Бунташный век. Век XVII (Век XVII) - Шукшин Василий Макарович - Страница 117

Астрахань.

27. Каменной Приказ. А в нем сидит столник или дворянин да два дьяка. А ведомо в том Приказе всего Московского государства каменное дело и мастеры. И для какого царского строения понадобятца те мастеры, и их собирают изо всех городов и дают им ис царские казны на поденной корм денги, чем им сытим быть мочно. Да на Москве ж ведомы в том Приказе известные и кирпишные дворы и заводы. А где белой камень родится и делают известь, и те городы податми и доходы ведомы в том Приказе. А соберется тех доходов с 5000 рублев в год. А камень белой, тесаной и неочищеной, привозят к Москве ис тех городов уездные крестьяне, на кого сколко в году положено поставить вместо иного оброку.

28. Челобитенной Приказ. А в нем сидит околничей да два дьяка. А ведомы в нем челобитные, которые люди подают царю в походех и на празники. И тех челобитен царь слушает сам и бояре, и по которой челобитной доведется быти указу или отказу, и на тех челобитных подписывают думные дьяки. И слушав царь тех челобитен, отсылает в тот Приказ, а ис Приказу посылают те челобитные с подьячими, велят им честь их на площади, перед царским двором всем людем и отдавать имянно тем людем, чья та челобитная будет. А иные люди емлют свои челобитные в Приказе, и кто о чем бил челом, смотря по подписи, ходят в те приказы, куды подписано будет и где дело его. Да в том же Приказе ведомы судом приказные люди, дьяки, и подьячие, и сторожи, и ходаки; и доходы денежные с судных дел неболшие.

29. Приказ Малые Росии. А сидит в нем тот же боярин, что и в Галицкой Четверти, а с ним дьяк. А ведомо в том приказе Малая Росия, войско Запорожское, казаки и городы Киев и Чернигов с товарищи, с того времени как отлучилися они от Полского короля и учиинлися в подданстве под царскою рукою. А доходов с тое Малые Росии не бывает ничего, потому: как царь принимал их под свое владенье в подданство, и он обещался им и чинил веру на том, что им быти под его владеньем в вечном подданстве по своим водностям и привилиям, как были они в подданстве у Полского короля, ни в чем не переменяя и водностей их не отнимая. А приговорено войску быти всегда готовым против его царских неприятелей и для оберегания городов по 60000 человек; а собирати тому войску на жалованье денги с тамошних городцких, посадцких и уездных людей.

И ис той Малой Росии для всяких дел присылаются посланцы, от гетманов — полковники, от полковников — сотники, и ясаулы, и казаки, по 20, и по 30, и по 50, и по 100 человек, и дается им на Москве корм и питье царское, и конской корм, и дрова, поденно. А у царя они бывают у руки и подносят листы, от кого присланы, и те листы переписывают и потом указ и отпуск чинят. А на отпуске у царя бывают они у руки против того ж, что и на приезде. И грамоты к гетманом, и к полковником, и к сотником посылаютца за болшою государственною печатью, всереди титла царская пишетца короткая чернилом. А на отпуске дается им жалованье: полковником — на платье по сукну да по отласу или по камке, по 40 соболей во 100 рублев сорок, пара соболей на шапку в 20 рублев, денег 50 рублев; сотником, и атаманом, и ясаулом — по сукну да по тафте, по 40 соболей в 50 рублев сорок, на шапки по паре, по 10 рублев пара, денег по 20 рублев; казаком — по сукну, по паре соболей, по 5 рублев пара, денег по 5 рублев; и в дороге им корм бывает против того ж, что на Москве. А бывает таких присылок в году от гетманов и от всех полковников с 20, а всех полков болши 20. Также за службу посылается к гетманом и к полковником подарки, и к началным людем, сукна, и камки, и тафты, и соболи, с столники, немалое число. Да с ними ж приезжают бити челом тех городов чернцы, и попы, и всякие люди о вотчинах, и о мелницах, и о лугах, и о церковном строении, вновь или по старине, и им дают на то жаловалные грамоты, а на церковное строение — денги и церковное одеяние. Да им же идет корм и питье и даетца жалованье, смотря по человеку.

А даетца им жалованье и поденной корм для того, что еще они учинились в подданстве внове, и тем бы их к вечному подданству постояннее приманить, а как в подданстве позастареют, и им такой чести и жалованья убудет.

