В твоем плену (СИ) - Сотникова Елена - Страница 23

Еще и успокоить пыталась, что это временные трудности, через пару-тройку дней я получу готовый гардероб с новыми вещами. Только от этой новости меня потом прошибло холодным, лишь подтверждая самые кошмарные предположения. Тамин не думал отступать.

Атласная ткань приятно холодила кожу, струясь по коже при каждом шаге и откровенно обнажала в длинном разрезе ногу почти до самого бедра, а ажурная ткань трусиков непривычно натирала.

Нора тихо постучала в дверь, но, не получив ответа, решила открыть сама, пропуская меня вперед.

Миаро стоял в кабинете у окна, рядом с рабочим столом, держа в руках бокал с темным напитком.

Плечи напряжены, черная грива волос взъерошена и, вообще, рядом с ним чувствуется напряженная атмосфера. Разве что искры не летят в стороны.

Я не помню что сказала ему, не помню что он ответил, потому как стоило Тамину развернуться ко мне лицом и я потерялась в его взгляде.

Терпком, густом, как выдержаное вино, он тянул меня к себе, обволакивал, лишал способности думать.

Красивый. Безумно красивый мужчина, от которого толпа бабочек бьется в экстазе крылышками в животе.

Интересно, сколько женщин теряло от него голову?

Миаро шагнул в мою сторону.

Не было страха, паники и других негативных реакций на его приближение. Я не дрожала как осиновый лист как в случае с его братом, когда тот нахрапом попер на меня, не скрывая своих намерений.

Я оказалась в сладком плену его глаз, в паутине его эмоций, что через край били фонтаном.

Я их ощущала!

И они дурманили меня похлеще, чем мои собственные.

— Милааа… Такая красивая и такая лживая, — прохрипел он, останавливаясь в шаге от меня, словно налетев на невидимую преграду.

Я хлопала глазами, витая где-то в облаках и с трудом понимала что именно он имеет в виду.

Его голос…

Он проникал под кожу, лаская каждый оголенный нерв, возбуждая так, что кровь в венах превращалась в кипяток.

— Чего ты хотела добиться соблазнив Леона?

Тамин сделал шаг вперед, оттолкнув меня к открытому шкафу с книгами, отчего я оказалась прижатой спиной к полкам. Рукой коснулся лица, погладив большим пальцем скулу, очерчивая линию до подбородка.

— Я не… Нет! Он сам, — задыхаясь от нехватки воздуха, от переполнявших меня незнакомых эмоций, прошептала, невольно прикрыв глаза от удовольствия, наслаждаясь такой незатейливой лаской.

Тело отзывалось на его прикосновения песней, подобно хорошо настроенному инструменту. Я сама не понимала, что со мной происходит, откуда эта жгучая волна удовольствия, что бежала по капиллярам обжигающей лавой сверху вниз, опутывая сетью и сворачиваясь в тугой болезненный ком внизу живота.

— Ты не хотела? Или не успела? — миаро прижал меня своим телом и теперь я ощущала жар его дыхания над своим ухом, слышала, как часто и громко бьется его сердце под моими ладонями, что мне пришлось выставить вперед в защитном жесте, но теперь получалось, что я просто держала их у него на груди, не замечая как начинаю комкать в руках рубашку.

— Вы же почувствовали мой страх…

— Нееет, я соврал ради тебя, — его губы коснулись кончика моего уха и я вздрогнула от легкого и такого безумно сладкого прикосновения его языка, от которого по всему телу побежали одуревшие мурашки.

Я даже представить себе не могла что со мной будет дальше, если я от такого простого касания уже схожу с ума и теряюсь в ощущениях.

— Ты толкаешь меня на преступления, моя маленькая разбойница. И рядом с тобой я теряю голову!

— Я тоже, — прошептала прежде, чем поняла Что я сказала.

— Ты со всеми такая… согласная? — вклинился коленом мне между ног, отчего разрез платья оголил кожу до середины бедра. — Чееерт!

До меня вдруг резко дошло что происходит, словно показали со стороны. И его слова… "Согласная!"

Он реально посчитал меня дешевой доступной шлюхой, готовой клюнуть на богатого самца? Отсюда и обвинения по поводу брата.

