Следом за судьбой (СИ) - Мун Эми - Страница 40

Грай прикусил сплетённый ремешок. Увяз его друг по самый хвост. Все в кучу смешал. И виноватым перед ней себя чувствует, и бессильным, и ревнивым, как немощный муж при разгульной жене. Играет гордость в сердце — не должно быть у волка слабостей, только любовь никого не спрашивает, берет свое.

— Каждый день вдали от нее хуже самой последней пытки. И зачем я только согласился на охоту? Сейчас бы был с ней.

Яр замолчал, подцепил сухую веточку пальцами, и стал обдирать кору. Солнце почти скрылось за деревьями и вечерний туман слался над водой молочной дымкой.

— Послушай, — сказал, наконец, Грай, — ты уже раз поступил с ней опрометчиво. Не повтори своей ошибки. Позволь мне взглянуть на твою избранницу. Я ведь равнодушен к ней, поэтому и оценить смогу как есть. Любит она тебя или только вид делает.

Веточка раскрошилась в сильной руке на мелкие щепы. Желтые глаза полыхнули злым пламенем.

— Грай, ты друг мне, но если…

— Успокойся Яр. Мне хватит и нескольких минут. Отбивать твою пару я не собираюсь.

— Чувствам не прикажешь, — проворчал Яр. Грай с улыбкой глянул на хмурого оборотня.

— Вот и договорились. А пока давай выкини из головы лишнее. Мы только третий день охотимся, а волки от тебя уже шарахаются.

Шутливые речи Грая развеселили оборотня. После разговора на сердце малость полегчало, и тревога уже не давила на плечи неподъемной тяжестью.

— Им полезно. Совсем пуганые стали. Не волчата, а щенята. И куда Всемир смотрит?

— Так тренировать больше надо. Помнишь, как нас старый Клык гонял? Ты ж ему потом по доброте душевной полную избу клопов-вонючек напустил.

Дружный хохот вспугнул задремавшего на соседнем дереве тетерева. Сердито хлопая крыльями, тот взвился в темнеющее небо и полетел искать себе место поспокойнее. Два волка проводили его взглядами и скрылись в лесу.

Глава 7

Солнце уже клонилось к земле, а Лана все очищала ногти от присохшей крови. Потом еще с одеждой возись, да вышивка не менее пары часов требует. Опять лечь придется глубоко за полночь…

Всю седмицу она провела рядом с коптильнями. Как убежали волки на охоту, так поутру следующего дня и притащили оставшиеся в селении мужчины первую добычу. Смешка прилетела к ней около полудня, заколотила кулачками в дверь так, что Лана испугалась — случилось что? Но глаза ее новой подружки искрились предвкушением. Она то и рассказала, что созывают всех молодых девок на подготовку мяса. Сейчас часть женщин постарше, да крепче пошла разбирать туши, вместе с ними отправилось несколько оборотниц — еще раз проверить добычу на пригодность, вдруг мужчины пропустили больное животное? А ей вот нужно собрать девиц, к Лане первой она и забежала.

Вместе с десятком молодых девушек они отправились к длинной постройке, что была отделена от поселения узкой рощицей. Там уже было приготовлено все нужное. Острые ножи, разные приправы, дубовые бадьи для соления и прочее. Смешка шепотом поясняла, что на такую работу только молодки и годятся. Просто и тяжестей лишних поднимать не надо. Руководила их маленькой дружиной Купава.

Княжна быстро познакомилась с остальными девушками. Только две из них ясно показали свою неприязнь. Но Лана отнеслась к этому спокойно — не самородок ведь, чтобы всем нравиться. Позже Смешка нашептала ей в ухо, что Мира и Лесана сами метили в подруги к Яру, только он не обращал на них внимания. Мудрая Купава быстро распределила девушек на пары и устроила так, чтобы эти двое находились аж в другом конце длинного стола.

По неопытности ей досталась и вовсе пустяковая работа. Надо было аккуратно разделять большие куски мякоти, срезать с них все лишнее, чтобы получился красивый пласт толщиной чуть менее ее указательного пальца, а длинной в полторы ладони. После готовые отрезки передавались на засолку и складывались в бадьи, где мясо отстаивалось весь день и ночь.

За работой она узнала, что так много заготовок нужно для праздника. Чтобы оборотни могли вдоволь погулять и попировать. Всемир был щедрым правителем, ну и гости, само собой, с пустыми руками не пребывали. Смешка уверяла ее, что на гуляниях будет весело.

