Подчини меня нежно (СИ) - Люче Лина - Страница 33

— Так очевидно, что у меня его нет, да? — смущенно и немного пьяно улыбнулась я. — Черт, мне кажется, хватит пить.

— Мне тоже, — кивнула Лори и решительно убрала наши бокалы в раковину, отыскала кофе и начала его варить, пока я сидела в ступоре, даже не в силах вовремя ей подсказать, где ванильный сахар и корица. Она все нашла сама, удивительно хорошо ориентируясь на незнакомой кухне.

— Мне так неловко. Тут так убого по сравнению с твоей квартирой, — выдавила я.

— Не надо. Мне тоже нечем гордиться. Я выросла в богатой семье, умение зарабатывать у меня в крови. Могу тебя научить, — улыбнулась Лори, наполняя две чашки густым ароматным кофе.

Я вдохнула этот божественный запах, сделала маленький глоточек и улыбнулась:

— Научить, как быть богатой? Ты серьезно?

— Конечно. Это просто особый взгляд на деньги, — беззаботно улыбнулась она снова, отхлебывая из своей чашки и довольно жмурясь, — Многие люди думают, что тут какая-то магия или вселенский заговор. Будто у богатых все схвачено, и все кому-то племянники, но на самом деле все немного иначе. Это просто тараканы вот здесь, — она показала на свою голову, а я подумала, что в действительности надо было показывать на мою. А Лори тем временем продолжила вдохновенную речь, словно уже не могла остановиться:

— Как и насчет секса. Три года назад я думала, что мой оргазм всегда будет на кончике плети. А в прошлом году я впервые в жизни кончила от ванильного секса. С женщиной, но все же.

Я глубоко вздохнула, на секунду словно очнувшись. То, что она говорила, имело смысл.

— Мне стало немного легче, Лори, — медленно кивнула я.

— Это хорошо, — кивнула она в такт, явно обрадовавшись улучшению моего состояния, — Как будто у всех моих страданий появляется смысл, раз уж эта история может кого-то вдохновить.

— Никогда не думала об этом с такой стороны.

Мы надолго замолчали, наслаждаясь кофе и тишиной, думая каждая о своем.

— Можно обнять тебя? — вдруг вскинулась она так, словно ее что-то укусило изнутри.

— Да. Да, — с готовностью выдохнула я, ощутив мгновенный отклик, — Я хочу..»

Мы потянулись друг к другу, и пару секунд спустя жадно целовались, а потом встали, словно по команде, принимаясь жадно ласкать друг друга.

— Я буду нижней, — шепнула Лори, — просто расслабься и говори, что хочешь.

— Так странно.

— Тебе не обязательно быть верхом. Просто расслабься, — повторила она.

— Ладно, — неуверенно ответила я, быстро сглатывая. Но как только мы оказались в спальне, все оцепенение прошло — то ли алкоголь помог расслабиться, то ли во мне, страдающей из-за Макса, просто не хватило места для каких-то других заморочек. В результате этот секс вышел очень страстным, вкусным и быстрым, а потом мы обе почти мгновенно уснули в объятиях друг друга, ленясь даже сходить в душ.

Он приехал вечером воскресенья, без предупреждения. Звонок застал меня за тоскливым ужином перед экраном, на котором меня утешала Бриджит Джонс. Лори уехала еще после завтрака, и я весь день маялась — с утра пыталась заняться уборкой, но потом разревелась с губкой в руках и, плюнув, налила себе полный бокал «Бейлиса» из открытой бутылки и завалилась на кровать смотреть все любимые фильмы подряд. Они немного успокаивали.

— Привет, малыш. Спасибо, что ответила. Выйди, пожалуйста, я у твоего подъезда, — скороговоркой выпалил Макс, пока я размышляла, повесить ли трубку или все же дать ему шанс, раз уже ответила на звонок — по правде, автоматически ответила, не глядя. Я действительно уже не ждала этого звонка и приезда сутки спустя.

Выглянув в окно, я молча уставилась на его машину. На улице темнело, шел мелкий дождь, особенно хорошо различимый в свете фар. Я ощутила такое облегчение и такой прилив радости, что это пугало даже больше вчерашнего отчаяния. И это все? Он еще и не сказал ничего — а я уже его простила? Да, печально и вполне диагностично. Безнадежно как-то даже, сказал мой внутренний скептик. Но ничего с собой поделать я не могла.