Я задышала часто, пытаясь прийти в себя и скинуть наваждение, глядя расширившимися глазами на миаро. Он же собирается поиметь меня! Прямо здесь и сейчас.

Этот жадный голодный блеск в глазах, неприкрытая похоть и бешеная сексуальная энергия, что сражает наповал без шанса на победу.

— Я вам не… — я не успела договорить, как Тамин накинулся на меня с поцелуем, вынуждая заткнуться и забыть что хотела сказать, завладев моим ртом, ворвавшись и языком творя такое, от чего голова пошла кругом и ноги подогнулись.

Давая редкие секунды на глоток воздуха, заставляя делить одно дыхание на двоих и тонуть, тонуть в своих ощущениях, цепляясь за его плечи, вжиматься в его грудь, зарываться пальцами в его волосах и молить о чем-то большем. О том, чего никогда не испытывала, но так требовало тело.

Я просто сошла с ума от пьянящей близости Тамина, от его алчных ласк и требовательных рук, от грубых поцелуев, после которых саднили и опухали губы и от того тайфуна эмоций, что он обрушил на нас, забывая на время обо всем.

23. Тамин

Я хотел эту маленькую светловолосую ведьму, лишившую меня покоя в последние годы.

Хотел остро, жадно, безумно, сгорая внутри и оседая пеплом к ее ногам. Попроси она сейчас звезду с неба и я бы пообещал, достал и принес ей на блюдечке. Прикажи склонить голову и стать ее рабом — и я с готовностью стал бы на колени ради только одного: обладать ею.

Сейчас.

Прямо здесь.

Безраздельно и полностью.

И плевать на то, что она беременна от другого, плевать, что застал их с братом, плевать, что виновна перед законом. На все плевать!

Я вытащу ее и найду оправдания даже если она будет обвиняться в самом тяжком преступлении.

Неважно! Лишь бы моя! Со мной! Навечно!

Меня дико трясло, когда не выдержал и набросился на ее манящие губы, припадая к ним, как к живительному источнику.

Не помню, чтобы когда-нибудь сносило крышу от поцелуев. Вообще не понимал этого кайфа, предпочитая основной процесс, а сейчас с ума сходил от возможности облизывать, посасывать ее губы, ловить стоны и выдыхать в ее рот свои, сплетаясь языками.

Прижимал к себе как ненормальный, бормоча в редкие перерывы признания, какие не сказал бы ни одной девушке и чувствовал как срываюсь в пропасть от одного лишь понимания, что Армила отвечает мне взаимностью, что ее как и меня, выворачивает наизнанку от потребности почувствовать друг друга.

Платье легко поддалось, почти сразу треснув по швам, а следом слетел и бюстгальтер, обнажая небольшую упругую грудь с розовыми сосками, что так и манили попробовать их на вкус.

Подхватил Милу под попу, развернулся и в два шага преодолел расстояние до стола, усаживая на него.

Ее руки хаотично обшаривали рубашку, пытаясь дрожащими непослушными пальцами справиться с пуговицами.

Нетерпеливая.

Не удержался, обхватил губами горошину соска, втянул в рот, лаская его языком и ощутил как по ее телу побежали сладкие судороги, как она подалась навстречу, забывшись и сильнее притянув меня за ворот одежды.

Мила застонала, пытаясь свести вместе ноги.

О, нет! Не так, девочка!

Вклинился, заставляя обхватить меня за бедра, одновременно одной рукой избавляясь от ставших в мгновение тесных брюк и ругаясь сквозь зубы на заевшую молнию.

Дернул со всей силы, понимая, что сорвал собачку и одним движением спустил их вместе с трусами до щиколоток.

Возбуждение достигло такого предела, что еще чуть-чуть и я взорвусь, так и не дойдя до самого главного.

Продолжая ласкать ее грудь, я перекатывал между пальцев затвердевший камушек соска, облизывая поочередно то один, то второй, упиваясь ее стонами и дурея от вкуса ее кожи.

Опустил руку вниз, к ажурным трусикам. Провел по заветному местечку, что скрывала проклятая ткань и понял, что моя девочка уже готова.

Мокрая!

Сдвинул мешающую полоску, погрузив палец внутрь и не сдержал громкого вздоха от того, насколько внутри нее было горячо, тесно и влажно.