Саймон Рэк - Джеймс Лоуренс - Страница 81

— Да, сэр, — ответил Богги, не в силах сдержать улыбку в голосе.

Еще один сдвиг карниза заставил его поторопиться. Он осторожно забрался на плечи Саймона, сжимая оба пояса в зубах. Камни под ногами Саймона скрипели и дрожали. Толчок — и тяжесть с его плеч исчезла.

Через несколько мгновений Богарт спустил ему пояс, Саймон вскарабкался по нему и, тяжело дыша, лег рядом с Богартом.

Именно в этот момент карниз не выдержал и рухнул в глубину расселины. Жизнь не всегда бывает такой!

Они встали, увидев первые лучи солнца в небе.

Богарт просто пожал Саймону руку.

— Рэк, если мы выберемся из этой заварухи целыми и Галэсбэ снова прижмет нас к груди, буду рад, если ты станешь моим партнером.

— В корабле-разведчике?

Богги широко улыбнулся.

— Я всегда хотел этого. Я здесь потому, что в корабле мне душно. Мне подходит только открытый космос.

Они обменялись рукопожатием.

Солнце начало печь, и они сразу занялись поисками убежища. Нашли впадину. Не такую хорошую, как накануне, но дающую небольшую тень.

Они жались в тени, пытаясь уснуть.

Днем спать было трудно из-за жары, но время от времени им удавалось задремать, всегда просыпаясь рывком.

Весь день в пустыне ничего не двигалось, слышался только грохот камней недалеко. Так как больше такого не случалось, они решили, что это рухнувший карниз.

Как и оказалось.

Желтый ослепительный свет словно прорывался под закрытые веки, прямо в мозг.

Над собой Саймон увидел другое тело, летящее к нему, раскинув руки и ноги, как у куклы с оторванными конечностями. Вокруг головы и груди этого тела клубился розовый туман. Вначале это его удивило. Но потом он понял, что это кровь.

Значит, Богги до него добрался.

— Старая команда. Никогда не подведет, — сказал он, продолжая скользить к озеру.

Когда пришло время выступать, Саймон обнаружил, что он бесконечно устал. Кожа на лице потрескалась и сходила, в углах рта незаживающие раны. Глаза страшно жгло, а колени и плечевые суставы болели. Зубы высвобождались в деснах, а язык по-прежнему разбух. Оба попытались помочиться, чтобы получить прохладу для тела, но смогли выпустить только несколько ярко окрашенных капель.

Но они должны были идти.

Корабль танкеров приземлился, но они не слышали, чтобы он снова поднялся. Значит, он где-то поблизости.

Должно быть, в ущелье где-то вблизи. Вопрос только, где именно.

Они брели, скользя и падая. Они настолько устали, что даже не бранились, когда снова падали, споткнувшись. Их мундиры превратились в рваные грязные тряпки, и кровь окрасила их тела. Ноги были покрыты массой кровавых волдырей, руки изрезаны.

В эту ночь они прошли едва половину расстояния, которое преодолели за первую ночь. Когда солнце начало свое новое дневное путешествие, они упали в небольшое углубление, дававшее минимальную тень. Хотя никто об этом не говорил, оба знали, что, если завтра не доберутся до лагеря, они достигнут пределов своей выносливости.

Но по крайней мере в истощенном состоянии оказалось легче уснуть. Вначале дрожь земли разбудила Саймона, мгновение спустя проснулся Богги. Они услышали низкий гул и вой двигателя корабля, начинающего подъем.

Разрезая заостренным носом, как скальпелем, небо, корабль танкеров поднялся, и ветер, поднятый им, заставил их укрыться и закрыть глаза от потоков песка и мелких камней.

После того как удары стихи, Богги коснулся плеча Саймона.

— Здорово! Тут должно быть не дальше мили. Мы задолго до утра будем у их лагеря.

На Саймон не разделял его энтузиазм.

— Очень много «если», Богги.

— Что ты хочешь сказать?

— Допустим, корабль унес их всех. Придя в лагерь, мы найдем кольцо обожженной земли и ничего больше.

Остальную часть дня они провели почти в полной тишине.

Когда раскаленный диск ушел за далекий горизонт, они пошли. Несмотря на усталость и очень трудную местность, шли быстро, не обращая внимания на новые порезы и ушибы в своем стремлении быстрее добраться до места старта корабля.

