Задержавшиеся (СИ) - Морская Лара - Страница 11

Я согласно кивнула. — Хорош.

Госпожа Лиссон открыла от удивления рот, и её множественные подбородки застряли между двумя золотыми ожерельями. Честное слово, мне стало обидно за Анри.

— Ты тоже думаешь, что он хорош собой? — всё ещё боялась верить любящая мать советника.

— Да. Он хорошо сложен, у него густые волосы, голубые глаза, властный профиль. Почему вы так удивлены? Разве с ним что-то не так?

— Так, всё так, — с радостью согласилась женщина, и её глаза засветились надеждой. — А то, что он старше тебя, так это неплохо. Он повидал мир, и с ним будет интересно.

— К сожалению, ваш сын терпеть меня не может. Он назвал меня расчётливой, циничной и лживой, а сегодня ещё и посмеялся над тем, что у меня нет должного образования.

Госпожа Лиссон сникла настолько, что мне стало стыдно. Видимо таким образом Анри отпугивал и других потенциальных невест. Сказав пару пустых, вежливых фраз, она ушла.

Какой прогресс всего за одно утро! Визит Летиции открыл для меня некоторые возможности. Как не крути, а мне нужно снова попасть в комнаты Анри Лиссона, и теперь у меня есть, чем его подразнить.

Надо сказать, что сам факт моего нахождения около комнат одинокого мужчины уже являлся вопиющим нарушением нравов Алалиреи. К моему сожалению, дверь открыл слуга, а сам Анри. Посмотрев по сторонам и не увидев моей камеристки, он удивлённо захлопал губами, не зная, как повести себя в такой беспрецедентной ситуации. Надо же, как интересно устроены местные нравы: мне запрещается гулять без сопровождения, а при этом Дион умудряется обслужить всех местных дам!

— Я ищу господина Лиссона. — Резким телодвижением я протиснулась в приёмную Анри.

— Господин переодевается.

— Я подожду.

Неуклюже двигаясь боком и не сводя с меня напряжённого взгляда, слуга ушёл в спальню Анри. Я дёрнулась от покалывания в висках: сегодня здесь ощущалось что-то новое, дерзкое. Два источника симпатической магии, один из них совсем свежий. Ритуал провели всего несколько часов назад. Я снова прикрыла глаза и удовлетворённо кивнула головой: она, точно она, именно эту магию я и искала. От источника исходили тонкие связующие нити.

— Вот сейчас мы с вами и познакомимся, мои дорогие, — пробурчала я, выслеживая ход нитей в пространстве и массируя пульсирующие виски.

— Что вы здесь делаете? — Анри приоткрыл дверь своей спальни, придерживая её рукой, как будто боясь выйти в приёмную. М-да, женихоискательницы совсем его одолели, беднягу. Вот и я пробралась в его покои и застала его врасплох. Полурасстёгнутая белая рубашка, влажные волосы и очень, ну очень недовольное лицо. Через несколько минут мне предстояло приблизиться к нему вплотную. Было бы разумней вернуться, когда он будет полностью одет, но я не могла упустить этого шанса. В следующий раз слуга будет начеку и не впустит меня в приёмную. Кроме того, если говорить честно, то, глядя на привлекательное лицо Анри и убедительный разворот его плеч, я не испытывала никакого недовольства по поводу предстоящей близости.

— Я пришла на вас посмотреть.

— Посмотреть? — как эхо, повторил он за мной.

— Выйдите в приёмную и закройте за собой дверь. — Я поморщилась, показав на стоящего за его спиной слугу.

Поколебавшись, Анри послушался меня, потом приблизился на пару шагов и скрестил руки.

— Ну и?

— Я уже сказала, что я пришла, чтобы как следует вас рассмотреть. Меня только что посетила ваша мать и предложила мне выйти за вас замуж. Я никогда не рассматривала вас в качестве серьёзного кандидата в мужья, поэтому не дала ей ответа. Справедливости ради, я решила дать вам шанс.

Да, знаю, я соврала, Летиция Лиссон не упоминала о замужестве. Но эта ложь того стоила. Лицо Анри потемнело, исказилось, и он отступил назад, сжимая кулаки. За это время я успела проследить путь связующих нитей: от артефактов они вели прямо к Анри. Ещё бы понять, сам он проводил ритуалы или с чьей-то помощью. Когда советник увидел, что я откровенно его разглядываю, он врезал кулаком по стене.

