Экзамен первокурсницы (СИ) - Сокол Аня - Страница 41

– Какую?

– Их разумы и память стали неподвластны жрицам.

– Серьезно? – спросил Этьен, и парни переглянулись. – Совсем? То есть он запретил их читать и все послушались?

– Не знаю, – грустно ответила Кларисса Тилон. – Не думаю, что именно я должна вам это рассказывать, уверена, магистр Кэррок объяснит не в пример лучше… А то и опровергнет эти старые байки. В любом случае род прекратил свое существование много веков назад. Еще одна реплика без разрешения, мистер Корт, и я оставлю вас на час после занятий.

– А вы уверены, что весь род истреблен? – спросил вдруг Мэрдок и словно спохватившись добавил: – Миссис Тилон.

– Я уверена, – Гэли подняла руку с покрасневшими пальцами.

– Когда же мы изживем эту несносную привычку выкрикивать с места и перебивать друг друга? – непонятно у кого спросила моя бывшая гувернантка и кивнула девушке: – Говорите, мисс Миэр.

– Я уверена, потому что все состояние рода Муньер Сьерра до сих пор лежит в банках. Все их активы, акции, векселя, драгоценности – в камерах хранения. Дома опечатаны, земли сданы в аренду. Капитал работает на капитал, проценты и прибыль начисляются в срок, увеличивая состояние мертвого рода.

– Откуда ты… – начала герцогиня.

– Мне отец рассказывал, – перебила ее подруга, совершенно не боясь наказания от учителя. Но Кларисса Тилон промолчала. – Он подавал заявку на управление частью их активов. Век за веком состояние преумножалось, а тратить было некому. А теперь представьте, что будет, если в один прекрасный день в Эрнестальский Золотой банк войдет потомок Муьнеров? Он возьмет вексельную книжку, коснется листа, и тот позеленеет, признав его хозяином? Да, он в один миг станет богатейшим человеком Аэры.

– Демоны разлома! – выпалил Вьер, так похожий на нахохлившегося от холода воробья.

– Наказание, – сказала миссис Тилон и спрятала пальцы в теплой шали.

– Да ради Дев, – отмахнулся рыцарь, – В один миг стать богачом!

– Между прочим Эльза Муьнер в триста пятом году от образования Разлома вышла замуж за герцога Альвон Трида, – вставила Дженнет, – А я ее прямой потомок.

– Вот-вот, я бы тоже попробовал, чем демоны не шутят, мало ли кого из прародительниц валял на сеновале один из этих полуночных волков…

– Так многие думали, и поначалу у клерков отбоя не было от желающих пощупать лист с гербовой печатью, – продолжила рассказывать Гэли. – А потом руководству банка это надоело, и они ввели одно обязательное условие для искателей богатства. Залог. Перед тем как пройти испытание, претендент отдавал банку в залог свою жизнь. Если вексель ответит – ты будешь баснословно богат, если останется равнодушен к твоим прикосновениям – станешь собственностью банка и наденешь рабский ошейник. Удивительно, но количество соискателей сразу уменьшилось, а потом они и вовсе перестали испытывать свою удачу.

– Как не посочувствовать бедолагам, – с неожиданной злостью сказа Мэрдок и в классе на несколько минут воцарилась полная тишина. Наверняка, все взвешивали свои шансы оказаться тем самым Муньером, благо старые роды давно состояли в родстве. Взвешивали и сожалением отказывались от этой идеи, рабский ошейник мало кого красит.

– Значит, у жриц была причина уничтожить род, – вернулась к прежней теме герцогиня. Она не стала поднимать руку и с вызовом посмотрела на мою бывшую гувернантку, та ответила ей ослепительной улыбкой. – По сути, Муньеры могли творить все что угодно: баловаться запретной магией или устроить заговор против Князя, никто бы не узнал.

– Вы преувеличиваете, леди Альвон Трид. Муньеров никогда не было много, а заговоры – вещь масштабная. И, напомните мне, наложить на вас наказание за вызывающее поведение, как только Академикум вернется на прежний курс.

– Напомню, – процедила Дженнет, поправляя капор.

– Вас это тоже коснется, мистер Гилон, – женщина посмотрела на Вьера и резюмировала: – Будем считать, что ваше любопытство удовлетворено, и с Муньерами на сегодня закончили. Давайте вернемся к девизам.