И когда нашли это место, поняли, почему не могли увидеть его издалека. Лагерь располагался в кратере. Меньшем, чем кратер Ксоактла, но все же достаточно глубоком, чтобы спрятать целую флотилию кораблей-игл. Внизу они видели пузыри временных жилищ, каждое с собственной установкой по обогреву и подаче воды.

— Там никого нет. Ни в одном жилище не видно света. Место брошено!

Саймон едва не заплакал от разочарования. Они опоздали. Корабль забрал всех танкеров, чтобы перенести их на короткое расстояние в Ксоактл, где, наверно, выпустит их на флоатерах.

— Подожди. Смотри! — Богарт торопливо считал. — Шестой справа. Там слабый огонь. Пошли.

Из освещенного жилища доносился негромкий гул электрического мотора, приглушенный изоляцией на крыше и стенах. Ставя ноги осторожно одну за другой, Богги и Саймон продвигались вперед.

Вооружившись несколькими камнями, Богарт шел впереди, Саймон шел за ним. Единственным освещением служила призрачная фосфоресценция небесной дуги.

Чувствуя, как острые края камней впиваются в раны на руках, Богги шел, пригнувшись. На мгновение он остановился, когда высота гудения слегка изменилась, потом загудела по-прежнему.

Он был в двадцати шагах.

— Брось камни и встань прямо.

Голос громкий и металлический, в нем что-то нечеловеческое. Богги повернулся, готовый бросить камень; ударил луч и бросил его на землю. Плечо обожгло, и рука онемела.

— Дурак! Я хочу знать, кто ты такой и что здесь делаешь. Если не ответишь, я выжгу тебе мозг, как что ты больше никогда не сможешь производить эти ваши предметы арти.

Голос звучал спокойно и безлично.

В темноте Богги едва мог разглядеть, откуда он исходит. На метр в воздухе на серебристой платформе сидел тинкер, гротескный в своем экзоскелете. Какое-то оружие было нацелено на Богги.

Саймон был за жилищем. Он застыл и только осторожно выглядывал из-за угла. Ему было хорошо видно, что тинкер один. И он на флоатере. С антигравитационным двигателем — именно то, что им нужно, чтобы вернуться в Ксоактл и уничтожить Кормана. Платформа способна выдержать двоих и пронесет их над любой защитой арти.

Но Богги во власти тинкера. Тот вооружен и защищен броней. Саймон быстро извлек нож и начал разрезать верх мундира на полосы.

Время. Богги знал, что Саймон попытается его спасти. Если у него будет время.

— Почему ты думаешь, что я арти?

— Здесь я задаю вопросы. Мне очевидно, что ты грязный арти. Кем еще ты можешь быть?

Притворяясь, будто он в худшей форме, чем в реальности, Богарт тянул время, стеная и держась за голову.

— Наверно, ты прав.

— Конечно. Мы годами изучали вашу жалкую колонию. Я знаю об арти все факты, что нужно знать.

— Все артефакты чего?

— О чем ты?

— Какие артефакты?

— Все факты об арти.

— Откуда?

Богги почти наслаждался этой абсурдной игрой. И это дает ему время.

— Как ты можешь спрашивать «откуда» о фактах об арти?

— А. Не артефакты. Факты об арти.

Голова, маленький шар в защитной оболочке мощной брони, повернулась к нему.

— Своей болтовней ты тратишь мое время. Завтра к заходу солнца твоя прогнившая колония превратится только в воспоминание.

Флоатер мягко опустился и с еле слышным шумом сел на песок. Потянувшись, как отвратительное гигантское насекомое, танкер вытянул длинные ноги и встал; теперь он на метр возвышался на Богартом.

— Я считаю, что ты всего лишь жалкий шпион. Не могу понять, чем ты можешь нам повредить. Поэтому логика говорит, что я должен просто убить тебя.

Последовал очень легкий свист летящего предмета и звон, когда этот предмет попал в цель. Медленно, как здание в лесах, которое начинают сносить, танкер сложился и упал на камни. При это он пальцем нажал на спуск своего оружия, и луч света превратил большой камень в осколки. Бластер выскользнул из потерявших чувствительность пальцев.