Циферщик (СИ) - Пихтиенко Андрей Николаевич - Страница 53

— Циферщик! Я знаю всё о тебе! Я ждала этого с тех самых пор, как узнала о тебе! Андрей, если ты знаешь об Оле, ты должен знать обо всём…

— Ничего я не должен! Ты фотографировала меня, ты знала обо мне. Почему ты тогда не сказала сразу, Катя? Зачем я тебе?! — кричали друг на друга Катя с Андреем.

Катя либо не замечая, либо старательно делая вид, что не замечает Витю, целилась прямо в середину грудной клетки Андрея. Плевать, что там кричал Витя, подбираясь к ней. Это лишь ещё одно препятствие, лишь новая преграда, на которую плевать, которой достаточно будет одной пули. Главная же её цель — то, к чему она целенаправленно шла, заварив всю эту кашу, из-за чего теперь все в сборе, в абсолютном вакууме зла, ненависти и смерти — это Андрей. Андрей — Циферщик. Андрей — убийца-маньяк, полгода терроризирующий их город.

— Всё это — только из-за тебя!

Тут Виктор, всё-таки подобравшись к Екатерине, выхватил из-за пазухи тот нож, случайным образом отлетевший к нему. Он не слушал их диалога, ему это было не интересно. Отбойным молотком колотящееся сердце раскатами грома отдавало в ушах, заставляя все прочие звуки исчезнуть. Виктор оказался предельно близко к последнему рывку, который мог помочь совершить долгожданную месть. Кровью виновных отмыть не предопределённую смерть близкого, любимого им человека. Внутренне напрягшись до предела, Виктор готов был совершить решающее движение, как что-то твёрдое и тяжёлое с силой ударило его в голову, заставив упасть, перекатившись через диван, и с сильным грохотом брякнуться об пол.

На пороге стоял наконец появившийся Игорь. Губы его были растянуты в кровожадной ухмылке. Он был доволен метким попаданием, спасшим его сестру. Зайдя в комнату, он с удивлением обнаружил, что главный обидчик, в отличии от его друга, преспокойно расселся на полу и лишь с непередаваемым, непонятным выражением лица глядел на Катю. Выполнив поручение и со всей силы запустив аптечкой в Витину голову, Игорь, добывший ещё один нож, — лично им припрятанный под ванной нож-бабочку, с невообразимо остро, по мнению Игоря, наточенным лезвием, — безумно скалился, в ожидании воцарения его справедливости.

Игорь схватил Андрея за волосы, сильно потянул вверх, ударив того затылком о стену, раскрыл нож и, приставив его к лицу бывшего мучителя, ехидно сказал:

— Ну вот и я! Что, забавляетесь с моей сестричкой? А я вот с тобой хочу позабавиться! Ну как, позабавиться, всего лишь глотку тебе, суке, перерезать. Как ты на это смотришь?

— А ты у хозяйки спроси разрешения, пёс, — несмотря на приставленный к горлу нож, Андрей продолжал ухмыляться и искать глазами Катю, совершенно игнорируя Игоря.

Тому же непередаваемо сильно хотелось лишь одного — сделать движение рукой, державшей нож, тем самым поставив точку в жизни очередного человека, который при этом успел так безжалостно унизить его, причинил ему так много боли…

Катя слегка растерялась от произошедших буквально за минуту изменениям позиций в гостиной. Теперь она перевела пистолет в сторону Андрея и Игоря, ни в одного из них толком не целясь. Она чувствовала, как расходятся волны усталости по её плечам, — пистолет оказался тяжелее, чем она думала. Она соврала Андрею, что недурно стреляет. Катя впервые взяла отцовский пистолет, который ему подарили сто лет назад.

Игорь продолжал держать нож у сонной артерии Андрея, скрытно поглядывая на сестру. Катя вдруг испытала гордость за свои способности к подчинению личности брата. Даже в такую острую минуту Игорь всё равно ждал одобрений своих действий от сестры.

