Зеленый жемчуг (СИ) - Токарева Оксана "Белый лев" - Страница 117

Комментарий к

XIX

Коллажи к главе https://vk.com/album-148568519_245950771?z=photo-148568519_456239325%2Falbum-148568519_245950771

https://vk.com/photo-148568519_456240564

====== XX ======

«Командор! Арсеньев! Саня, Саша, родной!»

От бережных, почти нереальных прикосновений его рук Туся ощущала покалывание во всем теле, словно отогревалась после сильного мороза или только что освободилась от пут. Обняв ее за плечи, Командор с недоумением рассматривал узоры, вновь проступившие на ее руках и лице, заглядывал в невидящие глаза, напоминающие окна покинутого дома.

— Вот ты где! Как ты меня напугала! Зашел в каюту посмотреть как ты, а там никого…

«Саша! Срочно войди в систему! Нас пытаются взломать!» Сколько Туся не силилась, она так и не сумела разомкнуть уста и произнести это предупреждение.

Впрочем, Командор и сам все увидел.

— Что за… — начал он, глянув на экран и спешно занимая место у приборной панели. — Пабло, у нас проблемы. Такое ощущение, что у Саава в команде появился еще один оператор сети.

— Где? Когда? — не сразу понял, что происходит Пабло. — ¡Mierdа! — выразить отношение к происходящему в менее крепких выражениях у него, видимо, не получилось. — Командор! Там не в операторе дело. Такое ощущение, что систему ломали прямо с борта корабля. Предположительно даже из рубки. — Бред какой-то! Этого быть не может! — потрясенно вымолвил Арсеньев, лихорадочно возвращая иконки и значки в исходное состояние, пока Пабло пытался отыскать повреждения в коде.

Туся понимала, что от быстроты и профессионализма Командора и его оператора зависели сейчас безопасность и жизнь полутора тысяч обитателей и гостей лагеря. И все же, когда любимый отвернулся, опять оставив ее одну посреди рубки, едва не заплакала: «Саша, зачем ты меня отпустил? Я же почти вернулась! Почти обрела себя, почти преодолела морок и мрак. Словно в доброй, старинной сказке, в которой поцелуй любви побеждает даже смерть».

Но слово «почти» способно обнулить любой блестящий результат. Как только Командор отвернулся, контакт с телесной оболочкой нарушился, а в голове (в голове ли) шелестом змеиной чешуи, тошнотворным крысиным писком и ревом голодных хищников зазвучали переговоры Саава и Наги. — А этот гусь железный откуда тут взялся? И оператора еще притащил! — возмущался Шварценберг. — Они же сейчас нам все испортят! — Не успеют. Я предусмотрела и этот вариант, — успокоила его Нага, бесцеремонно вытурив пирата из Тусиного тела. — Если все пойдет, как я задумала, — пояснила Нага, занимая место своего подельника, — я тебя чуть позже пущу. Хотя мне и самой интересно увидеть выражение его лица в тот момент, когда его «малышка» всадит ему в спину нож.

Откуда у этой безмозглой куклы в кружевной ночнушке оказался скальпель?! Впрочем, чему тут удивляться, походный набор медицинских инструментов Арсеньев всегда держал под рукой, а Нага, когда манипулировала ее безвольным телом, этим видимо воспользовалась.

«Саша, ну сделай же что-нибудь! Не стой столбом! Обернись! Ты же Командор! Ты же всегда предугадывал намерения врага и успевал среагировать даже вслепую».

Но Арсеньев ее не слышал. Усилиями Саава, который хоть и не обладал навыками оператора, но необходимые для управления кораблем знания все же получил, лагерь подвергся серьезной угрозе. К тому же Командор абсолютно доверял «своей малышке» и даже с расстояния в несколько десятков сантиметров не чуял исходившую сейчас от Туси опасность.

Лишь в тот момент, когда рука управляемого Нагой голема взметнулась вверх, целя в основание черепа, Арсеньев обернулся, и бесконечное удивление, нежность и полнейшая беззащитность в его глазах отрезвили сильнее любых психотропных средств. Изменив траекторию броска, Туся со всего маха вонзила скальпель в свою левую руку, которую за миг до этого взметнула вверх и вперед, пытаясь защитить любимого.

Боли она не почувствовала, зато услышала, как закричала Нага.

Командор выругался и, выбив нож, схватил Тусю за руки и сгреб в охапку, запоздало защищая их обоих от дальнейших посягательств.

