Честь и предательство - Маккуин Дональд - Страница 3

Лэннет попытался успокоить его.

— То, что происходит между тобой и Матилисой, не может не тревожить меня, — сказал он. — Люмин и император не задумываясь сделают вас пешками в своей игре. И ты знаешь, что это истинная правда.

Гнев Кейси сразу улегся.

— Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, — отозвался он. — Матилиса честный человек и хорошая наставница. Она не сделала ничего, чтобы повлиять на меня. — Принц широко развел руками, пытаясь обратить спор в шутку. — Я говорил о плащах и кинжалах, о таинственных заговорщиках и романтических победах. А вы, капитан, свели беседу к скучной реальности.

Лэннет швырнул в него снежком, и Кейси, громко смеясь, легко уклонился. Как это бывало не раз, возникшее между ними напряжение сошло на нет. Обменявшись дружескими подначками, мужчины прибавили шаг, гадая про себя, что вынудило их к этому — спуск с холма или надвигающаяся темнота.

Снегопад усилился, теперь с неба валили крупные хлопья. Однако все три луны Атика были отчетливо видны. Две Девицы постепенно нагоняли Леди, и вдруг их накрыла плотная пелена туч. Лес помрачнел; ветви стонали и скрипели под напором ветра. Внезапно Лэннет замер на месте и, вытянув руку назад, остановил Кейси, шагавшего следом:

— Слушай!

Опавшие листья с шорохом неслись по твердой корке снега, цепляясь за нее, словно крохотные коготки. В наступившей темноте очертания окружающих предметов казались неясными, расплывчатыми.

— Что? — спросил Кейси. — Что ты услышал?

— Мне показалось… голос… зовущий меня по имени. — Он разжал пальцы, стискивавшие руку принца.

— Здесь, в Заказнике?

— Впервые после Дельфи… — Лэннет умолк и вновь двинулся вперед.

Кейси догнал его.

— В чем дело? Ты уже упоминал Дельфи, и каждый раз говорил о ней этим загадочным тоном. Я знаю, ты угодил там в настоящую мясорубку, но было и кое-что еще. Уж коли тебе пришла охота запугать меня до полусмерти, расскажи все от начала до конца.

Лэннет ступал размашистым шагом, поворачивая лицо то влево, то вправо и положив ладонь на рукоять меча.

— Это длинная история, — отозвался он. — Дельфи населяют фанатики культа Взыскующего, легендарного жреца, о котором ничего толком не известно. Дельфийцы подняли мятеж, обвиняя власти в религиозных гонениях.

Кейси понял, что сейчас от Лэннета ничего не добьешься, и решил отложить расспросы.

Чуть позже Лэннет ткнул пальцем вперед и торжествующе объявил:

— Свет. Постоялый двор.

Кейси внимательно вгляделся в темноту.

— Где?

— Там, за деревьями. Видишь?

Кейси недоверчиво хмыкнул, но тут же вспомнил о поразительной остроте зрения своего наставника. Сделав несколько шагов, он убедился в правоте Лэннета. Ночной мрак и белую снежную мглу прорезали желтые огоньки одинокого окошка и фонаря, который раскачивался под навесом крыльца гостиницы на крепчающем ветру.

Вновь завопил дарккил. Даже буря на мгновение утихла. Послышался пронзительный вскрик и тут же испуганно умолк. В темноте опять засвистел ветер. Кейси сжал рукоять меча. Внезапно Лэннет опять остановился, будто натолкнувшись на невидимую преграду. Он с металлическим звоном выхватил клинок из ножен и чуть присел, занимая оборонительную позицию и вытянув в сторону левую руку, чтобы сохранить равновесие. Кейси машинально прикрыл его со спины и обнажил свой меч.

— Опять голос? — негромко спросил он.

Лэннет молча двинулся к гостинице, очертания которой неясно проступали во тьме.

— Послушай, ты, — произнес он напряженным, словно согнутая сталь, голосом, обращаясь к кому-то, скрывавшемуся в ночи. — Оставь меня в покое. — Он водил мечом из стороны в сторону. Острое лезвие блеснуло в тусклом свете, струившемся из окна. — Ты один из них? Хочешь заставить меня служить тебе? Иди ко мне. Живой или мертвый, я навсегда избавлюсь от тебя. Иди же!

Кейси вздрогнул от озноба, не имевшего никакого отношения к морозу и ветру. Этот ледяной холод шел изнутри, заставляя его мышцы судорожно сжиматься.

