За морем - Уильямс Беатрис - Страница 41

— Очень даже неплохо, — отозвался он и пошел наполнять кастрюлю.

Я наскоро приготовила цыпленка с пастой, нарезала салат, и вскоре мы в молчании поедали все это на кухне под бутылочку вина. Джулиан с заметным напряжением что-то обдумывал. Между сдвинувшимися бровями пролегла глубокомысленная складка, как будто он силился решить некое сложнейшее квадратное уравнение. Словно пытался меня вычислить, подставляя различные переменные.

Наконец вино сделало свое дело, и мы начали перекидываться ничего не значащими репликами, ведя незамысловатый разговор. Лед явно начал таять.

— Итак, загадочный мужчина, — сказала я, подцепляя вилкой измельченные листочки салата, — не соблаговолите ли вы поведать мне что-нибудь о себе? Может быть, какие-нибудь истории из детства? Дабы соблюсти тайну, можете даже поменять имена и даты.

Джулиан улыбнулся.

— На самом деле детство мое было совершенно заурядным, по крайней мере для моего окружения. Большей частью мы жили в Лондоне, отец много занимался политикой. А на каникулах мы выезжали в загородное имение. В Саутфилд, как ты могла догадаться.

— Ты весьма находчив.

— Да, я вообще поразительный оригинал, — хмыкнул он. — Как бы то ни было, мои родители воспитали меня, скажем, в довольно старомодном духе. — Он лукаво глянул на меня. — Вынужден признаться, я был озорным и непослушным ребенком, приводящим в отчаяние мою многострадальную няню.

— Неужели? И в чем это проявлялось?

— Ну, всякая обычная ерунда. Лягушки в буфете. Неудачные научные эксперименты. Проказничал с ничего не подозревающими гостями дома. Вполне возможно, одна из таких выходок стоила моему отцу места в кабинете министров. Это, конечно, всего лишь мое предположение. В ту пору мне было только восемь.

Я рассмеялась:

— Представить не могу, что…

— А я и не стану больше хвастаться. В любом случае в десять меня отправили в пансион, затем был университет. — Джулиан глотнул вина. — А потом я пошел в армию.

Я чуть не подавилась руколой.

— В армию?! Ты серьезно? Зачем?

Он пожал плечами.

— На тот момент мне представлялось это вполне естественным. Дух приключений, волнение крови. Кстати, я получил тогда немалый опыт руководства. А также умение быстро принимать решения: ведь у тебя нет возможности долго колебаться между разными вариантами в самый разгар… учений.

— Ничего себе! — Я старательно прожевала салат, проглотила, выигрывая время, чтобы усвоить информацию. — Так ты был в Ираке?

— Нет, не в Ираке. Это было уже после моей службы.

— Вот, значит, откуда растут ноги того ужасного Терминатора в парке. Похоже, сработали бойцовские инстинкты. Хм. Что ж, тогда все встает на свои места. Почему ты не говорил об этом раньше?

— Ты не спрашивала.

— Если б я знала, о чем спрашивать! Так тебе, наверное, есть о чем порассказать. Как тебя накрыло обстрелом или что-нибудь в этом духе?

Джулиан выдавил скупую улыбку.

— Да, кое-что такое было… Попытаюсь специально для тебя что-нибудь припомнить. Вот, а спустя некоторое время я уволился из армии, переехал в Нью-Йорк и создал «Саутфилд».

— Это явно весьма урезанная версия.

— Подробности довольно скучны.

— А почему именно Уолл-стрит?

— Что-то типа «приведи друга».

— И тебе вот так взял да привалил невероятный успех?

— У меня хорошее чутье. К тому же просто повезло.

Я изумленно покачала головой:

— Ты определенно один из тех сверхъестественных экземпляров, которые за что ни возьмутся, все у них получается. Подумать только, просто повезло!

— Чепуха, не так уж и все мне хорошо удается. Я просто стараюсь заниматься именно тем, в чем действительно силен.

— То есть всем.

Он запальчиво вскинул взгляд:

— Я что, должен перечислить тебе свои многочисленные недостатки? Я не умею готовить, как ты, наверное, уже заметила. Не в состоянии верно пропеть ни одной ноты. Никогда вовремя не посылаю рождественских открыток. Вполне возможно, я однажды смогу забыть про твой день рождения, если ты мне о нем великодушно не напомнишь. Ранней весной я подвержен сенной лихорадке. Достаточно некомфортно чувствую себя со змеями…

— Ты боишься змей? — расплылась я в улыбке. — Прям как Индиана Джонс?