— Никогда! Вы слышите, никогда я не женюсь на такой, как вы.

Надо же, на "такой, как я". Как быстро он отнёс меня к какой-то категории женщин. К какой — не знаю, да и не интересно.

— Ваша матушка высказала совсем другое мнение.

— Моя матушка может засунуть свои мнения…

— Я не думаю, что ей захочется это сделать, — перебила я. — Ей понравился размер моего приданого и мой магический дар.

— У вас есть магический дар? — тут же спросил он.

— Ну неужели? При упоминании моего дара в вашем ледяном сердце зародилось внезапное чувство? У нас будет прекрасная семья: ваша матушка будет любить меня за моё приданое, а вы — за магический дар, который я передам нашим детям.

— Я слышал, что ваш дар ещё не пробудился.

— Он может вообще не пробудиться, но это не значит, что я не смогу передать его нашим детям.

Интерес Анри к моему магическому дару разочаровал меня, но не удивил, как не удивило меня и нервное подёргивание его лица каждый раз, когда я упоминала "наших" детей. Ничего другого я и не ожидала. Джулия Фортескью — породистая особь с отличной родословной и мешком денег. А он — обычный мужчина, живущий в обычном мире. Стоит ли ожидать от него чего-то необычного? Нет. Анри прав: в жителях Алалиреи нет ничего особенного, ничего прекрасного. Зачем же он разрушил такую чудесную сказку! Вдох. Выдох. Пора переходить к делу и подобраться к нему поближе. Удерживая его взгляд, я сделала пару осторожных шагов навстречу.

— Ваша матушка была очень убедительна. Она сказала, что у вас золотое сердце. — Ещё два осторожных шага. Анри смотрел на меня, как загипнотизированный. — Вот я и решила посмотреть, смогу ли я завоевать ваше золотое сердце.

А вот я и допустила серьёзный промах. Последняя фраза разрушила транс, и, тряхнув головой, Анри ретировался ко входу в спальню.

— Я уже сказал вам, что у вас ничего не выйдет. Ищите себе другого жениха.

— Хорошо, — миролюбиво согласилась я. — Я не позволю вашей матери влиять на меня и не буду к вам приставать. — Анри и не собирался мне верить. Опасливо щурясь, он нажал на ручку двери. У меня оставались считанные секунды, а он был слишком далеко. — Обещаю, что оставлю вас в покое и не буду пытаться заполучить вас в женихи, но при одном условии.

Анри напрягся и снова скрестил руки на груди. — Каком?

Я осторожно приблизилась к нему. Когда между нами оставались всего два шага, я тихо прошептала:

— Если вы обещаете, что никогда об этом не пожалеете.

С этими словами, воспользовавшись его удивлением, я подошла к нему вплотную и посмотрела в его глаза. Они отливали густой синевой моря Алалиреи. Необычные глаза обычного мужчины. Раз-два-три-четыре… Мне очень повезло: Анри Лиссон замер, позволяя мне погрузиться в его ауру.

Он подарил мне почти двадцать секунд. Роскошь. Мне бы хватило всего десяти.

— Я обещаю, что никогда об этом не пожалею, — отрезал Анри, зашёл в спальню и закрыл дверь прямо перед моим носом.

Я уже не слушала его. Я стояла на месте, всё ещё неся в себе отпечаток его ауры, ощущая каждое её волокно, каждую частицу энергии. О боги, Анри Лиссон был сложным человеком, и в его ауре накопилось слишком много неразрешимых клубков. Не поймите меня неправильно: я не вижу прошлого и не читаю мысли. Я всего лишь чувствую магию и отслеживаю её следы. Потирая ноющие виски, я перебирала нити, одну за другой, удовлетворённо кивая. В ауре Анри Лиссона отчётливо виднелись следы симпатической магии. Чтобы доказать его причастность к преступлению, мне придётся исследовать его повнимательнее и сравнить следы с источником. Тогда-то я и смогу определить многое — суть ритуала, время проведения, и кто знает, что ещё. Но для начала мне более, чем достаточно. Симпатическая магия — это сложнейший и давно не используемый вид магии, следы которого прилипают к предметам и к ауре, красуясь на них аляповатыми пятнами. Как странно, что именно ею сразили короля, ведь можно было использовать что-то попроще. Мне предстояло узнать, почему.