Мастера беззакония (СИ) - "Aisha de Avonapso" - Страница 85

— К черту эти любезности, переходи к делу, — выплюнул Драко.

— Ну ладно... — сдался Гарри. Лишь потому, что на споры с Малфоем у него совсем не было времени. — Гермиона просила передать, чтобы вы не переживали, и чтобы Малфой не вздумал приближаться к Министерству. Французы уже и так купились на то, что она жертва Империуса, так что осталось дело за малым: убедить Визенгамот...

— И как ты это себе представляешь, Поттер? — перебил Драко, мысленно переваривая: Гермиона просила передать. — Насколько я помню, практически весь Визенгамот завербован.

— Мы с Гермионой не думаем, что их целью является ее заключение в Азкабан. Вся эта ситуация очень странная. Кто бы не был их предводителем, он не пытается творить какую-то разруху. Принятые законопроекты хоть и радикальные, но не ущемляющие. И маглорожденных никто не трогает. Если же бы их главным был кто-то из бывших Пожирателей смерти, то они бы действовали как раз наоборот, — размышлял Гарри. — Хотя они несомненно в этом замешаны. Видимо, их новый предводитель направил их на выполнение иных целей, или же попросту так же подчинил с помощью магии Королевы русалок. И я думаю, чтобы действовать более раскованно, им мешает отсутствие половины подчинённых рас магических существ. Так что первично для нас не дать им завладеть медальонами... Гермиона сказала, что они у тебя, и я хочу, чтобы ты глаз с них не спускал, понял меня, Малфой?

— Будь уверен, я это и без тебя знаю, — скрестив руки на груди и возведя глаза в потолок, уверил Драко. — Лучше скажи мне, что заставило тебя думать, что они не попытаются посадить ее за решетку, чтобы потом ее оттуда похитить и так же завербовать?

— Подумай, зачем она нужна им сейчас? Медальоны не при ней. Именно поэтому они и не пытались похитить меня. Я им попросту не нужен.

Драко нахмурил лоб, обдумывая его слова. Дафна сидела в кресле у камина, следя за ходом разговора Малфоя и Поттера. Гермионе с такими защитниками точно не стоит ничего бояться.

— Тогда я в любом случае хочу присутствовать на суде. Я не могу доверить ее безопасность и свободу твоим абстрактным суждениям, Поттер.

Лицо Гарри удивлённо вытянулось, и из камина на пол упала пара искр. Поттер всматривался в Малфоя, словно пытался что-то в нем разглядеть. И совершенно изумлённый только что осенившим его фактом, выдал:

— Ты любишь ее... Не так ведь, Малфой?

Не ожидая от бывшего врага подобного вопроса, Драко на секунду замирает. Пару мгновений обдумывая свой ответ, он решает, что нет никакого смысла скрывать от Поттера правду, поэтому с вызовом признает:

— Да, люблю, Поттер.

Подперев подбородок рукой, Дафна улыбается его признанию. Гарри пару мгновений молчит, переваривая эту информацию, и вскоре парирует:

— Что ж, я тоже ее люблю, — получая в ответ от Малфоя бесноватый взгляд, Гарри усмехается и спешит добавить: — Как сестру, Малфой. Как сестру. Я обязан ей жизнью. Если бы не она, война была бы проиграна, а меня бы здесь и в помине не было, так что я никогда не позволю, чтобы с ней случилось что-то плохое... — обещает он, находя откровения с Малфоем весьма странными. — К тому же Гермиона наказала, чтобы ты держался от Министерства подальше, дабы не натворил глупостей, и тебя не взяли под стражу... — Поттер весело хмыкает: — Уж тебя-то от срока в Азкабане уже ничто не спасет.

Их разговор заканчивается обычной перебранкой. В конце которой Гарри с Дафной все же убеждают Драко не соваться в Министерство, ведь им не нужны двойные проблемы. У Грейнджер как всегда все схвачено. И спасать ее не нужно. Но никто ведь не сказал, что он не может хотя бы встретить ее после освобождения?

Саундтрек: Sir Sly – Gold

Министерство магии стояло на ушах. В каждом отделе говорили только об одном. Вот-вот состоится суд над самой знаменитой ведьмой из ныне живущих. Она выиграла войну. Она попыталась возродить магический мир из пепла. И когда для этого пришлось пойти в обход закону, она осмелилась на эти жертвы.

