Следом за судьбой (СИ) - Мун Эми - Страница 27

Лана тихо вздрогнула. Неужели кровь? Ведь боли совсем не было! Осторожно потянулась рукой и коснулась сочившейся из лона влаги. Удивленно взглянула на выпачканные пальцы. Яр перехватил ее ладонь и бережно поцеловал запястье.

— Так должно быть, когда женщина получает удовольствие, — тихо пояснил он.

Смущенная, она уткнулась лбом в его плечо. Значит, вот как это происходит между двумя!

Некоторое время они лежали молча. Мужчина наслаждался ощущением любимой женщины подле себя, но вдруг княжна опять занервничала.

— Мне, наверное, уйти теперь? — робко спросила она, пряча личико на его груди.

Яр протяжно вздохнул. Никто не говорил, что все просто будет. И как бы эту голубку не спугнуть?

— Хочу, чтобы ты спала в моей постели сегодня. И завтра. Всегда, — признался со всей душой.

— Всегда? — поспешила отодвинуться от него Лана. Или у него язык вперед мыслей бежит или просто насмехается. Она даже не наложница! И тех в господскую постель только для дела зовут. Да что на него нашло, предложить такое? Растерянная и сбитая с толку, она совсем затихла. Оборотень понял ее молчание по-своему. Взглянул хмуро и с непонятной тоской.

— Мой вид все же противен тебе?

— Что противно? — беспомощно пролепетала она, не вполне понимая, что за странный разговор у них сейчас выходит.

— Это, — он приподнялся на локте, показывая на ожог.

Девушка закусила губу, разглядывая уродливую отметину. А она и не замечает этого вовсе! Его стать не могли испортить ни шрамы, ни следы от ран. С неведомой до этого нежностью, она подумала, что даже если бы лицо и тело Яра было сплошь в рубцах и ожогах, все равно не исчезла бы эта странная красота. Она таилась в его мягкой улыбке, гордой посадке головы, в силе крепких рук и звучании хриплых ноток его бархатного голоса.

— Ты красивый, — тихо выдохнула она.

Яр распахнул глаза, не в силах поверить собственным ушам. Красив? Он?! И решил бы, что насмехается, да только девушка смотрела так открыто и восхищенно, что не поверить ей было нельзя. Разве это возможно?

— И это красиво? — указал он на обожжённую кожу.

Лана уверенно потянулась к мужчине, и теплая ладонь легла на щеку, повела вниз, оглаживая пострадавшее место, по шее и до плеча.

— Все красиво. Это, — рука двинулась вдоль по плечу, — и это, — пальчик очертил рваный рубец на груди, — и это, она коснулась тонкой, белой линии над бровью, — шрамы лишь добавляют мужества и чести, не портя твоей красы, господин…

— Яр, — поправил он ее, — назови же.

— Не портя твоей красы, Яр… — улыбнувшись, послушно произнесла она.

Не в силах терпеть, он перехватил ее ручку и крепко прижался губами к изящным пальцам. Дремавшая страсть проснулась и пряным вином разлилась по венам. Он пустился поцелуями от тонкой кисти, дальше к предплечью, а после и плечу, шее и, наконец, достиг губ. Лана прикрыла глаза, отвечая на ласку, и сама прильнула к его телу, заставив сердце радостно подпрыгнуть и забиться в горле. Мужчина опрокинул девушку на спину, жадно лаская стройную фигурку. Видно сама Лада благословила эту ночь.

Глава 19

Проснувшись, она обнаружила себя не на привычном топчане, а в кровати Яра, заботливо укутанную соболиным покрывалом. Тело отозвалось болью во всех мышцах. Девушка охнула в попытке сесть. Память вернула мысли к прошедшей ночи и щеки полыхнули пожаром. Что она вчера делала! От стыда хотелось забраться в самый темный угол и не попадаться более мужчине на глаза. В дурмане хмеля, а после распаленная неутомимой страстью оборотня, она отдалась ему по доброй воле три раза к ряду, а после бессовестно забылась крепким сном прямо на широкой груди, не потрудившись даже прикрыться. Сейчас же в остывшей голове вновь возник целый ворох вопросов, но уже иного толка. Кто она ему теперь? Полюбовница или прислуга, которая и на спину упадет и кашу сварит? А может приручить решил, чтобы потом больнее было? Раны лечит время, а сердце разбитое только смерть успокоит. Она совсем поникла. Опять в груди покалывало и леденело, будто тот жуткий холод, загнанный жаркой ночью на задворки души, снова пробивал себе дорогу. Лана вздрагивала и плотнее куталась в одеяло, в надежде задержать покидающее ее тепло.

