АН -7 (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 17

Годные гильзы делим на три примерно равные кучки — Серёга их тоже на свою долю попросил, и мне не нужно объяснять, зачем они ему понадобились. За тем же, зачем и нам со спецназером. Хоть и мелкий ещё у него пацан, но тоже стрелял вместе со всеми, и показать ему переснаряжение стреляных гильз — тоже дело нужное и полезное.

За ужином дети впечатлениями обмениваются — и от верховой езды, и от озера, и от пикника, и от стрельб, конечно же, но что самое интересное — и от производства тоже. Ганнибалёныш, который с мелюзгой только самые азы изучал и до новейших станков не дошёл, у моих допытывается, чего они там такое делали, они ему объясняют специфику токарных, а теперь и фрезерных работ, как сами в неё въехали, да так увлечённо, особенно Миликон-мелкий, который только на зимних каникулах и бывает в Лакобриге вместе с моими оболтусами, так что для него и впечатления все — свежее и ярче, больше эффекта новизны. А он же вдобавок ещё и хоть и младший, но всё-таки царёныш, и раз уж ему это уместно и интересно, то и мелкому Баркиду интереснее вдвойне. Спрашивает, для чего всё это нужно, я киваю Волнию, тот снимает с ковра на стене висящий на нём винтарь Холла — Фалиса, приносит мне, я его разбираю — ну, не полностью, конечно, а извлекаю из ствольной коробки затвор-казённик с ударно-кремнёвым замком, показываю пацанве всё это хозяйство, объясняю, почему и для чего оно должно быть именно таким, а не проще, а уж затем — какие трудности приходится преодолеть, чтобы всё это именно так и сделать. Причём, мои тут же вспоминают обрабатывавшиеся на станках заготовки, с уверенностью тыча пальцами в ствол и в ствольную коробку винтаря. Объясняют ганнибалёнышу, как сами поняли, я только местами поправляю и дополняю их.

Так ладно бы только сын Циклопа, пацан всё-таки! Тут ещё и две "гречанки", которые у нас размещены, тоже глазами хлопают — уж что они там поняли, хрен их знает, но их интерес заметен, как говорится, невооружённым глазом. Одна, решившись наконец, спрашивает, как из этой штуки стреляют. Собираю агрегат, показываю — без заряжания и выстрела, конечно, но руками все движения имитирую и на словах поясняю. "Гречанка" скисла, уяснив, что эта штука — однозарядная, и с ней так, как с винчестером, полихачить не выйдет. Мелкий Баркид тоже не в восторге, но глядит на калибр ствола, на форму и глубину нарезов, на следы обработки снаружи, призадумывается, и тут его осеняет:

— Такой же, как там! — и показывает руками передёргивание скобы винчестера, — Этот — раньше, тот — позже. Этот нет — тот нет, — неплохо для античного пацана, верно?

"Гречанки" переглядываются — и кажется, во что-то въезжают. Одна другой на рычаг затвора-казённика кремнёвого винтаря показывает пальчиком и тоже имитирует руками его открытие — не скоба Генри, конечно, но уж всяко её прототип. Млять, и откуда только Аглея таких сообразительных шмакодявок набирает?

— Жаль, Турии нет, — шепчет мне супружница, весело подмигивая.

Траевскую девчонку, конечно, к ейным родокам в Кордубу на зимние каникулы отправили, так что нет её сейчас с нами, но на осенних была и на весенних — тоже будет. Тоже такими вещами увлекается, но учится по нашей школьной программе, и любопытно будет тогда по весне с этими её сравнить…

После ужина и уборки со стола занимаемся наконец и переснаряжением гильз. Первым делом аккуратно выбиваем из них капсюли, но не выкидываем, а собираем пока в кучку. Новые-то у меня есть, но пригодятся ещё и эти. Достав новые, выкладываю в ряд — и шутливо грожу пальцем Волнию, кивая в сторону "гречанок", которые, естественно, не в курсах, отчего тот весело хохочет. Я ведь рассказывал уже, как этот диверсант — ещё в Карфагене, будучи совсем мелким — пирокинезом мне почти весь мой тогдашний запас капсюлей разом шарахнул? Мне, собственно, и теперь их ни разу не жалко, как не было жалко и тогда, особенно ради такого дела, но ведь девки же точно обосрутся с перепугу, и убирай за ними тогда, гы-гы! Мато с Кайсаром тех событий, конечно, не застали, но он им уже и рассказывал, и показывал, так что и они тоже прыснули в кулаки, а вслед за ними и Миликон-мелкий, который тоже в курсе. Ганнибалёнышу шепчут на ухо, он ещё не видел, но уже наслышан, так что хоть и хлопает глазами, но тоже посмеивается.

