Молох ведьм (СИ) - Мендыбаев Александр - Страница 65

— Почему вы не убили её?

Оргил ухмыльнулся и рыкнул от злости.

— Мы не просто убили её. Мы истыкали её стрелами и копьями, выбросив мерзкое тело в бушующий Керулен, но она вернулась. Вернулась, чтобы вновь сеять смерть и хаос. Недавно мы нашли куски человеческого тела в колодце. Это был несчастный Тургэн, умерший накануне от чумы. Мы узнали его по чёрным язвам и струпьям на теле. Мы все пили из этого колодца и теперь что ни день, кто-то умирает от болезни.

Они спустились в лощину. Несмотря на яркое солнце пейзаж был весьма уныл. Камни, чёрная трава, глина, редкий снег. Кругом белели кости животных. Люди глодали, то что оставалось от волчьих обедов. А волки частенько возвращались к своей добыче.

— Проклятая Сувданцэцэг вредит нам постоянно. Стоит моим людям броситься в погоню — она немедленно исчезает во мраке. А ещё — она ужасно боится собак. Псы — наша последняя надежда. Иначе люди давно бы их сожрали.

Они проехали сквозь огромные ворота в стойбище, обнесённое высоким частоколом. Джессика наклонилась к Эльве.

— Монголы не строили таких сооружений, они…

— Они скрываются от страшной ведьмы, дитя. Не верь учебникам. Нам нужно торопиться.

Худые, измождённые ребятишки едва приподняли головы, чтобы посмотреть на гостей. У людей совсем не было сил. Огромные собаки, стоявшие в загоне для скота глодали тушканчиков. Одна из них была покрыта струпьями, у двух других глаза были налиты чёрной кровью. Эльва ощупала собак. Оргил с удивлением посмотрел на неё.

— Ты сумасшедшая, женщина! Эта собака разорвёт любого. Почему она не тронула тебя? Живо выйди из загона!

Эльва тщательно вымыла руки.

— Слушай меня, Оргил. Я спасу твоих людей от чумы. Но вы должны слушаться меня беспрекословно. Первое — сожгите все трупы. И людей, и тушканчиков, и этих трёх собак.

— Но они живы.

— Они заражены. Им уже не поможешь.

Оргил отдал нужные распоряжения.

— Я обойду больных. Приготовьте большой шатёр и шатёр поменьше. В первый мы сложим всех, кто заразился недавно. Во второй отнесём тех, кого уже не спасти. Мы только сможем облегчить их страдания. Пусть все, кто носит больных и мертвецов, наденут плотную ткань, я наварю снадобья, которым нужно пропитать одежду. Мне понадобится кипяток. С этого дня всем следует пить только воду, вскипевшую на костре. Отправь своих воинов вместе со здоровыми женщинами за травами. Мне нужно очень много трав. Я скажу каких. Я приготовлю отвар. Где ваши лекари, знахари и кузнецы? Мне понадобятся люди с крепкими руками, растущими из нужного места. Я объясню как лечить струпья и язвы. Сложные процедуры сделаю сама.

— Что такое — процедуры?

Эльва лишь махнула рукой.

— Узнаешь через пятьсот лет.

Старуха оказалась весьма дельной в профилактике эпидемий. Повсюду пылали костры, стойбище чистили, в шатры заносили больных. Люди сновали, выполняя её распоряжения. В огромных котлах варилось зелье, Эльва высыпала в варево плесень из мешочков на поясе. Посмотрев на Джессику, которая тоже трудилась, не покладая рук, она промолвила:

— Этот отвар эффективнее стрептомицина в десятки раз. Будут регулярно пить — поправятся через неделю. Я наварю им месячный запас.

Джессика и Эльва, валясь от усталости, отправились спать поздней ночью. В награду за тяжёлый труд их ждал отдельный шатёр и скромный ужин, съесть который всё равно не хватило сил. Рано утром Эльва, растолкав Джессику, приказала собираться на охоту. Оргил с двадцатью крепкими бойцами уже ждал у ворот. Отдав последние распоряжения, Эльва громко чмокнув губами, поскакала вслед за Оргилом к дому-пагоде Сувданцэцэг.

Внутри пагоды даже воздух носил следы присутствия могучей колдуньи.

— Смотри и вникай, Джессика. Ты уже должна хорошо уметь читать то, что здесь произошло.

Джессика нюхала воздух, ползала по-пластунски, пробовала предметы на вкус, просила тишины и слушала стены. Оргил любовался ей, но в глубине души жалел девушку с молочной кожей. Ползает как ящерица, лижет ступени. Явно с головой не всё в порядке. Но кто знает — может быть и вправду найдёт проклятую тварь.

