Погребальная похоть - Блиденберг Саид - Страница 45

— Моё почтение, — он потянулся и благодарно чмокнул её в щёчку.

— Каков шельмец! — прокомментировала многозначно Света.

Все вышли из спальни мадэмуазели.

Как только парочка шагнула в комнату с красными стенами и чёрным полом, Светочка силком потащила его в кровать, уронила и затянула энергично и горячо лизаться. В первые мгновения после её запала в комнате мадэмуазели он бы мог смалодушничать и допустить, что на этом их связь прервётся, и он тотчас же отправится за порог. Однако, Света была чутка:

— Козлик, расслабься! Ты что, нервничаешь?

— Ну как сказать? Думаю, мне надо как-то оправдаться, хоть вы и слушать не захотите.

— Да не нужно тебе ни в чем оправдываться! Даже если бы ты её выеб. Я говорила – между нами никто не встанет. Даже она. Слушай, а как ты вообще удержался?

— С трудом удержался. Не хотел способствовать супружеской измене.

— Ах, наивый! Они и без тебя оба ходят на лево. Но прекрасно ладят и уважают друг друга, с молодости знакомы и прочно связаны. Если это не любовь, то на мой взгляд – как минимум очень успешный союз. Сам видишь, как живём.

— Ого. Почему же изменяют?

— Потому что жизнь такая. И мир. Но я не говорю, что они не любят друг друга, ни в коем случае. Может и любят, и точно так же, как мы – и другими пользуются по взаимному согласию. Может, в ином случае она бы сидела там, закрывшись, и без тебя игрушкой баловалась. Но совершенно точно, она прекрасно понимает, что он сейчас может быть с другой. И, как видишь, время тоже не теряет... А что, если б ты знал про измены – трахнул бы её?

— Ох, Света! Ну речь же о вашей матери. Я всё-таки промолчу.

— О Дьявол, Юзя, ну не будь моралфагом, ты же не такой! Ну и что, что мать? Лично для меня, может, и соседка – откель тебе знать, даже если я сказала, что ладим? Она красивая женщина в первую очередь. В таком возрасте это важно сохранить. Она в зал ходит и дорогими средствами пользуется. У нас и тут, кстати, велотренажёр есть, и в этих самых трусиках она на нём накручивает километры... Ну так что, Юзернейм, мамку мою того?

— Мне вот подумалось у неё спросить кое-что в следующий раз, как увижу, но вопрос дюже нескромный, и наверное, лучше узнать у вас... Скажите, Света, а мадэмуазель причащается алкоголем? Боюсь представить, что она может вытворять по пьяни... — и тут, не выдержав, он заржал.

— Очень редко, и чаще всего, немножко. Но раз в год круто отрывается, это точно. И всегда как-то спонтанно. При этом погромов не устраивает, соседей не убивает, и даже никого не насилует, представляешь? Потанцевать любит, это учти! Думаешь, пьяненькую лучше, да?

— Знаете, в тот день, наблюдая из ванной, я представил, как это бы мороженое на неё опрокинуть! И вот осознал, что такой шанс сейчас был упущен, эх!

Светочка засмеялась:

— Да ладно, будет тебе ещё. Вон, всегда к твоим услугам, ёпта!

— Гром и молния! Радость моя, пощадите! Даже подумать неловко.

— Ан нет! Ты ушел от ответа со своим мороженым, сладкоежка! Так вот, она изменница. Я сама однажды слышала... И твой поступок ни на что бы не повлиял. Так что?

— Да, Света, да! Я бы получил удовольствие с вашей маменькой, если бы знал это, и также то, что ваше разрешение распространяется и на неё! Даже не угадаю и не хочу знать, сколько ей лет, но разница наверняка немногим больше, чем у меня с вами; а выглядит она на все тридцать пять, так что удивляться здесь нечему.

— Вау, классно! Ну как же нечему? Немного же наверное в мире мужчин, кто могли бы похвастаться, что и мать и дочь оприходовали! Ну, без принуждения, по крайней мере. А что бы ты с ней делал, м?

— Боже! Носки бы сел вязать! Да всё бы делал, Светочка, милая моя, с шикарной женщиной нужно всё успеть! Подозреваю, раз уж она настолько раскрепощённая, то наверняка и в попочку получать любит, — тут Света зашлась истерическим смехом, и ему пришлось подождать, чтоб развить эту мысль. — Знаете, на молодую попку я не зарюсь, потому что и передка достаточно, а со зрелой женщиной это как-то более интересно, понимаете ли, загнать меж этих её налившихся ягодок, и эту приятную тяжесть прожитых лет заштурмовать, вышлепать!

Он и сам начал смеяться, потому что Света уже колотила по постели кулаками. Затем одержимая похотью фемина задала ещё много откровеннейших вопросов, говорила о всяком разврате и долго смеялась ненасытным смехом над его бесстыдными ответами. Видимо, перфоманс мамаши оставил сильные впечатления. Они не могли уснуть ещё долго.