Показываю им гильзу с уже выбитым капсюлем, даю всем повертеть её в руках и разглядеть получше, объясняю в общих чертах главные технологические сложности её производства и причины нашей унификации револьверной и винтовочной гильз. Что они — одни и те же, детвора успела уже заметить и сама. Беру капсюль, показываю им красный пистонный состав, объясняю, для чего он нужен. Тонкостей его производства я им пока не открываю, потому как рано им это знать — уж больно ядовит белый фосфор, служащий промежуточным продуктом для получения нужного нам красного. Аккуратно вставляю гильзу в гнездо ручного винтового пресса, накладываю капсюль, поджимаю его прессом предварительно, смотрю, ровно ли стоит, и тогда только запрессовываю до упора. Каждый чих, естественно, поясняю молодняку. Отставляю отдельно гильзу с новым капсюлем и беру в руки пробитый, извлекаю из него наковаленку…

— Папа, а почему именно такой? — спросил вдруг Волний, держа в руке такую же, вывалившуюся из другого пробитого капсюля, — Ты же говорил как-то, что его можно и проще сделать, без этой штуки.

— Можно, но в нашем случае — не нужно, — отвечаю ему и всем остальным.

Беру листок бумаги и рисую им на ней свинцовым карандашом рядышком две схемы капсюлей — бердановского и боксеровского, в котором они сразу же и распознают наш случай. И объясняю, что бердановский — да, сам капсюль проще, но вот гильза к нему — немного сложнее, а боксеровский — наоборот. Да, добавляется в нём дополнительная деталюшка, которая штампуется почти так же просто, как и его колпачок, с гильзой даже сравнивать смешно, зато гнёздышко под него у гильзы проще, отверстие в нём одно и по центру, а главное — оно и диаметром побольше. И просверлить его гораздо проще, потому как проще сделать само сверло, и инструмент для выбивания капсюля проще, а работать им — легче и удобнее. То бишь, для многоразовой гильзы, к чему мы стремимся, учитывая трудности её производства, боксеровский тип капсюля предпочтительнее.

И показываю им сразу же и правку промятого бойком колпачка, и пригодность наковаленки к повторному использованию безо всякой правки. Но пока её, конечно, не вставляю — там нет ещё новой порции пистонного состава. После этого мы точно так же перекапсюливаем и все остальные гильзы — я дал детворе ещё один пресс, на котором пацанва по очереди повторяла все мои действия, а по одной гильзе дали перекапсюлить и "гречанкам". Порох я тщательно отмерил меркой и засыпал в гильзы сам, затем сменил вставки в прессе и аккуратно запрессовал пулю в одну из гильз с зарядами — пока ещё на винтовочную глубину. Сменил так же вставки и на втором прессе, и мы общими усилиями запрессовали новые пули во все гильзы. Потом я разделил все патроны на две примерно равных кучки, снова сменил вставки в обоих прессах, и в половине патронов мы с ними допрессовали пули целиком, до полного утапливания в гильзу, сделав эти патроны таким манером револьверными. Наконец, ещё дважды сменив вставки, мы слегка обжали дульца гильз сперва на револьверных патронах, а затем и на винтовочных, на чём и закончилось их переснаряжение. Достаю револьвер, заряжаю в барабан один из переснаряжённых нами патронов, выходим во двор виллы. Со стороны мануфактуры доносится буханье молотов второй смены. Я взвожу курок, прицеливаюсь в каменную стену, дожидаюсь очередного гулкого удара большого молота и стреляю, демонстрируя нормальную работоспособность переснаряжённого патрона…

4. Мирные годы

— Как мы и договорились с Ликутом, его лузитаны сперва изобразили попытку прощупать наш лимес с севера, а затем — с востока, со стороны присоединившихся к ним веттонов, — Фабриций показал места лузитанских демонстраций на карте, — Затем его люди вернулись к нему, а те вожди, что твёрдо решили устроить набег, из-за нехватки людей для него, начали дополнительную вербовку добровольцев среди веттонов. Наша конница изобразила несколько рейдов за пределы лимеса, и разбойники отошли вглубь веттонских земель. О том, что ополчение приграничных общин усилило охрану лимеса, их лазутчики уже знают, и в их планы не входит терять людей при штурме и прорыве. Бетика богаче, и она не защищена укреплениями, так что их выбор очевиден.