Еще ни разу Лэннет не говорил таким отчаянным, тоскующим голосом. Кейси приблизился к нему, чувствуя, как его охватывают страх и нерешительность. Внезапно он понял, что в словах Лэннета нет вызова или жалобы. Они шли от самого сердца капитана.

Лэннет молился.

Глава 2

▼▼▼

Торопливо, почти бегом, друзья прошли по темной улице деревни. Ставни и двери были закрыты. Шаги Лэннета и Кейси прогрохотали по крыльцу гостиницы.

Они вошли внутрь. В камине у левой стены уютно потрескивал огонь. В тусклом свете масляной лампы виднелась поленница и три пустых стола. Еще здесь имелся бар с короткой стойкой, на которой помещалась вторая лампа. В ее резервуаре почти не оставалось топлива, и фитиль едва горел, испуская струйку едкого дыма.

Едва Кейси и Лэннет вложили мечи в ножны, в дверях за стойкой показался хозяин. Поприветствовав гостей, он подлил масла в светильник.

— Егерь сообщил мне о вас еще несколько часов назад, джентльмены. Я уже начинал беспокоиться. Буря вот-вот разойдется не на шутку. Желаете что-нибудь выпить перед ужином? — Круглощекое улыбающееся лицо лоснилось от пота. Необъятный живот был перетянут застиранным фартуком.

— А что у вас есть? — спросил Лэннет.

Кейси поразила мгновенная перемена в поведении друга. Казалось, Лэннет забыл о том, что случилось несколько секунд назад. Однако, присмотревшись к нему, принц заметил, что капитан сузил глаза, внимательно разглядывая помещение, не упуская ни одной мелочи.

Разгоревшаяся лампа в руке хозяина осветила полки бара. Язычок пламени отразился от дюжины бутылок всевозможных форм и размеров.

— Шерри и яблочный бренди от лучших поставщиков… сидр… местные сорта бренди из сока красной ягоды и пинфрута. Разумеется, виски… гордость Нового Бурбона.

— Жженый сидр, пожалуйста, — попросил Лэннет, усаживаясь за стол у камина.

Кейси сел напротив. Оба сняли мечи и накидки. Под накидками они носили тяжелые боевые кинжалы.

— Пинфрутовый бренди, — распорядился Кейси. — Неразбавленный.

Хозяин поставил на стол поднос с тремя бутылками, высокой кружкой и бокалом в форме шара. Первым делом он налил бренди для Кейси. Из бокала повеяло острым ароматом ягод. Глаза принца возбужденно блеснули. Хозяин наполнил кружку Лэннета сидром, выхватил из камина уголек, сдул с него пепел, на мгновение окунул в напиток и добавил немного яблочного бренди.

— Прошу прощения, но сегодня у нас только стейк из антилопы и хлеб, джентльмены, — сказал он, прежде чем отправиться на кухню.

Еда была под стать напиткам — толстые сочные ломти мяса с отборными овощами и пряными травами. Хлеб, мягкий как пух, был покрыт корочкой, аппетитно хрустевшей на зубах. В керамической плошке лежало золотистое масло. В конце трапезы подали кофе. Отведав его, Лэннет причмокнул.

— Черный, как дьявол, и такой крепкий, что свалит с ног любую нечистую силу, — заметил он.

Очистив миски и кружки, друзья откинулись на спинки кресел.

— Великолепно, — сказал Кейси хозяину. — Честно говоря, я не ожидал, что будет так вкусно. Мне и в голову не приходило, что в этой глуши найдется бокал для бренди, а уж тем более — напиток, который в него полагается наливать.

Хозяин просиял.

— Они появились совсем недавно. В деревенских тавернах спрашивают только пиво и виски. Но с тех пор, как пришла она, к нам начали заглядывать люди вроде вас, джентльмены. Пришлось научиться стряпать и запастись хорошим спиртным, иначе меня бы засыпали жалобами да упреками. Вот так и повелось.

— Кто «она»?

Не обращая внимания на напряжение, прозвучавшее в голосе Лэннета, толстяк продолжал:

— Старая женщина. Слепая. Ворожея и целительница. К ней идут люди из всех городов Атика. И с других планет. КБГ — знаете? Останавливаются у меня, но она называет их своими гостями. Смешно. Можно подумать, кто-то захотел бы поселиться в пещере с сумасшедшей старухой.

— Посещение имперского Заказника строго контролируется, — заметил Лэннет. — Эти ваши гости… кто разрешает им сажать здесь свои электромобили? Кто позволил посторонней женщине жить на территории Заказника?