— Я не говорил, что их боюсь, Кейт. Мне некомфортно с ними. — Он помолчал, сложив руки на груди. — А также не очень-то люблю жалящих насекомых.

— Значит, мне придется поубивать своих пауков?

— Нет, к паукам я как раз отношусь нормально. Это касается ос и им подобных. Все из-за одного неприятного происшествия в детстве. Чересчур любознательным оказался на свою голову.

— Что ж, — с наигранной серьезностью заключила я, — с этим со всем я, пожалуй, уживусь.

Вместе мы убрали посуду, смеясь, попытались разобраться, как запустить мусородробилку. Когда на кухне стало чисто и посудомойка трудолюбиво загудела, Джулиан повесил на место полотенце и повернулся ко мне:

— Прости меня, Кейт. Я не хотел вести себя с тобой, как деспот, там, в саду. Один из моих недостатков — причем куда более серьезный, чем все перечисленное, — это моя склонность всем вокруг командовать. А также несколько заносчивая вера в собственные способности. — Он нахмурил брови и тихо добавил: — Я не стану удерживать тебя здесь, если ты не захочешь остаться.

Я протянула руки, соединившись с ним кончиками пальцев.

— Джулиан, не смеши меня. Конечно же, я хочу остаться. Оказаться здесь с тобой — все равно что пожить в сказке. И именно поэтому я не могу похоронить себя тут на все лето. Я только что потеряла работу и фактически лишилась карьеры. И если я не попытаюсь в ближайшее время как-то снова соединить концы с концами, то, боюсь, я просто окажусь полностью поглощена тобой. Твой мир засосет меня без остатка.

— Я никогда этого не сделаю.

— Ты не сможешь удержаться. Мне необходимо иметь какую-то свою, иную жизнь. Я не могу стать здесь твоей иждивенкой. И не хочу превратиться в одну из недалеких степфордских женушек, вроде жены твоего Джеффа.

— Ну, тебе это не грозит, — фыркнул Джулиан. — Ты совершенно на нее не похожа.

— А вдруг я такой стану? Слишком уж это будет походить на выигрыш в лотерею, а говорят, как раз сорвавшие куш в лотерее — самые несчастные на свете существа.

Он мрачно усмехнулся.

— Не такой уж я и выигрыш, можешь мне поверить.

Губы у меня невольно расползлись в улыбке.

— Можешь мне поверить, — погладила я его по щеке, — ты именно такой.

Его ладонь мягко накрыла мою. Другой рукой Джулиан обнял меня за талию, притянул к себе.

— И что дальше? — прошептала я, прижавшись к нему лицом.

Под моей щекой его грудь всколыхнулась в глубоком вздохе.

— Если совсем честно, то к завтрашнему дню мне надо доделать кое-какую работу. В первую очередь мне надо завтра съездить в город. Всего на день. Надо посовещаться с Джеффом насчет некоторых вопросов, подчистить кое-какие хвосты.

— А меня бросишь здесь?! Предоставишь самой себе? — отстранившись, я ошеломленно посмотрела на него.

— Всего лишь на день. Я уеду с первыми лучами солнца и вернусь где-то к ужину. Для тебя в гараже останется «Рейндж Ровер» — он, пожалуй, более удобен для проселочных дорог, чем эта прокатная ерундовина. Ты вовсе не должна сидеть тут как пришпиленная.

— Хм, — угрюмо отозвалась я.

— Я могу заехать к тебе домой, прихватить тебе что-то еще из одежды.

— И мне не позволяется поехать с тобой?

— Ну, разве не лучше тебе побыть здесь? — Тон его сделался уговаривающим, почти что вкрадчивым. — У тебя был очень тяжелый день, тебе надо отдохнуть, расслабиться. За рекой, если не ошибаюсь, есть что-то вроде спа-салона. Можешь съездить понежиться туда.

— А у меня есть выбор?

Джулиан опустил голову меня поцеловать.

— Разумеется.

Хотя по его голосу я поняла, что на самом деле — нет.

— Ты что, пристроил меня в комнате для гостей?! — громко возмутилась я.