Подчини меня нежно (СИ) - Люче Лина - Страница 32

— Привет, Лори, — сказала я, с интересом изучая ее, смущенную. Такой я ее еще не видела. Когда дверь открылась, я невольно вскочила — был порыв подойти и обнять, но потом что-то в том, как она вошла, остановило меня.

— Обиталище Макса. Я не бывала здесь раньше в его отсутствии, — пояснила она, потирая собственные плечи скрещенными на груди руками, немного сжимаясь.

— Садись, — предложила я, тоже смущаясь, невольно вспоминая, при каких обстоятельствах мы находились здесь в последний раз. Лори делала мне восхитительный куни, а потом по приказу Макса изнасиловала мою девственную попку пробкой.

— А часто ты бывала здесь с ним? — уточнила я, не сдержав любопытства.

Лори удивленно посмотрела на меня, высоко подняв брови:

— Только один раз. Он не приглашал меня играть с ним в тройке до тебя.

— Почему?

— Не знаю. У нас были другие отношения — он мой психолог. С меня хватало и того, что он пригласил меня в свой клуб.

Она походила по комнате, пытаясь найти себе место и, наконец, села на широкий высокий подоконник, свесив ноги. Я опустилась на край кровати и нетерпеливо уставилась на Лори во все глаза. Ее тонкое изящное тело было затянуто в супер-короткое обтягивающее синее платье, грудь почти полностью выглядывала наружу — едва-едва прикрыты соски. Когда она села, ей пришлось крепко сдвинуть бедра, чтобы не выставлять на обозрение свою голую розовую киску.

На секунду я ощутила, как низ моего живота стискивает порыв желания, и усилием воли заставила себя подумать о чем-то более важном в тот момент.

— Лори, что произошло? — не выдержала я, поскольку она все еще молчала, и тут Лори, едва не перебив меня, начала сбивчиво объясняться:

— Это я виновата, Лиза. Я не сдержалась, потому что хотела тебя. Но я подвергла тебя опасности, и Макс теперь очень зол на меня. Мы с ним договаривались, что я пока не буду играть в роли доминанта вне клуба.

— Так почему же тогда…

— Потому что я не могу в клубе. Мне почему-то ужасно неловко. Я знаю, это звучит очень глупо — мы тут все такие вещи выделываем, и как саба я… знаю, что у меня почти нет табу, и все такое, но как дом — я новичок и ужасно стесняюсь, ужасно.

Лори покраснела, и на этот раз я отчетливо видела, что она не лжет. Но и не договаривает всего до конца. Тяжело дышит, словно пытается решиться что-то сказать мне.

— Но как ты подвергла меня опасности? Я не понимаю. Были же стоп-слова и…

— Я могу сорваться, — Лори покраснела еще гуще и закрыла лицо руками.

— Лори… — я попыталась встать и подойти, но она сжалась, отстраняясь от меня, вжимаясь в окно спиной, и мои руки сами собой опустились. Я замерла в шаге от нее, растерянная.

— Лиза, подожди, — глухо пробормотала она из-под своих ладоней, — подожди… дай мне закончить. Макс запретил мне играть вне клуба не просто так. Он считает, что отвечает за меня как мой психолог, и я очень благодарна… я однажды сорвалась здесь, в клубе, на публичной сцене.

Я молча смотрела на нее, стоя на расстоянии вытянутой руки. На моих губах застыло дыхание, с лица отхлынули краски. Значит, мне не показалось это тогда, у нее дома, когда я чувствовала, что Лори становится незнакомкой и… опасной незнакомкой.

— Я ударила сабу ремнем после стоп-слова. Она сказала «желтый», а я ударила ее сильнее. Слышала, но просто не могла остановиться, словно хотела отомстить ей за…

Лори замолчала, и я почти услышала, как ее горло перехватило от слез.

— Продолжай, — тихо сказала я после долгой паузы, в течение которой она пыталась восстановить контроль над собой.

— Тогда она закричала «красный», и кто-то из домов меня оттащил. А та девушка месяц потом не появлялась в клубе. Макс ездил с ней разговаривать, и я чувствовала себя просто ужасно. Но он сказал, что я не виновата, взял всю вину на себя, поскольку как домина я была стажером, и мой наставник за мной не уследил.

— А кто был твоим наставником?

