Экзамен первокурсницы (СИ) - Сокол Аня - Страница 42

– Ничего кроме Разлома, – закончил за нее Оуэн.

– Хотите нас напугать? – уточнила вдруг Дженнет, подходя ближе.

– Отнюдь. Пугаться уже поздно. Если Академикум не сменит курс, к исходу недели мы окажемся прямиком в Разломе.

– Значит, они сменят курс, – герцогиня прищурилась и, развернувшись, зашагала через двор к главному зданию Академикума, ветер тут же набросился на новую жертву, так и норовя сдуть с девушки капор.

– Леди… – обернулся ей вслед Жоэл.

– Пусть идет. Может, у нее получится, – махнул рукой Крис. – А ты пока… – Он наклонился к уху Жоэла и что-то прошептал.

– Мы ходили вчера к мисс Ильяне и к магистру Родригу, – тихо произнес Мэрдок, покачивая тростью.

– И что? – спросила вдруг Мэри. Хоторн обернулся, мы даже не заметили, как она подошла.

– Ничего. Нас даже не стали слушать.

– А было что слушать? – уточнил Этьен.

– Шелест что ты задумал? – удивился Жоэл, выслушав Криса. – Не собираешься же…

– Мне самому сходить? – поднял бровь Оуэн.

– Нееет… – Жоэл тряхнул головой и уже уверенней ответил: – Нет. Я сейчас.

– К магистрам нас даже не пустили, – ответил вместо Хоторна Крис, глядя в спину удаляющемуся рыжему. – И очень просили заниматься своими делами и не путаться под ногами.

– Даже после того, как мы сказали, что кабина управления островом пуста. – Хоторн посмотрел на горизонт.

– Как пуста? – не выдержала я, чувствуя, как мороз щиплет щеки и покалывает губы.

– Так, – развел руками Крис.

– Откуда вы знаете? – я сама не заметила, как схватила его за руку, словно нуждалась в опоре. Слава Девам, всем остальным тоже было не до этого.

– Вчера проверили.

– Так вас туда и пустили, – не поверил Этьен.

– Маг земли проверил, – ответил Оуэн, и все посмотрели на Хоторна.

– Порода острова, хоть и твердая, спрессована искусственно, несколько сотен метров земля потом подушка из гравия и песка, под ними железо. Много железа и похоже чирийского, поэтому проникнуть в механизмы не удалось, – стал безучастно перечислять сокурсник. – Зато я наткнулся на пустую полость, похожую на пузырек в бокале с игристым. Рубка управления. Зерна познания прошли ее насквозь, не коснувшись ничего живого и ничего мертвого. Одно железо.

– То есть островом сейчас никто не управляет? – тихо спросила Гэли, пряча руки в муфту.

– Не совсем. – Крис проследил за взглядом Мэрдока. – Курс острову задан. Осталось узнать, почему магистры не могут его сменить? Почему они еще не в кабине.

– До Разлома еще как минимум два дня, – прищурился Этьен, его светлые волосы, припорошил снег. – Или даже больше.

– Да, и станет еще холоднее. Поэтому, я и поинтересовался у мисс Астер, сколько она сможет поддерживать огонь на одном единственном полене.

– Мой брат Тьерри тоже маг огня, – испугано сказала Мэри.

– А вы, мисс… – Оуэн посмотрел на девушку, порыв ледяного ветра растрепал его волосы, бросив в лицо ледяную крупу.

– Коэн. Мэри Коэн.

– Ваша стихия, мисс Коэн, тоже огонь, как у брата? – Крис набросил на голову капюшон.

– Нет. – Девушка закусила губу, ее щеки на морозе алели. – Все стихии даются мне одинаково. Но я могу ускорить любое изменение.

– Тоже мне достижение, – скривила губы Алисия, которая почему-то предпочла остаться с нами, а не побежать за герцогиней. – Это и я могу, хоть в десять раз.

– А я в тысячу и без малейший усилий, – глядя ей в глаза, сказала дочь столичного аптекаря.

– Часовщик Коэн, – вдруг выкрикнул Этьен, хлопнув себя по лбу. – Он служил при дворе прадеда нынешнего князя, говорили, что он мог останавливать время, или заставлять его мчаться вперед как поезд.

– Это мой прадед, – девушка опустила глаза. – Но замедление мне пока не по силам, только ускорение.

– Подтолкнуть всегда проще, чем задержать, – сказал Мэрдок, опираясь на трость.

– Задержать Академикум можешь? – спросил Этьен.

– Что? Нет, я… магия действует не так, – она смешалась.