— Хорошо, — сухо ответила я в трубку, нажала «отбой» и не спеша пошла одеваться. Точнее, я старалась не спешить, а у самой даже руки тряслись, так хотелось быстрее сбежать вниз и сесть в машину. Приехал — значит, понял, что был не прав. Значит, я ему не безразлична. Значит…

«Дура», — напомнил внутренний скептик.

Вздохнув, я заставила себя немного помедлить в прихожей, заплела и расплела волосы, плюнула, взяла ключи и накинула пальто.

Он стоял у самой двери подъезда — едва открыв ее, я вздрогнула, тут же очутившись в очень теплых и крепких объятиях.

— Прости, — прошептал он в мои волосы, и мое напряженное тело свело судорогой перед тем, как оно расслабилось, безвольно обмякло в его руках.

— Ты сделал мне очень больно, Макс. Я думала, что смогу, но я не могу так. Я не могу смотреть, как ты с другими женщинами…

В моем горле стоял комок, и говорить дальше не получалось. Я замолчала, уткнувшись носом в его плечо — не обнимая его, но позволяя обнимать себя.

— Я знаю. Я накосячил и… прости меня, малыш. По правде, я очень много наломал дров. Пожалуйста, пойдем поговорим в машину.

Прерывисто вздохнув, я медленно кивнула, и он вывел меня из-под козырька подъезда под мелкий противный дождь, который в мгновение ока заставил меня продрогнуть, но тут же Макс распахнул передо мной дверцу, и я забралась в теплый ароматный салон. Когда дверца захлопнулась, я инстинктивно съежилась, кутаясь в пальто — не столько от холода, сколько от сотрясающих меня изнутри неконтролируемых эмоций и полной растерянности. Что мне теперь делать? Как реагировать? Злиться на него или попытаться понять? Требовать уважения или просто принять его таким, какой он есть, и радоваться тому, что хоть приехал?

Макс тем временем обошел автомобиль, сел за руль и повернулся ко мне:

— Лиза, мне очень жаль. Я осознаю, что поступил не лучшим образом и хотел бы все исправить.

— Что именно, Макс? Я не понимаю.

Мне хотелось сердиться на него, но это вышло как-то жалобно — я действительно запуталась и не понимала, что именно пошло не так. Он ведь не обещал, что будет играть только со мной. Но и я не обещала, что не стану ревновать.

— Я должен был поговорить с тобой обо всем прежде, чем вступать в игру с другой девушкой. Ты была не готова к такому, и я это знал.

— Ты нарочно сделал мне больно, да? — прошептала я.

— Нет. Нет, не нарочно, — Макс резко качнул головой и так интонировал свои слова, что я сразу поверила, тихонько переведя дыхание.

— Тогда почему? Зачем ты сделал это, Макс?

На моих ресницах повисли слезы, когда я наконец подняла на него взгляд.

— Малыш… пожалуйста… черт.

Он сглотнул, отводя взгляд и задышал чаще:

— Я ревновал, Лиза. Я просто бешено ревновал.

Мои брови взлетели высоко вверх, и я невольно отстранилась, изучая его удивленным взглядом:

— Ты серьезно?

— Еще как, черт подери. Я хотел бы тебя присвоить. Это глупо, мы знакомы меньше месяца. Я сам себе не доверяю, и поэтому в твоих же интересах иногда играть с другими, — процедил он, глядя перед собой сквозь темное лобовое стекло на дорогу, тускло подсвеченную фарами сквозь дождь.

— А ты… все время хочешь играть с другими? — спросила я, невольно вспоминая ту девушку и ощущая такую боль в груди, словно там застрял нож. Вопрос мне самой казался риторическим, но Макс внезапно снова качнул головой и яростно возразил, хрустнув пальцами:

— Нет. Нет, я сейчас этого совершенно не хочу. По правде, все, чего я хочу, это запереться с тобой в комнате на неделю и выбросить ключ. И обладать тобой во всех позах, и попробовать на твоей попе, на всем теле все, что у меня есть. Все шлепалки, флоггеры, стеки, розги. Я хочу тебя связывать, трахать во все дырочки и доводить до оргазма снова и снова. Заставить кричать и умолять меня. Я хочу слышать, как ты стонешь и кричишь, и плачешь от удовольствия.

Под конец этой страстной тирады его голос понизился до шепота, а мои щеки загорелись. Внизу начал разгораться огонь, и мне потребовалось приложить усилие, чтобы взять себя в руки и сосредоточиться на нашем разговоре.