Зал суда номер десять кишел бордовыми мантиями представителей Визенгамота, восседающих на трёхстороннем амфитеатре, что возвышался над всей площадкой. Тут же была и полная энтузиазма Рита Скитер со своим прытко-пишущим пером, и секретарь, готовый во всеоружии вести запись происходящего, и выступающие на скамьях зрителями самые уважаемые волшебники Соединенного Королевства, которые сейчас бурно обсуждали предстоящее громкое судебное разбирательство. Все они жаждали услышать объяснения столь неординарного вопиющего поведения Героини войны из первоисточника.

Гарри Поттер, выступающий со стороны защиты, провел в зал Дафну. Оглядывая зал суда в поисках Гермионы, она наткнулась лишь на пустующий стул с цепями на подлокотниках. Виновницы собрания всей магической элиты Великобритании на месте пока не было.

— Смотри, Поттер, если что-то пойдет не так, как ты предсказал... То тебе придется иметь дело с Драко. А как ты, наверное, уже знаешь, в гневе он страшен, — предупредила Дафна.

Гарри фыркнул, оглядываясь по сторонам.

— Проблем не возникнет, — уверил он и, сбавляя тон, добавил: — Гермионе удалось обвести вокруг пальца всю французскую знать. У них нет оснований ей не верить... Ах да, и еще: Малфоя я не боюсь, Гринграсс.

— Тогда тебе стоит бояться меня, Поттер, — на полном серьезе заявила Дафна. — Потому что я не меньше Драко буду рассержена, если это заседание не закончится ее немедленным освобождением.

— Послушай, — устало вздохнул Гарри. За кого эти слизеринцы его принимают? Он не допустит, чтобы Гермиону упекли в Азкабан, чего бы то ему не стоило. — Если вдруг что-то пойдет не так, я готов лично нарушить закон, чтобы ее вытащить, надеюсь, это понятно?

На его последних словах взгляд Дафны обратился куда-то за его плечо. И Гарри повернулся в его направлении. Всем вниманием присутствующих в мгновение завладела Гермиона, которую, как опаснейшую преступницу, вели в зал суда под конвоем четверо авроров. Тем не менее никто из них не осмелился связать ей руки. По всей видимости, Гарри запретил им это делать. На удивление, она вовсе не была облачена в тюремную робу, а была одета в повседневную одежду, состоящую из бледно-розовой шифоновой блузки с воротником и декольте и тёмно-серых узких брюк. Видимо, тоже Гарри постарался. У него на площади Гриммо наверняка ещё оставалась ее одежда.

В воцарившейся тишине под, по меньшей мере, сотней пристальных любопытных взглядов и шепотков: «она здесь, она здесь!» и «это в самом деле она!», Гермиона прошла к стулу подсудимого. По пути ее взор пал на Дафну, стоящую рядом с Гарри. При виде подруги Гермиона удивлённо вскинула брови и обеспокоенно забегала глазами по залу, словно боясь отыскать в числе зрителей Драко. Когда же Грейнджер опустилась на тот самый стул, Гарри прошел к ней на нижнюю площадку и встал по правую сторону, что-то шепнув ей на ухо и ободряюще похлопав по плечу.

Дафна присела на скамью, закидывая ногу на ногу. Не минутой позже в зал вошла высокая и статная Джозиан Робер, облаченная в ту же самую бордовую мантию с искусно вышитой золотой буквой «В» на левой стороне груди. Как Верховная чародейка магического суда, мадам Робер устроилась во главе судейской ложи за отдельной стойкой, к которой прилагался судейский молоток.

— Судебное заседание от третьего июня объявляется открытым! — лаконичным голосом объявила Джозиан, стукнув своим молотком по подставке. Секретарь тут же начал вести протокол. И в оглушающей тишине, сменяемой едва уловимым шорохом мантий и скрипом скамей, Верховная чародейка зачитала обвинения: — Разбирается дело касательно серии ограблений международного масштаба. В их число входит: провернутая махинация в Милане, вследствие которой было ограблено одно из хранилищ итальянского магического банка; вооруженное ограбление в Монако, вследствие которого было испорчено имущество монакского магического банка и совершено хищение содержимого одного из хранилищ; а также вооруженное ограбление в Париже с использованием темномагического вредоносного артефакта, которое привело к полному уничтожению здания французского магического банка, что повлекло собой тотальный финансовый кризис магической Франции. Непосредственной участницей сих преступлений является подсудимая Гермиона Джин Грейнджер и Драко Люциус Малфой, находящийся на данный момент в международном розыске. Помимо всего прочего, в число обвинений входят: вооруженное сопротивление задержанию охранных и аврорских сил Милана, Монако и Парижа... Также известно, что совершенные ограбления были нацелены конкретно на состояние одного и того же человека: Тиберия Вильгельма МакЛаггена.