков пальцев. — Очень хорошо.

— Мне тоже. Помнишь, Лоренс предположил, что наш секс как пожар в заднице? Я с ним согласна.

Александр хмыкнул и, зачерпнув пригоршню воды, смыл пену. Подушечкой пальца поласкал локтевую ямку, провел по предплечью до ладони.

— Настоящий пожар начинается в голове, — сказал тихо.

Глупо было думать, что секс станет красивым прощанием. Мне уже мало. Мало Александра, мало нашего маленького рая в лесу.

Мало придуманного мною мира, в котором остальная реальность поставлена на паузу.

Резкий стук в дверь принадлежал иному миру. Там, где нет переплетенных рук и ног, горячих со сна тел, не желающих размыкать объятия.

Кто-то дубасил кулаком в дверь. Александр накрыл меня своим телом, словно мне угрожала опасность. Но нет, он всего лишь тянулся к телефону.

— Полседьмого утра! — проворчал, включив телефон, на котором сразу появились пропущенные звонки и сообщения.

Я лежала на боку, не шевелясь, замерев, словно мое тело реагировало на безусловную ярость раннего гостя.

— Я избавлюсь от них! — пообещал Александр, прижимаясь к моей спине. Потерся носом о лопатку, вдохнул запах, придвинулся ближе. — У меня были большие планы на утро. О-о-очень большие! — Вздохнул, обхватывая рукой бедро. — К дьяволу их всех! Пусть стучат! — пробормотал, царапая зубами плечо.

Снаружи раздался крик его отца, удары в дверь возобновились.

Выругавшись, Александр спрыгнул с кровати. Через несколько секунд я услышала его голос в прихожей.

Только тогда повернулась на спину и сцепила руки в замок в ожидании неизбежного. Назовите это интуицией.

— Не очень приличное время для визита! — раздался голос Александра. К сожалению, мне очень хорошо их слышно. Можно включить воду в душе, чтобы ни о чем не знать, чтобы остаться во вчерашнем дне, но я не двигаюсь. Слушаю.

— Ты не отвечаешь на звонки! По твоему виду понятно, чем ты занят. Как всегда, в своем репертуаре! — Дэвид почти кричал.

— Переходи к делу!

— Речь идет о том же деле, коим ты только что занимался. Мне удалось поговорить с Бертрамом.

— Он отказался выяснять отношения с кем-либо, кроме меня!

— Мне удалось его уговорить, и он сказал, о чем пойдет речь. Они приедут сегодня, Кара беременна.

— И зачем ты пожаловал? Нужны деньги на подарок? — В голосе Александра ничего кроме холодного сарказма.

— Ты на удивление спокоен.

— С чего бы мне волноваться? У Кары давно зудит в одном месте.

— Давно? Интересный выбор слова, когда речь идет о Каре! Она ребенок!!! Ей только исполнилось восемнадцать!!! — Дэвид кричал с такой яростью, что на полках позвякивали безделушки. — Девочка влюблена в тебя с детства! Она ребенок! Тебе что, баб мало? Какого хрена ты на нее полез, да еще и сделал ей ребенка?!

Тон Александра не изменился.

— Если Бертрам заявится сюда, чтобы продать мне эту идиотскую историю, я собственноручно выкину его из дома. И Кару тоже. Ты слышал о ее проблемах в интернате, сколько раз ее заставали с парнями. Она ведет себя, как ш…

— Молчи!!! Не смей так о ней говорить! Девочка выросла на наших глазах. Вас с ней видели! У Бертрама есть доказательства ваших отношений!

— Неужели он наконец освоил фотошоп? — Голос Александра сел, ослаб, словно он внезапно потерял силы. Я еле его слышала. Лежала на постели, не двигаясь, и смотрела в потолок. Тело еще хранило тепло Александра, его рук, его губ. А снизу, с первого этажа поднимался леденящий, липкий холод.

Моя судьба предсказуема до смешного. Вот он, очередной крутой поворот, оглашенный криком достопочтенного хозяина поместья.

— Как ты мог пасть так низко? Как?! И в такое важное для семьи время! Я надеялся на следующие выборы… Как можно сделать политическую карьеру, когда мой сын совращает малолетних?!

— Это ложь! И Кара не малолетняя, она много кому фору даст…

— Прекрати! По словам Кары, в первый раз вы были вместе, когда ей не было шестнадцати, а это противозаконно!

— Она лжет.

— А ты, безусловно, знаменит своей честностью! Самое малое, что ты можешь сделать, это жениться на Каре. Сделаем это быстро и тихо, никакой прессы, пока не затихнет дело Бертрама. Кара переедет к нам, а потом после успешных выборов поставим прессу перед фактом, что у вас есть ребенок.

— Это не мой ребенок!

— Знаешь что, Александр? Наступило время нести ответственность за свои поступки.

— Это не мой ребенок!!! Надеюсь, они не притащат его в дом.

— Она еще не родила. Ты что, даже не помнишь, когда ее обрюхатил?

— Не имею к этому отношения, поэтому и не знаю.

— Кара только что призналась отцу, три месяца беременности. Она точно знает, когда забеременела, и это от тебя.

— Это ложь!

— Твоя? Александр, у тебя есть возможность повести себя как мужчина. Отошли свою… женщину от греха подальше, признай содеянное и сделай Каре предложение.

— С какой стати? Я в жизни ее не касался, это не мой ребенок! Через шесть месяцев я потребую тест на отцовство, и Кара опозорится!

Какое-то время в доме было тихо. Дэвид с трудом держал себя под контролем, потом продолжил ровным тоном с отголосками ярости.

— Если ты на ней не женишься, то Бертрам опозорит тебя прямо сейчас! Он всех нас опозорит, ты же знаешь, сколько у него всего… против нашей семьи. Неужели ты не понимаешь, что он на все пойдет, только бы пристроить дочь? Его ждет тюрьма, его активы заморожены, у Кары ничего нет. Ты знаешь, какая она… не от мира сего, увлекающаяся, привыкла, что о ней заботятся. Как бы она себя ни вела, в душе она ребенок.