— Рита! Что с тобой? Да ты, бедная, не в себе! То-то я смотрю, что ты не реагируешь. Точно сомнамбула какая. И эти узоры снова проступили!

Даже сейчас Арсеньев пытался ее оправдать, найти какое-то логическое объяснение ее поступкам.

— Потерпи! Сейчас! Где-то тут в рубке есть аптечка!

Он усадил ее в одно из кресел подальше от приборной панели и теперь останавливал кровь и обрабатывал рану.

— Саша! Запри меня в арестантский отсек вместе с пленными пиратами! — глотая слезы, всхлипывала Туся. — Я же преступница! Я чуть не убила тебя! Я чуть нас всех не убила! — Я знаю, ты не нарочно! — у Арсеньева еще хватало выдержки ее успокаивать. — Тебе просто надо научиться закрывать свое сознание. Если ты умеешь проникать в головы других, кто-то другой может проделать такой фокус с тобой. И я даже догадываюсь, кто это сделал сейчас, судя по узорам.

В это время на экранах появились озабоченные лица Савенкова и Минамото.

— Пираты подошли к периметру вплотную! — доложил Семен Савенков, не выразив ни малейшего удивления по поводу присутствия в рубке Туси и ее внешнего вида. «Солдат Джейн» давно стала частью команды.

— Думаю, действия Саава дают нам достаточно оснований для применения плазмы, — добавил Минамото.

— Более чем! — веско вымолвил Арсеньев, вкратце поведав про попытку взлома системы.

— Установки готовы! — по-прежнему спокойно вымолвил Минамото.

— Валяйте, — не по уставу отозвался Арсеньев. — Чем скорей мы уничтожим эту падаль, тем лучше!

 — Стойте! — вскричал на весь эфир Слава Капеэсэс. — Вы только посмотрите, что эти ублюдки творят!

Он увеличил на максимум изображении с камер периметра, и Туся, у которой после пережитого и так перед глазами все плыло, почувствовала, как потолок в рубке начинает валиться. Оказывается, помимо варраров пираты привели с собой несколько десятков пленных сольсуранцев, среди которых большую часть составляли женщины и дети. Каким образом Туся их не заметила, когда находилась в сознании Наги, трудно сказать. Видимо пленники находились где-то в центре, со всех сторон окруженные пиратами и дикарями, чтобы не пытались сбежать, а Великая жрица, поглощенная манипуляциями с Тусиным телом, не вспоминала о заложниках, на которых смотрела исключительно, как на расходный материал.

— Откуда они тут взялись? — недоуменно спросил Пабло, разглядывая растрепанных, избитых поселянок и испуганных ребятишек. — Это что же, получается Саав и его головорезы по пути разграбили какое-то поселение и захватили заложников, а мы ничего не заметили.

 — Похоже эти люди сами шли в наш лагерь, надеясь узнать о судьбе близких, раненных на болоте, или получить исцеление от своих недугов, — устало отозвался Арсеньев, приводя Тусю в чувство и еще раз проверяя, чтобы она не могла больше принести вред ни себе, ни ему.

 — Но ведь с момента взрыва прошли всего сутки? — потрясенно вымолвил Пабло.

 — Вот именно, что целые сутки, — фыркнул Семен Савенков. — Для людской молвы это достаточный срок.

 — Ксо! — выругался обычно сдержанный Минамото. — Я всегда говорил, что добро наказуемо.

 — Если я правильно понял, — еле сдерживаясь, пояснил Слава, — Шварценберг и его свора собирались раствориться среди сольсуранцев и проникнуть в наш лагерь. Но видимо жены наших союзников оказались не из сговорчивых.

 — Главное, что мы теперь не имеем возможности не только расстрелять диверсантов из плазменных установок, но даже просто атаковать, не причинив вреда пленникам, — еще раз смачно выругавшись на родном языке, добавил Минамото.

— Но что они собираются делать? — по-прежнему не понимал, что происходит, Пабло. — Обратятся к нам с требованием самим отключить установки и пустить их внутрь? Станут шантажировать, убивая заложников?

Туся, которая до конца так и не сумела разомкнуть связь с Нагой и ее партнером и где-то на периферии сознания слышала их переговоры, сумела бы ответить на этот вопрос. Другое дело, что дать логическое объяснение новым замыслам и ритуалам она бы все равно не смогла, даже очень постаравшись.