30. Земской Приказ. А в нем сидит думной дворянин, что и в Костромской Четверти, а с ним два диака. А в нем ведомо Московские посадцкие люди и городы неболшие. Да в нем же ведомы на Москве и в городех дворовые места, белые и черные, и слободы продажею и мерою; также и улицы мостят и чистят, а собирают мостовщину со всякого чину жилецких людей; а как царю бывает выход или поход, и для чищенья улиц устроены земские метелщики, человек с 50. А доходов в тот Приказ с Московских торговых людей, и з городов, и з записки продажных дворов и мест — с 15 000 рублев в год; а росход бывает во всякие статьи. Да в том же Приказе ведомо Московские розбойные, и татиные, и всякие воровские приводные дела.

31. Холопей Приказ. А в нем сидит столник да дьяк. А ведают в том Приказе боярских, и ближних, и всяких чинов людей дворовых их, кабалных, и даных, и записных служилых людей. И кто холоп кому бьет челом во двор, и его запишут в книги и дают на того холопа вечные служилые кабалы и даные и на урочные годы записи тем людем, кому они бьют челом. И з записки тех людей емлют записные пошлины, и в год соберется тех пошлин с 500 рублев. А будет от кого, боярина и всякого чину человека, люди воруют и бегают и смуты чинят, и тем людем указ в том же Приказе, по Уложению. А дают на тех кабалных людей кабалы вечные, будет бьет челом кому во двор, на ево имя самого, или жены его, или детей, по их век, а не на урочные лета. А посадцким людем, и слушкам монастырским, и попом, и холопем боярским дается на служилых людей записи на 5 лет, а болши 5 лет держати им у себя не велено. Также, кто кому должен чем, а заплатить будет нечим, и таких отдают в слуги заслуживать за тот долг урочные лета; или кто кого окупити похочет, потому холоп вечной, по ево живот или жены его и детей. А какие чины велено отдавать за долги в слуги, и тому подлинно росписано в Уложенной книге.

32. Два Приказа Судные — Московской, Володимерской. А сидят в них по боярину, да по столнику, да по дьяку и по два. А ведомы в тех При-казех судом во всяких делех бояре, и околничие, и думные и ближние люди, и столники, и стряпчие, и дворяне, и всякие помещики и вотчинники. А доходов нет никаких, кроме пошлин с судных дел, и того с 500 рублев в год во всякой Приказ.

33. Печатной Приказ. А ведает тот Приказ посол-ской думной дьяк да дьяк. А печатают в том Приказе грамоты и памяти, которые посылаются всего Московского государства в городы по указу царскому, также и по челобитью всяких чинов людей. И собирают с челобитчиковых грамот и памятей, со всяких чинов людей, кроме иных бояр и думных людей, печатные пошлины, по указу, с челобитья, и з денег, и з животов, которые будут в грамотах и в памятях писаны; также кому будут даны грамоты на воеводства и по приказом, и кому будут даны поместья и вотчины, с четвертей з земли, по указу ж, как о том подлинно писано в Уложенной книге, с кого что и с чего взяти пошлины. И собирая тое пошлину, записывают в книги, и тое записку закрепляют дьяки. А соберется тех пошлин на год тысеч по 7, и по 8000 и по 10 000 рублев, каков лучится год, и роздаются те денги во всякие ж росходы. А бывает та печать у думного дьяка беспрестанно повешена на вороту, и в дому. А вырезано на той печати орел двоеглавой, всереди царь на коне, победил змия, около подпись — царская титла самая короткая; а величиною та печать будет немного болши ефимка Любского кругом.

34. Розбойной Приказ. А в нем сидит боярин или околничей, да столник или дворянин, да два дьяка. И в том Приказе ведомы всего Московского государства розбойные, и татиные, и приводные дела, и мастера заплечные, а будет тех мастеров на Москве с 50 человек, и даетца им годовое жалованье. Также и в городех для розбойных и татиных дел устроены приказные губные избы, и ведают такие дела выборные дворяне, за верою и крестным целованием, которые за старостью полковых служеб служити не могут. И устроены для всяких воров тюрмы, и на Москве у тех тюрем и в Приказе бывают сторожи, выбраны из Московских слободцких людей, а в городех подьячие, и сторожи, и неделщики бывают выбраны из городцких и уездных людей, чей кто ни будь, за верою и крестным целованием и за поруками; а в палачи на Москве и в городех ставятся всякого чину люди, кто похочет.