Доктор. Заново (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 78

Трое начинают смеяться.

Тот, которого зовут Сомом, молча достаёт из кармана сенсорный пульт, на котором мигает надпись «Сигнал сработал»:

— Конечно.

Шлюз перехода в акушерское отделение. Группа людей в форме вместе с группой физзащиты что-то обсуждают.

— Это обязательно?

— Да. Тем более, явное неподчинение решению суда. Есть же санкция.

— А санкция точно в порядке? Потом не окажется, что что-то не так оформлено?

— Не мельтеши… Ты же знаешь, чья команда… просто работай.

Высокий заканчивает у двери, встаёт, подходит и говорит:

— У меня готово. Можно хоть сейчас.

— Дадим ещё три минуты, — решает первый; подходит к звонку, нажимает его и говорит в переговорное устройство:

— У вас три минуты. По истечении, мы вынуждены применить силу.

— Не войдёте. Мы начальство уже вызвали. Лучше не дрочи судьбу и дождись начальства, — отвечает обезличенный голос из динамика.

Ведущий переговоры отсекает три минуты, после чего резко опускает правую руку сверху вниз.

Двое сотрудников физзащиты сноровисто вбивают «лапы» в естественные зазоры двери, забивая их кувалдой. Через полминуты работы, один говорит, оборачиваясь назад:

— Есть. Давать?

— Давай! — командует самый первый. Двое с «лапами» и кувалдой наваливаются в последний раз и дверь распахивается.

Изнутри в проеме двери появляется человек в очень похожей на работающего кувалдой форме, но в других цветах, с наколенниками, налокотниками и без знаков различия. Раздаются резкие хлопки выстрелов. Первыми падают двое, вскрывавших двери. Их затылки как будто взрываются брызгами крови, костей и кусочками мозга. «Лапы» и кувалда громко звенят об кафель пола. Пока оставшаяся группа людей в форме ошалело смотрит на происходящее, появившийся изнутри переносит прицел какого-то короткого ствола, и четверо из пяти оставшихся на ногах присоединяются к первым двум. Последний, сотрудник физзащиты, наконец приходит в себя, но не успевает ничего сделать. Ещё один хлопок короткого ствола — и он также подламывается в коленях, не успевая нажать на спуск.

Появившийся изнутри шлюза человек в наколенниках и налокотниках около секунды скользит взглядом по телам на полу, потом скрывается обратно в шлюзе, откуда доносится хлопок ладонью по двери:

— Араб, у меня чисто. Отпирай.

— Да вижу, сейчас… — Доносится из-за двери, лязгает запор, и человек скрывается за второй дверью шлюза.

Услышав выстрелы, мы все переглядываемся, после чего группа устремляется в направлении шума. Котлинский за какую-то секунду бросает тому, кто в форме:

— Потом передадим заново! — выхватывает у того из рук все документы, запихивает их обратно в сейф вместе с документами со стола, захлопывает сейф и поспешно направляется вслед за основной группой. Следую за ним.

Возле шлюза находим развороченную дверь и семь тел в форме.

Котлинский быстро бросается на колени и, перемещаясь от одного тела к другому, говорит:

— Готов. Готов. Готов…

Закончив осматривать последнего, он, не поднимаясь с колен, поворачивается, багровеет и кричит людям в форме:

— Да что вы творите?! Что у вас происходит?! Я же отдавал вам все документы по описи?!

Трое в форме никак не реагируют и продолжают удивлённо таращиться на пол. Последний из физзащиты нервно отходит в угол, ощетинивается стволом и начинает лихорадочно оглядываться по сторонам.

Я вижу, что семеро мертвы, с самого начала. Но пока не понимаю, что нужно делать. И что происходит. Котлинский сейчас — точно не источник информации. Он трясёт за грудки одного из тех, что в форме, а двое других пытаются их разнять. Что непросто, принимая во внимание солидные габариты Котлинского.

В конце коридора появляется группа людей, похожих на "близнецов" Бахтина, но с наколенниками и налокотниками. Их ведёт полковник с незнакомыми мне эмблемами: щит с двумя скрещенными мечами и пятиконечная звезда, вписанная в семи— или восьмиконечную (не успеваю разобрать).