— Моя сестра всю зиму не замолкала! Уж обзавидовалась я ей до горьких слезок! Сама-то так не кстати слегла с жаром и ломотой по всему телу… А могла бы, наверное, замужней уже быть! — обиженно дула губы Смешка, зло натирая кусок оленины пряностями.

Воспоминания прервал тихий стук в калитку. Неужели Яр? Лана кинулась к двери со всех ног. Но нет, во двор осторожно заглянул средний сын Купавы — Дивлян. Девушка познакомилась с ним, когда забегала к соседке по хозяйственным делам. Юноша был легкого характера и они быстро разговорились, пока его мать хлопотала по просьбе княжны.

— Ты одна? — шепотом проговорил он.

Лана кивнула. Дарина должна была прейти позже. Парень же заметно нервничал. Топтался у ограды, не знал, куда деть руки.

— Лана, тут дело одно… Только поклянись, что молчать станешь!

— Клянусь, — без промедления ответила она. Было очень любопытно, что за дела у юноши к вечеру появились.

— Ты ведь с Любавушкой вместе работаешь? — спросил Дивлян.

— Да, мы с ней на пару мясо разделываем, — подтвердила княжна.

В огромных карих глазах юноши загорелись теплые огонечки.

— А можешь незаметно ей… Ну… Вот это отдать?

И Дивлян вытащил из-за пазухи небольшой сверток.

— Только не говори от кого! — поспешно добавил он. — Просто в сумку. Тихо так.

Лана прятала улыбку. Да Дивлян влюблен! Вон как краснеет, да с ноги на ногу мнется. Только робеет перед девушкой. Не знает, как ей расположение высказать. А сама Любавушка тоже скромная и тихая. Едва в невестину пору вошла, пугается любого пристального взгляда.

— Передам, — пообещала Лана, — Ты ей нравишься Дивлян, я знаю.

От радости юноша онемел.

— Она говорила?

— Не словами, но когда она на тебя смотрит, прямо цветет вся, и взгляд такой… ласковый!

— А я не видел, — рассеяно произнес парень.

Лана звонко рассмеялась.

— Так ты же нос свой курносый до неба подымаешь, когда мимо идешь. Хоть бы посмотрел на свою зазнобу синеглазую!

Дивлян смущенно улыбнулся. Сунул ей в руки сверток, крепко обнял от всей души и был таков.

Девушка понесла подарок в дом. Положила в углу горницы на сундук. Завтра будет последний день их работы. Нужно извернуться, чтобы исполнить просьбу юноши. Интересно, а что он такое ей положил. Лана осторожно ощупывала темную ткань. Что-то твердое, округлое. Перевязано вроде не туго…

Проклиная не к месту проснувшееся любопытство, она развязала тесемку. Чудесные костяные браслеты и буски вырвали из груди восхищенное аханье. До чего ладно сработано! Нити ожерелье, сделанные из круглых бусин разного размера, красиво перевивались между собой сложным узором. На некоторые бусинки, что ближе к центру и краям Дивлян нанес тонкий темный узор. Браслеты были под стать шейному украшению. Сколько она разглядывала дорогой подарок — Лана не знала, очнулась только, когда за спиной хлопнула дверь.

— Яр, — прошептала она севшим голосом. Не помня себя, бросилась в объятья оборотня. Вернулся! Наконец-то! А ведь ей говорили — не раньше завтрашнего дня.

Обнять себя он не дал. Крепко схватил за плечи. Метку резануло, будто острым лезвием. Растерянная, она подняла глаза, и тут же сердце ухнуло в пятки. Яр смотрел зло и с такой тоской… Но почему? Что она сделала? От боли занемело плечо.

Все вокруг тонуло в багровом тумане. Он видел перед собой только широко распахнутые глаза княжны. Девушка была бледна и точно напугана.

Какой же он дурак! Бежал сюда со всех ног без отдыха, желал свою голубушку поскорее приласкать. Как же! Размечтался! Только ступил на порог — чужой мужской запах перебил дыхание. И от нее пахло тоже! В груди все перевернулось с ног на голову. Не мог сделать и вдоха, до того мерзко было. И послушался ведь друга! Позволил себе голову задурить! Быстро же она… предательница… Из горла вырвался рык полный отчаянья и ярости: