Ветер из Междуморья. Астри Масэнэсс (СИ) - Виор Анна - Страница 66

— Я тоже никогда не любил убивать, но порой иначе нельзя. — Рамос смягчил тон. — Это не означает, что ты должна будешь собственной рукой нанести удар, но ты будешь рядом — я уверен… Если ты будешь рядом — все удастся!

— Рамос, — Риэна подошла ближе, взяла его за руку. …Всегда любила держать его руку в своей. В ней чувствовалась сила… рубиновая мощь, скрытая в его жилах… Эта рука способна убивать с легкостью, но она же и ласкает с нежностью… — Все не может быть так просто. Меня пугает твоя целеустремленность. Ты не думаешь больше ни о чем, не веришь больше ни во что, не видишь, что происходит вокруг…

Рамос нахмурился:

— И что же происходит вокруг, Риэна?

— Подумай, ведь этот портрет насовал собственной рукой Масэнэсс! Это так?

— Думаешь, ловушка?

— Не знаю. Может и не ловушка. Но если он — тот, кому доступен Дар Пророка — нарисовал, а другой Пророк смог прочесть… то, как ты считаешь, знает ли Верховный о том, что стало известно Ишу?

— Вот ты о чем… — протянул Рамос, высвобождая руку, чтобы налить себе вина. — Не считай меня дураком, я размышлял над этим.

— Я никогда не считала тебя дураком! Иначе меня бы здесь не было!

— Не сердись… Я люблю тебя, Риэна. Ты единственная, кому удалось разжечь в моей душе такую страсть.

— Порой мне кажется, что гораздо большая страсть в твоей душе пылает ради Масэнэсса — правда это не любовь, а ненависть!..

— Да. Я ненавижу его… Он зло, от которого следуют очистить Тарию! И то, чего боялся я все эти годы — что ты окажешься по какой-то нелепой иронии судьбы его… любовью… его подругой… Теперь ты понимаешь, с каким облегчением я вздохнул, как взволновался!

— Рамос, Верховный, узнав, что я представляю для него опасность, станет держаться подальше от меня или….

— Но ведь он не сделал этого? — перебил он.

— …ИЛИ у него есть способ, чтобы защитить себя. Он готов, а значит — не так просто его победить.

— Да. Но он не уверен!

— В чем?

— Иш открыл еще кое-что!

— Кое-что?

— Да… милая моя… — зашептал он, — Астри Масэнэссу не доступно знание о тебе! Это сокрыто от него! Все, что есть в его распоряжении, когда дело касается тебя — обычные догадки обычного человека! Это нам на руку! Ты понимаешь?

Риэна отстранилась.

— Нет, — что-то больно потянуло за душу. Она не только не понимает, но и предчувствует недоброе. Она видит, что Рамосу в голову пришла безумная идея… и эта идея овладела им, он не за что от нее не откажется. А Рамос всегда был очень настойчив и целеустремлен.

— Астри Масэнэсс сомневается! Мы должны подтолкнуть его!

— К чему? — Риэна встала и застыла столбом.

— Он должен думать, что ты — его любовь, а не его смерть!

— Рамос! Это безумство!

Он не слышал ее.

— Риэна… Мне так больно это говорить, даже думать об этом больно, но иного выхода нет. Ты должна пойти к нему…

— Нет!

— Сделать все, чтобы он поверил! Все!

— Нет!

— Если для этого потребуется… я смирился… Мне было очень тяжело, но я смирился! Я согласился на это!..

— Ты слышишь меня — нет?!

Он вскочил, зацепил кубок, разлил вино. Не обращая на это внимания, Рамос взял ее за плечи, привлек к себе, горячо зашептал:

— Я люблю тебя! Ты дорога мне, как никто!.. Но у нас не будет будущего, у Тарии не будет будущего, пока жив Масэнэсс!

«Неужели он использует меня для достижения собственных целей?» — думала Риэна. Она попыталась прочесть ответ в глазах Рамоса и увидела там слезы.

— Я очень тебя люблю! Для меня это нелегкое решение… Но оно принято… Это моя жертва… Очень болезненная… огромная жертва, но я верю, что приношу ее во благо Тарии, во имя Города Семи Огней, во имя веры в огонь жизни, которую когда-то пронесли сквозь мертвый холод и метели наши предки! Человек, отдавший себя Древнему, не должен жить! Он не должен владеть нами, править нами! Ему не место в этом мире! И я готов дать любую цену, чтобы разрушить его планы!

— Ты готов отдать меня? Я — эта жертва? — Риэна оцепенела.

— Только на одну ночь…

— Что?! Ты хочешь, чтобы я провела с ним ночь?! — она оттолкнула Рамоса.

— Риэна… чтобы он поверил…

— Я действительно слышу это от тебя? Ты желаешь, чтобы я соблазнила Астри Масэнэсса, а после убила его?! Так? Таков твой план?

Он опустил глаза.

— Ты обезумел от ненависти! Но что дает тебе право использовать меня?

— Я не использую. Нет… это не так…

Она впервые видела, как Рамос плачет. Этот мужчина, выдержкой и силой духа которого она всегда восхищалась, ее учитель, ее друг, ее наставник, ее любимый… сейчас совершенно не был похож на себя. Ненависть уничтожила его…

— Я не заставлю тебя убивать его…

— Но ты заставляешь меня быть с ним…

— Не заставляю — прошу!.. Прошу, хотя тем самым причиняю себе невероятную боль!

— А мне? Какую боль ты причиняешь мне?!

— Прости меня…

— Пока я росла, мне днем и ночью твердили, что я рождена убивать! И я верила, — теперь плакала и Риэна. — А потом, попав в Тарию, я поверила в свой шанс, в то, что это не так! Я могу жить, владея своим Даром, а не подчиняясь ему! Я поверила! Эта вера стала моим воздухом! Моей свободой! А ты разрушаешь всю мою жизнь! Это ваше проклятое пророчество уничтожает, как огонь пожирает мою веру и мою любовь, меня саму!.. Я не убийца! Я не хочу никого лишать жизни! Даже Масэнэсса, даже если он — то зло, о котором ты твердишь!..

— Даже если?.. Ты до сих пор не веришь? — он посмотрел на нее с ужасом.

— Я сомневаюсь…

— Риэна! — Рамос снова схватил ее за плечи, грубо затряс. — Как ты можешь?! Масэнэсс предал огонь жизни!!! Как ты можешь любить меня, и сомневаться?!

— Одно не связано с другим!

— Связано, Риэна! Если ты любишь меня, то веришь моим словам. А если подвергаешь сомнению то, ради чего я живу, то где твоя любовь?

— Рамос… Я не стану спать с Масэнэссом…

— Тогда убей меня, — он вытащил из ножен на ее поясе кинжал и протянул рукоятью вперед. — Возьми нож и убей!

— Безумство!

— Нет. Ты единственная опора в моей жизни. Мне осталось не так много. Я прожил уже двести сорок четыре года. Я жил ради чести, ради Тарии и Города Семи Огней. И теперь, когда моя страна и мой город, и весь мой народ оказались в ужасной опасности, в руках человека, за которым они идут, словно овцы на убой, я должен стоять в стороне? Скажи, Риэна, ты считаешь, что мне нужно отступить?

— Нет…

— Наш Верховный изменил порядок вещей. Он поставил себя над Советом Огненосцев, чего не было никогда. Он создает учреждения, где Одаренных будут воспитывать с юности, приучая их думать, как он! Всех инакомыслящих он уничтожит. Эта Академия ничего не напоминает тебя?

— Что она должна напоминать?

— Школу Алых! На Иане боевые Мастера — рабы, подчиненные законам острова, им не позволено думать иначе, им не дано выбора. То же самое вознамерился сделать Астри Масэнэсс со всей Тарией, со всеми Одаренными! Он хочет власти! Он берет эту власть вот уже пятнадцать лет, и никто до сих пор не заметил ничего подозрительного! Чего мне ждать? Пока он начнет убивать тысячами? Пока он примется бросать в тюрьмы несогласных с ним? Сколько лет, Риэна? Сколько смертей должны убедить тебя?! Если ты не веришь, если ты не станешь мне помогать, если ты отвернешься от меня, и оставишь одного… то лучше убей… Я жил ради чести. И умру ради нее. Ничто не может быть дороже… Даже моя любовь…

— Так ты готов пожертвовать и собой и мной, ради Тарии?

— Да.

Этого достаточно. Благородно. Правильно. Но почему… так гадко на душе?..

Последняя

1207 год со дня основания Города Семи Огней. Столица Тарии Город Семи Огней.

— А я до последнего не верил, что междуморцы отпетые лгуны, — звонкий веселый голос привлек внимание Джая, он поднял голову, увидел, что посреди его спальни стоит высокий человек. Голос и черты лица кого-то смутно ему напоминали, но в то же время, Джай был уверен, что ни у кого раньше он не видел такой длинной косы, кроме, разве что, самого себя. Черные волосы гостя охватили несколько раз его талию вместо пояса. Зеленые пронзительные глаза смотрели весело, по-дружески, но будто бы заглядывали в самую душу…