Мэри дисциплинированно подняла руку в варежке, чем вызвала на скупом лице миссис Тилон улыбку и, получив поощрительный кивок, спросила:

– А как вообще это происходит? То есть, я хотела узнать… – она вдруг замялась, – Глава рода сам выбирает девиз, или князь…

– Точно, князь, – рассмеялся Вьер, который видимо решил не стеснятся, раз наказание и так и так будет наложено. – Так и вижу, как он говорит Первому змею: «Ты предашь меня с восьмой на девятый день после зимнего солнцестояния».

– А приказ князя – это закон, – добавил вдруг Крис, Гэли прыснула в кулак.

– Вы почти угадали, мистер Оуэн. – Миссис Тилон прошла к своему столу. – Но меня никогда не устраивало «почти». Поэтому к следующему занятию вы подготовите доклад о том, как обзавелся девизом… Нет, не совиный род, это было бы слишком просто. Род Орла, – Мэрдок посмотрел на Криса, а Жоэл закашлялся. – Все свободны, кроме вас, мистер Гилон, как и обещала, я дам вам индивидуальное занятие и объясню, почему не стоит перебивать кого бы то ни было. – Вьер не просто уткнулся в книгу, он со стоном упал на нее.

Я вышла на улицу, на ходу застегивая куртку, и остановилась в ожидании Гэли. Снегопад прекратился, зато поднялся резкий пронизывающий ветер, который иногда завывал в пустых арочных проходах и гремел флюгерами на крышах зданий.

– Мисс, – поприветствовал меня незнакомый рыцарь и, спустившись с крыльца, поднял воротник.

Перед учебными башнями Магиуса было на удивление пустынно, слушать, как воет ветер предпочительнее в тепле спален и гостиных.

– Леди Астер, – снова услышала я и даже посторонилась, желая пропустить очередного ученика, как вдруг, чья-то рука сомкнулась на моем запястье. – Можно вас на два слова.

– Что вы… – начала я, встречаясь взглядом с синими глазами.

– На два слова, – повторил Крис, помог мне спуститься с крыльца и остановился прямо посреди двора, на дорожке, что с утра расчистили, но сейчас снежное крошево стелилось поземкой под ногами. Академикум продолжал двигаться.

– Сколько ты можешь поддерживать огонь? – спросил вдруг Оуэн.

– Смотря на чем, – осторожно ответила я.

– Сколько?

– Один раз я держала огонь в камине около суток.

– Всего? – кажется, он был разочарован.

– А этого мало? – слова белым облаком слетели с губ, я посмотрела на барона, на воротнике куртки оседал иней. – Тогда надобности не было, а сейчас… Смогу и дольше, но зачем?

– Мы идем на север полным ходом, – пояснил он, – Скоро станет еще холоднее, вряд ли запасы угля на острове столь велики. Я бы на месте магистров закрыл половину учебных комнат и спален. В идеале, разместив учеников в одном здании, да и то думаю, скоро будем топить мебелью…

– Девы, это же глупость, – раздался голос Гэли, подруга успела спуститься с крыльца и услышала последние слова Оуэна. За девушкой шел, опираясь на трость, Мэрдок. – Какой мебелью? Скоро мы остановимся над Запретным городом…

– Мы не остановимся, – без эмоций перебил ее Крис, дверь снова открылась, к нам подошел Жоэл, демонстративно не замечающий идущего следом Этьена. – Если бы мы хотели остановиться, остров давно бы уже начал сбрасывать скорость.

– Но мне кажется, он ее только наращивает, – вставил рыжий.

– Но если не князь отдал приказ… – начала подруга.

– Не князь, – тихо сказал Мэрдок. – Он не вызывал Академикум, по той простой причине, что государь сейчас сам здесь. И вряд ли использует остров вместо наемного экипажа.

– Это неправда!

– Вы так старательно отрицаете очевидное, мисс Миэр. – Покачал головой Крис, – Оглянитесь, что вы видите сегодня? Что вы видели вчера, глядя в атриум?

– Лед, – тихо ответила подруга и вдруг схватила меня за руку. На крыльцо, переговариваясь вышли Алисия и Дженнет.

– А разве Запретный город не окружен горами? Мы давно должны были достигнуть чирийского хребта. А под нами только Зимнее море.

– Но… – она беспомощно посмотрела на меня. – Тогда куда же идет Академикум? На севере ничего нет, кроме… – она замолчала, вытаращив глаза, словно селянка при виде мобиля.