– Так что нам делать? – спросила Гэли. – Тоже пойти к магистрам? Может, если мы придем все вместе, они нас выслушают?

– У меня есть идея получше. – С этими словами Оуэн развернулся, моя рука соскользнула с его локтя, и рыцарь зашагал к атриуму.

Мы с Гэли переглянулись и заспешили следом, слыша, как за спиной чертыхается Этьен, как стучит трость Мэрдока, как жалуется на что-то Алисия.

Наверное, впервые на моей памяти площадь, на которую выходили фасады главных зданий трех факультетов Академикума, была пуста. Сегодня по ней не сновали студенты, не бегали с поручениями старшекурсники, не смеялись девушки, не назначали встречи молодые люди. Сегодня на ней властвовал лишь ветер, наметая сугроб легкого, как пух снега, с правой стороны атриума. На белое крошево ложился теплый желтый свет из окон. Он, казался, таким близким и таким далеким, таким правильным, что мне нестерпимо захотелось оказаться в теплой комнате, у горящего камина и протянуть замерзшие руки к огню.

– Неужели станет еще холоднее? – словно подслушав мои мысли, спросила подруга.

В ответ ветер швырнул в лицо новую порцию ледяного воздуха, от которого перехватило дыхание. Очень хотелось замотать лицо в матушкину шаль. А еще выпить горячего кинилового отвара. Или даже глоток бренди и папенькиных запасов.

Крис дошел до перил, смахнул с них с нег и, перегнувшись через перила, посмотрел вниз, совсем, как я когда-то. И совсем как тогда, внизу яркими всполохами расцветали голубые струи огня. Но сейчас земля внизу была покрыта сплошным снежным ковром. Зимнее море, такое обманчивое в своем спокойствии…

– Видите вот тот блик? – барон указал рукой куда-то вправо.

– Нет, – честно ответила я, и Гэли тоже помотала головой.

– Неважно. Там кабина управления Академикумом.

– Уверен? – спросил Этьен, перегибаясь через перила следом за бароном, – Я ничего не вижу.

– Уверен, к тому же маг подтвердил.

Хоторн хмурился, так же как и все старясь разглядеть тот «пузырек воздуха», о котором говорил ранее.

– Допустим, – не стал спорить Этьен. – Что за идея?

– Я хочу заглянуть в кабину, – Крис выпрямился, а я в первый момент даже не поняла, отчего побледнела Гэли. – Спуститься вниз и посмотреть, почему магистры не могут повернуть эту махину на сто восемьдесят градусов.

– Сколько градусов? – переспросила я и тут же разозлилась: – Причем тут температура, барон? Какое отношение она имеет к тому… к тому… – Я снова заглянула в окошко атриума, и, наверное, впервые от вида Зимнего моря у меня закружилась голова. – Скажите, что вы шутите, что вовсе не собираетесь спускаться туда? – попросила я.

– Увы, – ответил без всякого сожаления Крис, рассматривая отвесную стену острова, – Правда боковой ветер может стать проблемой.

– Ветер я могу взять на себя, – произнесла вдруг Гэли. Я с возмущением обернулась к подруге, а та несмело улыбнувшись, спросила: – А что будет лучше, если он сорвется?

– Будет лучше, если он не полезет, – отрезала я и посмотрела на сокурсников. На лице Мэри было смущение, на лице Алисии – скука, Этьен ухмылялся, Гэли с интересом смотрела вниз. Кажется, они не видели ничего страшного в том, чтобы спуститься сквозь атриум под брюхо острова, пройтись по кромке опоясывающего днища карниза, а затем и вовсе повиснуть на нем, чтобы заглянуть сквозь стекло кабины, которую мы даже не видели. И все это на скорости, что развил за последние сутки Академикум. Я посмотрела на Мэрдока, – Хоть вы ему скажите, граф. Скажите, что это самоубийство.

– Самоубийство, – вдруг поддержал меня Хоторн, но не успела я порадоваться, как он добавил, – идти в одиночку, без партнера и страховки. Поэтому я иду с вами.

– Что? – спросили мы Крисом одновременно.

– Мне совестно напоминать, но у тебя одной ноге чуть длины недостает, – добавил барон.

– Так я и не на бал вызывался вас, барон, сопровождать и не па на паркете собрался выписывать. А земле абсолютно все равно какой длинный у меня ноги. Если вы сорветесь, то вы сорветесь. Если я, то моя магия удержит нас обоих. Земля острова удержит Ее щебень и песок. К тому же, это я сказал, что кабина управления пуста. А за свои слова я привык отвечать. – Голос Хоторна сровнялся со льдом, что продолжал проплывать внизу.