Все страхи мира - Клэнси Том - Страница 94

Попал в ловушку системы, подумал Гудли.

— Между прочим, вы обратили внимание на то, что в своих последних магнитофонных лентах Хрущёв красноречиво доказал, что Ник Бледсоу не правильно истолковал некоторые его шаги — это тоже важно.

— Да?

— Предположим, что весной 1961 года у Джона Кеннеди оказались неопровержимые сведения, свидетельствующие о том, что Хрущёв намеревался перестроить советскую систему. В 1958 году Хрущёв резко ослабил армию и попытался приступить к реформе партии. Предположим далее, что информация по этому вопросу — надёжная, достоверная информация — была в распоряжении Кеннеди и маленькая птичка прошептала ему на ухо, что, если он даст некоторую свободу русским, возможно, у нас произошло бы уменьшение напряжённости в отношениях между государствами ещё в шестидесятых годах. Скажем, гласность наступила бы на тридцать лет раньше. И ещё предположим, что президент отказался от такой мысли, пришёл к выводу, что по политическим причинам невыгодно давать больше свободы Никите… Это означает, что в шестидесятые годы была допущена величайшая ошибка. За этим последовал Вьетнам и все остальные колоссальные неприятности.

— Я не могу в это поверить. Мы просмотрели архивы. Наши исследования показывают, что здесь нет никакой логики…

— Логика у политического деятеля? — прервал его Райан. — Вот это действительно революционная концепция!

— Если вы действительно утверждаете, что так было на самом деле…

— Это гипотетическое предположение, — заявил Джек, поднимая брови. Боже мой, да ведь эти сведения на виду и доступны всем, кто захочет свести их в единое целое. То обстоятельство, что это никому до сих пор не пришло в голову, является признаком намного более широкой и тревожной проблемы. Однако его больше всего беспокоила та часть вопроса, которая была в этом самом здании. Историю он был готов оставить историкам… до тех пор, пока сам не пополнит их ряды. И когда это произойдёт, Джек?

— В это никто не поверит.

— Большинство людей считают, что Линдон Джонсон проиграл первичные выборы в Нью-Гемпшире Юджину Маккарти из-за наступления Тэт во Вьетнаме. Так что добро пожаловать в мир разведки, доктор Гудли. Знаете, что самое трудное в распознавании правды?

— Что?

— Понять, что правда подошла и вцепилась вам в зад. Все не так просто, как вам кажется.

— А распад Варшавского договора?

— Наглядное подтверждение, — согласился Райан. — Мы получали массу сведений, факты были у нас перед носом — и мы не поверили. Ну, если говорить честно, то дело обстояло по-другому. Немало молодых сотрудников в РУ — разведывательном управлении, — добавил он, как показалось Гудли, с излишней снисходительностью, — указывали на это, но руководители управления пренебрегли их мнением.

— А вы сами, сэр?

— Если директор согласится, вам разрешат посмотреть кое-какие документы по этому вопросу. Даже почти все. Большинство наших агентов и полевых сотрудников тоже были застигнуты врасплох. Всем нам следовало проявить большую проницательность, и меня это касается в неменьшей степени. Если уж говорить о моей слабости, она состоит в слишком узком видении проблемы.

— Деревья вместо леса?

— Вот именно, — признался Райан. — Это — опасная ловушка, и даже понимание своих недостатков не всегда помогает.

— Видимо, поэтому меня и послали сюда, — заметил Гудли.

Райан усмехнулся.

— Черт побери, ваше появление мало чем отличается от того, как начал здесь свою деятельность я сам. Добро пожаловать на борт. С чего вы хотели бы начать, доктор Гудли?

Бен, разумеется, уже отчётливо представлял это. И если Райан ничего не подозревает, разве это моя вина? — подумал он.

— А где вы собираетесь раздобыть компьютеры? — спросил Бок. Фромм уже сидел с бумагой и карандашами.

— Начнём с Израиля, может быть, в Иордании или Турции, — ответил Госн.

— Это недёшево обойдётся, — предостерёг его Фромм.

— Я уже узнал стоимость станков с компьютерным управлением. Действительно, они дорогие.

Ну, не чрезмерно дорогие, подумал Госн. Ему пришло в голову, что доступные ему суммы в твёрдой валюте могут потрясти этого неверного.