— Здесь побывало много людей.

— Ищи следы отца Мартина.

Неподалёку от входа в подвал она почувствовала какой-то образ — усы, бородка узким клином, яркие жёлтые глаза, острые черты лица.

— Это Мартин?

— Да, Да. А я уж думаю, когда ты его увидишь. Не теряй времени, поспеши.

Джессика не хуже заправской ищейки вела охотников по следу монаха. Воины хотели сделать привал, но Эльва не разрешила. Оргилу это пришлось не по нраву. Проехав ещё немного, он развернул коня.

— Женщины, зачем вам белый человек? Он был здесь, но ушёл вслед за шулам и сгинул. Что вы хотите найти? Его гниющие кости? Не тратьте попусту время. Ищите Сувданцэцэг.

Эльва бурчала что-то себе под нос. Джессика поймала взгляд Оргила.

— Без Мартина нам будет невозможно разыскать ве…

Командир вспылил.

— Как смеешь ты, девчонка, обращаться ко мне как-будто я твоя соседка!

Эльва немедленно вмешалась.

— Успокойся, Оргил. Ты же понял — перед тобой не простые люди. Моя внучка, рискуя жизнью, спасала твоих людей. Разве она не заслужила права хотя бы на один вопрос?

Оргил лишь что-то проворчал в ответ. Они подъехали к огромному холму с пещерой у вершины. Внутри был человек, похожий на конкистадора, какими их изображали в учебниках по истории. Джессика бросилась к нему.

— О боже, это же отец Мартин.

Под некогда роскошным тулупом виднелась обычная монашеская ряса. Странного вида штаны заправлены в монгольские сапоги. Левая нога была вся в крови.

— Отец Мартин, вы слышите нас?

Его глаза заморгали, но так и не открылись.

— Пи-и-ть. Умоляю пи-и-ить.

Оргил прислушался.

— Что он говорит?

— Он просит пить.

Отец Мартин снова повторил просьбу, теперь на монгольском языке. Оргил приказал подать бурдюк с кислым молоком. Жадными глотками несчастный осушил треть бурдюка.

— Хватит, а то скрутит живот.

Джессика обрабатывала раны отца Мартина, Эльва не принимала в этом участия.

— Помогите, мне нужна мазь…

Эльва грубо, словно кость собаке, бросила какую-то склянку Джессике в ноги.

— По мне, так пусть этот проклятый палач сдохнет. Скажи, преподобный, каково тебе с растерзанными рёбрами? Наверное многим при жизни запустил крюки под грудь. Теперь почувствуй сам…

— Прекрати. Не видишь как он страдает.

Джессика аккуратно похлопала монаха по щеке.

— Отец Мартин. Сувданцэцэг на самом деле не Роза…

Эльва подбежала к ней и потащила за шиворот в глубь пещеры.

— Ты с ума сошла, девчонка. Держи язык на коротком поводке.

Джессика опешила.

— Что с тобой, Эльва?

— Некогда объяснять. Розалин была здесь и передала часть своей проклятой души Сувданцэцэг. Думаю, что несчастная противилась этому дару.

— Что же нам с ней делать? Ведь знахарка всего лишь невинная жертва Розалин.

— Ты прекрасно знаешь, что с ней делать!

Отец Мартин, наконец, пришёл в себя, но рассказал совсем немного. Он преследовал ведьму через многие страны, догнал её здесь, но что-то случилось — Розалин сошла с ума. Она вела себя как бешеное животное. Бросалась на пики и копья, сама шла в капканы. Но в конечном счёте сбежала, а у монаха не оставалось сил её преследовать. Монголы прождали неделю, а потом вышвырнули его в степь. Они считали, что чужестранец виновен в странном поведении чертовки. Отец Мартин жестом попросил Джессику наклониться к нему и зашептал, щекоча усами ухо:

— Дочь моя, не знаю, кто вы, но сам господь послал вас сюда. Слушай. У нас мало времени. Эти несчастные дикари принимают бесчинства Розалин за происки местной знахарки Сувданцэцэг. Я не стал их разубеждать.

— Но почему вы уверены в обратном?

— Как же? Я лично видел её тело, истыканное монгольскими стрелами. Проклятая колдунья одурманила туземцев. Каждый из них подтвердил, что перед нами лежит тело Сувданцэцэг. Я распорядился снять платье и ужасные, богохульные письмена, омерзительные изображения сатаны и демонов, покрывавшие всё тело Розалин, предстали перед тридцатью свидетелями.