— Один из мастеров… ты его не знаешь, неважно, — махнула она рукой, — Макс был очень зол на него… да и на меня тоже, хоть и старался не показывать.

К этому Лори добавила, что Макс еще не принял решения о том, что предпринять в связи с тем, что она играла со мной в нарушение их договора, и даже предположила, что он может выставить ее из клуба. Но стоило мне возразить, что если бы он хотел это сделать, то уже бы сделал, как она свернула беседу, и мы пошли вниз. Зря пошли. Лучше бы мы сидели там еще час, разговаривали бы, и тогда я могла бы не увидеть Макса с той сабой. Все равно узнала бы, конечно, но хотя бы не увидела…

— Лиза?

— Я здесь, — быстро сказала я, вернувшись мыслями на кухню, к своему бокалу с «Бейлисом», элитной ветчине и прочим вкусностям, купленным Лори на сумму, примерно совпадающую с четвертью моей зарплаты.

— Ты все еще хочешь меня послушать?

— Да. Да, конечно, — кивнула я, — ты не объяснила толком, почему обратилась к Максу. Ты… ты была большей мазохисткой, чем сейчас, да?

Мне и правда стало интересно. Но такие вопросы даже задавать неловко, хоть мы и были близки. В наше время людям гораздо проще ласкать кого-то языком в самом интимном месте и заниматься извращенным сексом на первом свидании, чем быть по-настоящему откровенными друг с другом, и мы с Лори в этом смысле не представляли никакого исключения. Ее тяжелый вздох свидетельствовал о том, что ответ ей дается также непросто, как мне дался вопрос.

— Я испытывала наслаждение только от жестокого избиения, Лиза. Обычно плетью или ремнем, и до крови, — тихо сказала она и залпом осушила оставшуюся половину бокала, а потом снова наполнила его.

У меня перед глазами немного поплыло, и цветы на занавеске превратились на несколько секунд в синюю кашу.

— Эти следы на твоей спине…

— Да.

Она все еще не смотрела на меня, и мне пришлось взять ее за руку, чтобы дать немного поддержки, в которой Лори отчаянно нуждалась.

— Мне так жаль.

— Я в порядке, Лиза, — она улыбнулась, накрывая мою руку своей второй ладонью, — теперь в порядке, благодаря Максу. Уже давно никаких игр с кровью, и вообще могу теперь кончать без боли, как ты уже знаешь.

Мы помолчали, уделив какое-то время еде и «Бейлису».

— Тебя не тянет к мужчинам? — осторожно спросила я через несколько минут тишины.

— Иногда… немного. Но я всегда слишком пугаюсь. Однажды попросила Никиту поиграть и потеряла сознание, когда он коснулся меня между ног. Очень жалко было его, он так расстроился, винил себя. С тех пор я больше никого не просила, — вздохнула она.

— А до твоего прихода к Максу… это были мужчины или женщины?

— Мужчины. Женщины — это… вроде как замена.

— Так ты что… ты не лесбиянка? — изумленно спросила я.

— Скорее, би, просто не знала об этом. Всегда думала, что секс может быть только с мужчинами, но я всю жизнь их боялась.

По мере того, как первая бутылка опустела, и мы начали вторую, разговаривать становилось все легче. Сама не знаю, как, я начала рассказывать Лори о своих бывших. О том, как хожу по дурацкому кругу уже лет десять: встреча, влюбленность, разочарование, расставание. И новая встреча, и опять по кругу.

— Ты всегда бросаешь? А от тебя разве никто никогда не уходил? — изумилась Лори.

— Никогда. Представляешь? Никогда.

Я пьяно захихикала и потянулась к кухонному ящику, где у меня всегда заныканы сигареты — на случай такого вот раздрая. Обычно я не курю, но если очень грустно, даже руки начинают трястись, так хочется сигарету. Хоть и знаю, что от нее веселее не станет — только добавится горечи во рту.

— Я просто не встречаюсь, не живу с парнями, которые могут уйти, — продолжила я, затягиваясь. — Я очень хорошо понимаю тебя, потому что тоже их боюсь. Но по-другому. Видишь, что может случиться? Всего две недели с таким вот мужчиной-подарком — и я в лохмотья.

— Я раньше тоже страдала чем-то похожим. Но потом, знаешь, бизнес и… я знаю, что чего-то стою. Ты тоже могла бы испытывать больше уверенности, если бы нашла какое-то свое важное дело, — осторожно заметила Лори.