— Посмотрим, каковы ваши потребности. Впрочем, что бы ни было нужно, мы достанем.

Глава 13

Процесс

Зачем только я согласился на эту должность? Роджер Дарлинг был гордым мужчиной. Ему удалось неожиданно победить в борьбе за место в Сенате, которое все пророчили другому кандидату, затем стать самым молодым губернатором в истории Калифорнии. Он знал, что гордость — это недостаток, уязвимое место, но также отдавал себе отчёт и в том, что у него есть все основания гордиться собой.

Можно было обождать несколько лет, может быть, одержать новую победу на выборах в Сенат и пробиться в Белый дом, вместо того чтобы идти на такой компромисс и обеспечить успех Фаулеру… в обмен на это…

«Это» было самолётом «ВВС-2» — радиосигнал для любого лайнера, на борту которого находится вице-президент США. Очевидный контраст с «ВВС-1» был предметом ещё одной шутки, связанной с должностью, являющейся якобы второй по политической важности в стране. Эта шутка, правда, не была столь грубой и в то же время точной, как замечание Джона Нэнса Гарнера, который так определил пост вице-президента: «кувшин с тёплыми соплями». Само место вице-президента представляло собой одну из немногих ошибок, совершенных основателями Соединённых Штатов, решил Дарлинг. Когда-то было ещё хуже. Первоначально пост вице-президента предназначался для кандидата в президенты, проигравшего выборы, который, являясь подлинным патриотом, занимает эту должность в чужом правительстве и председательствует в Сенате, забыв о мелких политических разногласиях, чтобы служить на благо страны. Почему Джеймс Мэдисон допустил такую глупость, так и не было исследовано учёными, однако его ошибка была быстро исправлена в 1803 году Двенадцатой поправкой к Конституции США. Даже в то время, когда джентльмены, готовящиеся к дуэли, обращались друг к другу «сэр», мнение отцов американской Конституции требовало чрезмерного бескорыстия. Таким образом закон подвергся изменению, и теперь вице-президент стал союзником, а не побеждённым соперником. То обстоятельство, что так много вице-президентов поднялись на высшую ступень, является скорее случайностью, чем обдуманным намерением. А уж то, что многие из них блестяще справились с обязанностями президента — Эндрю Джексон, Теодор Рузвельт, Гарри Трумэн, — это вообще чудо.

В любом случае для него такая вероятность равна нулю. Боб Фаулер физически здоров, и его политическая платформа совершенно незыблема — лучше, чем у любого президента, начиная с… Эйзенхауэра? Пожалуй. Может быть, даже начиная с ФДР — Франклина Делано Рузвельта. Важная, почти равная президентской, роль вице-президента, которую утвердил Картер для Уолтера Мондейла — на что большинство почти не обратило внимания, хотя подобный шаг оказался весьма конструктивным, — канула в прошлое. Фаулер больше не нуждался в Дарлинге — президент ясно дал это понять.

И вот Дарлинг был отодвинут на вспомогательную — даже не на второстепенную — роль. Фаулер летает на переоборудованном Боинге-747, своём персональном самолёте. Роджер Дарлинг пользуется любым свободным самолётом — в данном случае одним из нескольких VC-20 «Гольфстрим», на которых летают все, у кого есть на то соответствующее право. К числу этих счастливцев относятся сенаторы и конгрессмены, входящие в состав основных комитетов, а также те, кого президент считает нужным выделить из числа остальных.

Не будь таким мелочным, упрекнул себя Дарлинг. Становясь мелочным, ты оказываешь поддержку всему дерьму, которое тебя окружает.

Я допустил ничуть не меньшую ошибку, чем Мэдисон, подумал вице-президент, когда его самолёт покатился к взлётной полосе. Думая, что политический деятель предпочтёт интересы страны своему честолюбию, Мэдисон всего лишь проявил излишний оптимизм. Дарлинг же не принял во внимание очевидную политическую реальность, состоящую в том, что действительная разница между президентом и вице-президентом в значимости занимаемых ими постов намного больше, чем между Фаулером и председателем десятка разных комитетов Сената или конгресса. Чтобы провести законодательную работу, президенту приходится иметь дело с конгрессом. Иметь дело со своим вице-президентом ему не нужно.