Полковник с необычными эмблемами неуловимо ведёт ладонью — и его сотрудники разбирают всех без исключения в коридоре, фиксируя лицами к стенам, кроме нас с Котлинским (вероятно, потому, что мы в белых халатах). Ощетинившегося стволом бойца в углу предупреждают:

— Служба госохраны. Ствол на пол, лицом к стене.

Тот, глядя, как удав на кролика, на эмблемы полковника, подчиняется.

Возле нас остаётся один боец, не обращающий на нас внимания. Полковник подходит к ошалевшему Котлинскому:

— Игорь Витальевич?

— Да, это я. Мы знакомы? — не может прийти в себя Котлинский.

— Заочно. Мы вас охраняем. В смысле, объект на территории. Полковник Мусин. Подслужба обороны объектов Службы охраны президента. — Представляется полковник со странными эмблемами. — От нашего поста мы получили сигнал о нападении на объект во время пересменки. Вы можете сказать, что происходит?

В этот момент в коридоре появляется Бахтин тоже в форме, который бегом приближается к нам, окидывает взглядом картину побоища, засовывает что-то обратно подмышку и рефреном задаёт тот же вопрос:

— Что происходит? — Правда, в отличие от полковника с двумя мечами в петлицах, потом добавляет, — мне Марина звонила. Говорит, на вас напали со стрельбой.

Котлинский трёт лоб, молчит секунд десять, потом говорит:

— С утра была финансовая полиция. Выемка документов из-за тендера госпрограммы. Я тебе отписался.

— Да, я получил, потому поехал сюда, — кивает Бахтин.

— Я думал, в здании только те, кто у меня в кабинете, — продолжает Котлинский. — На всякий случай отменил все процедуры, в которых участвую лично, на сегодня. Потом подошёл Саня, у нас с ним сустав. Только отменил ему — стрельба от шлюза. Мы все сюда.

— Представьтесь, пожалуйста, — говорит Бахтину полковник, спокойно слушавший всех до этого.

Его подчинённые уже оттащили тела в сторону; переговорили, судя по всему, со своими коллегами внутри бокса Марины Косаевой — потому что вторая дверь шлюза открылась изнутри.

— Начальник службы специальных прокуроров, старший советник юстиции Бахтин. — Бросает Бахтин, обходя полковника по дуге, — Что с моей женой? — и чуть не бегом направляется в палату.

— Пропустить! — машет рукой полковник и поворачивается к, как теперь понимаю, финансовым полицейским, которых его люди продолжают держать у стены. — Кто старший?

— Тут или вообще? — отзывается один с погонами майора.

— Тут.

— Я, — пытается обернуться майор, но ему не позволяют двое в наколенниках.

— Не дёргайтесь. Просто отвечайте на вопросы. Кто вообще поехал старшим? — продолжает полковник, попутно обращаясь к своим, — поверните его.

Майор указывает пальцем на одно из тел.

Бахтин появляется из кабинета, быстро подходит к нам и говорит:

— Всё в порядке… Игорь, спасибо! — и пытается обнять Котлинского.

Тот осторожно отодвигается и отвечает:

— Да я при чём? Вон охрану благодари… Уж не знаю, что тут за война была…

— Зафиксировано нападение на объект, находящийся под охраной подслужбы обороны объектов Службы госохраны. — Спокойно говорит полковник. — Всё есть в записи, действия СОО полностью законны. Постановление, которое пытались предъявить в камеру, незаконно. Объект под нашей охраной, а мы вне юрисдикции судов и прокуратуры по Конституции, когда при исполнении. Для допуска на объект требуется согласование с нами — его не было предъявлено, оно отсутствует. И присутствие одного из наших старших офицеров — тоже не было.

В этот момент, из палаты Марины к полковнику выходит уже знакомый мне по предыдущим визитам сотрудник охраны с брызгами крови на форме:

— Старший по объекту капитан Саматов. В момент пересменки, пресечена попытка незаконного проникновения на объект. Объект не пострадал, у нас без потерь.