Йусернэйм всегда чувствовал, когда крепко и хорошо высыпался – и это был второй такой раз после того, как они проснулись после ночи Инициации, в джакузи, среди погруженной во полумрак гостиничной ванной комнаты. Светочка уже проснулась и сидела всё в том же нижнем бельишке в кресле, за своим супер-ноутом и в наушниках как у босса гоночной команды, чтоб рёв двух моторов рядом не мешал. Поэтому она его и не услышала, а заметила, как меняется с пульта освещение, и вдруг, начинает подниматься вверх полотно, закрывающее окно. Вот уж чего Юзернейм никак не ожидал, нажав красную кнопочку, и в таком случае остальные лампы погасил. Стеклянная гладь с городом снаружи явилась почти целиком, кроме верхней прямоугольной части, и дневной свет падал на стол, постель, но до клубной части комнаты с пианино у стены дотягивался слабо – очаровательный занавес делал своё дело. Хозяйка сняла наушники, отложила лэптоп, развернулась в кресле и прыгнула в постель, рыча:

— Кто посмел нарушить вампирский покой? Кто заминусовал мои хепешки этим мерзким светом?! Глупец, брось чёртов пульт и вылечи меня сейчас же!

Он всасывал её, трогал и ласкал за всё те же места, ощущал её торжествующее в страсти единения естество и где-то в глубине подсознания бесконечно удивлялся – как же это не ново, но безумно истинно, и ни на один процент, никак в принципе не может себя исчерпать?... Параллельно она таки нашарила пульт и погрузила помещение во тьму.

Вскоре Йус отправился совершать обыкновенный утренний моцион, впервые с умиротворённым чувством, что в этой квартире не нужно больше прятаться, а также попросил разрешения выстирать всю свою одежду, и получив его, был даже снабжён новейшим комплектом нижнего белья. Вернувшись, он поднял тему своего вчерашнего желания – такого страшно объяснимого, а потому порочного и неизбежно криминального. Это вызывало у Светочки определённый мандраж, но в то же время и удивительное любопытство. Авантюра, впрочем, не гарантировала быть реализуемой, и злодей сам патетически напоминал об этом, но и отсюда же черпал мотивацию, мол, давайте же хоть попробуем! Сознание милой девочки, говорил он, может быть иной раз не предсказуемым; и даже если им повезёт найти совсем отчаянную особу с подходящим настроением, встанет вопрос – как скоро удастся получить доверие и будет ли вообще возможно развиртуализироваться? Нюансов могло быть полно, и кроме того, злоумышленник признавался – время является главным фактором: его не было много и потому следовало торопиться. Ждать и медленно чатиться даже неделю, считал он – совсем изнурительная и крайняя мера; и в случае, если жертва, например, тупо уйдёт со связи или под каким-то предлогом не выйдет в реальность, то весь план обернётся катастрофической и непростительной потерей времени. «Да я бы тогда пошел на улицу и зафражил первого попавшегося бомжа!», — отчаянно фантазировал он, а Светочка хохотала.

Затейник долго размышлял вслух о возможных сценариях, постепенно приходя к мысли, что чем шире будет раскинута поисковая сеть, тем лучше, а значит, следовало разжиться вай-фай приёмником, левым оборудованием, поставить известное ПО и мирно гулять по тем просторам сети, где, он имел основания предполагать, можно встретить искомое; но не ограничиваться только этим, а довериться воле случая, пытать реальность и посещать различные её уголки тоже.

Было решено ехать в какой-нибудь крупный компьютерный маркет, чтоб приобрести всё необходимое. Выбор пал на один известный торговый центр, где кроме множества серьёзных магазинов были ещё и полчища мелких частных ларьков, в коих сбывали даже списанное офисное оборудование. Оказавшись в длинных ровных коридорах меж стеклянных стен, заставленных коробками от видеокарт, кулеров, процессоров и материнских плат, а где-то и целыми рядами корпусов; между прилавками, заваленными всевозможным oem-добром и аксессуарами; в среде сплошной компьютерной техники и всевозможной электроники – настроение Юзернейма обрело окрас радостной ностальгии. Света тоже встречала известные для себя наименования, и даже приобрела красивый голографический коврик для мыши. Вайфай-роутер же какой-то особенной модели с очень большими антеннами был единственным аппаратом, купленным в серьёзном магазине, а стальное вразнобой было взято в лавках широченного сектора частников. Примечательно, что в одной лавке со всякой всячиной за кассой был обнаружен брутальный длинноволосый барыга, и Юзернейм приобрел не обязательный, но и не бесполезный для старого ноутбука и конспиративных целей USB-адаптер беспроводных сетей. Разглядев в покупателе своего человека и особую заинтересованность, продавец шепнул, что в наличии есть анонимные сим-карты и телефонные трубки с обнулёнными IMEI. Вряд ли мужик ожидал, что продаст сейчас целых три таких аппарата: два бюджетных, на всякий случай, и полноценный смартфон для Светочки (коим она отныне будет пользоваться) вместе с россыпью десяти симок. Благороднее было поддержать подпольщиков, чем покупать новые аппараты в салоне связи.