Чуткий слух мужчины уловил тихую возню, и мягкая улыбка тронула губы. Его любая проснулась! Он быстро собрал приготовленную пищу и плеснул отвара в чашку. Ей надо бы хорошо позавтракать. Вчера сил было потрачено много, страсть хлестала через край, и они вместе испили эту сладостную чашу до дна. Мужчина и думать не смел, что девушка может быть так отзывчива и щедра на ласки. И хмель тут не причем, он ушел уже после первого их раза, а она все так же пылко привечала любое его касание, а взамен осыпала такими поцелуями и милостями, что голова шла кругом. Еще ни одной женщине не удавалось сорвать с его уст столь много громких стонов и восторженного рычания.

Распаленный воспоминаниями, он поспешил к своей паре. Но едва ступил за порог, как тут же запнулся о настороженный и печальный взгляд. Он замер, пораженный случившейся перемене. Что произошло? Ведь еще вчера она с улыбкой засыпала в его объятьях! Неужто — жалеет?

— Доброе утро, Ланушка, — осторожно произнес он.

— Доброе, господин, — последовал тихий ответ.

— Та-а-ак, — протянул оборотень. Поставив еду на прикроватный столик, уселся на постель. Княжна жалась к изголовью, старательно пряча глаза.

— Иди-ка сюда.

Зашуршав покрывалом, она подобралась ближе. Схватив пушистый тюк в охапку, он усадил девушку на колени. Отвел ладонью спутанные волосы и заставил посмотреть себе в глаза.

— Имя мое забыла, милая?

— Нет, не забыла.

— Так почему опять господином кликаешь?

Девушка молчала. Смотрела на него тоскливо, как побитый щенок на хозяина. От этого взгляда и у него на душе волки завыли.

— Жалеешь теперь, так что ли?

— Нет!

Спохватившись, Лана прикусила губу. Не успела сдержать пылкого ответа. Но никогда бы она не стала жалеть о прошедшей ночи. Голос оборотня потеплел.

— Тогда почему смотришь букой? Что уже случиться успело?

Собравшись с силами, она вздернула подбородок.

— Зачем все это было? Новой забавой себя потешить решил?

Настал его черед потерять дар речи.

— Что? Какая забава еще?

— Худшая что можно придумать, — запинаясь, ответила княжна, — сначала пряник, а потом…

— Кнут, — закончил он за нее. Девушка опустила голову.

— Не будет больше кнута. И не должно было быть, — он приподнял ее лицо и коснулся приоткрытых губ. Сначала нерешительный, поцелуй превратился в обжигающий танец языков и губ. Вот уже не он целует ее, а Лана терзает его губы, зарываясь пальчиками в непокорную гриву смоляных волос.

— Лана, — задыхаясь, бормотал он, — тебе поесть надо бы…

Та лишь несогласно махнула головой, осыпая лицо мужчины жадными поцелуями. Стоило Яру прикоснуться к ней — вспыхнула легче сухой трухи. Словно большая сильная ладонь толкнула ее в спину. Прямиком в объятья оборотня. И опять разбежались дурные мысли по закоулкам, оставляя только полыхающее страстью тело.

Яр сдался. Распутал одеяло, отшвырнул в сторону. Руки тут же скользнули по бедрам вниз, находя заветное местечко, влажное от его ласк. Собственная плоть уже давно была готова очутиться в желанной тесноте. Штаны жутко злили. И зачем одевался? Палец проник внутрь, и девушка со стоном выгнулась, позволяя ему делать то, что он желает.

— Тихо-тихо, не спеши — зашептал Яр, торопливо стягивая рубаху и штаны, — Хочу приласкать, как следует…

Он усадил княжну спиной к себе, так, что ее ноги были широко разведены, давая ему полную власть. Осторожно убрал светлые локоны, обнажая стройную спинку. Взгляд скользнул по нежной коже плеч и Яр болезненно вздрогнул. Воздух застрял в груди, а он все смотрел на тонкие, чуть заметные белые шрамы. Следы его плети.

— Звездочка моя, милая, — прошептал он, тихонько проводя по ним пальцами. Как он мог? И поднялась же рука на беззащитную… Яр бережно целовал каждый рубчик, осторожными касаниями стараясь попросить прощения за свою ошибку. А княжна сладко вздыхала, не ведая, что открылось его взору. Сейчас, как никогда, ему хотелось занежить, обласкать свою девочку от кончиков стройных ножек до макушки.