— Игорь, стой! Нам нужно ещё переговорить с ним. Потом, может быть… Если я скажу тебе сделать это — то сделай это, братик.

— Ты сегодня не особо красноречива, сестрёнка? Что ты нашла в этом мудаке? Ладно, пусть так, я послушаюсь тебя ещё раз, Катюха. Но, верь мне, — это будет последний раз. — Игорь отошёл от Андрея. Катя несколько напряглась, когда он, не убирая ножа, двигался в её сторону.

«Я не могу! Я просто хочу уйти отсюда! Хватит притворяться сильной, пусть будет то, что будет, пусть они порвут друг друга!» В подобных мыслях, отступая по стеночке к выходу (при этом всем казалось, что девушка просто приближается к Андрею), Катя неуклонно продвигалась вперёд. «Всё должно было быть не так! Ни Вити, ни, тем более, Игоря! Ну почему, почему я вовлекла братца сюда? Хотя, он — всё ещё моя последняя надежда, последний шанс выйти отсюда живой, не замарав репутации… Господи, о какой репутации я думаю? Мой дом наполовину разрушен. Да и вообще, не могут все из нас остаться в живых этой ночью… а снег всё валит, будто специально даёт нам прикрытие и пути к отступлению. А что, если Игорь всех убьёт сейчас? Спасти Андрея? А какие гарантии, что тот не убьёт меня? Ему и правда так нужно поквитаться за Олю или он просто помогает другу? Столько вопросов и ноль ответов. Единственное, что связывает меня с убийством, — эти грёбанные серьги, которые я, как полная дура, не бросила в огонь… Это и правда об Андрее. Повод ли это меня убивать? Кто знает… Теперь нужно действовать только по ситуации. Соберись, девочка! Помни, что пистолет, всё-таки, у тебя».

Катя судорожно размышляла, остановившись буквально в двух шагах от Андрея. Он продолжал несмотря ни на что заглядывать в её глаза.

Она заметила страшное, и тотчас её будто ударили по голове кувалдой. До сих пор предохранитель на пистолете не был снят. Выходит, напади на неё Виктор, она не смогла бы обороняться. Лихорадочно и невпопад шевеля большим пальцем правой руки, девушка всё-таки смогла снять пистолет с предохранителя.

— Ну наконец-то сообразила. А жаль! — весело подмигнул ей Андрей — единственный, кто заметил это движение. — Опасная ты всё-таки девушка. Я так и знал, что ты сообразишь, когда нужно, поэтому и не стал на тебя бросаться.

— Зубы мне не заговаривай. Выстрелить я сумею, не сомневайся! — Целясь теперь ставшим смертоносным оружием в Андрея, Катя на некотором расстоянии опустилась на корточки, бесполезно пытаясь выиграть в новый уровень «гляделок», но мёртвая глубина серых глаз серийного убийцы была сильнее её, годами отточенной, требовательной синевы. Казалось, Андрей смотрел в самую её душу в это мгновение. Даже их ночь, её и его оргазмы не были и близко похожи на то соединение их душ, что устанавливалось между ними сейчас.

— Мы можем уйти прямо сейчас, Андрей. Разве тебе не интересно, почему я не выдала тебя, хоть и знала о тебе так долго? Разве тебе не хочется знать, почему все события прошедших нескольких недель, а может даже месяцев, это моих рук дело? Я всё расскажу тебе, Андрей: откроюсь перед тобой так, как никогда ни перед кем не открывалась… Нам нужно лишь уйти отсюда, просто уйти, — шёпотом призывала Екатерина, видя перед собой неестественную, страшную ухмылку.

— И что, Витя с Игорьком вдвоём будут развлекаться? Нет уж, надо поставить наконец все точки над i. Смотри, что я у тебя нашёл. — Андрей достал из кармана джинсов помятую фотографию, расправил её и протянул Кате. Та, с опаской, резким движением выхватила её, взглянула одним глазом и вопросительно подняла бровь в ожидании пояснения.

— Хорошее фото, — похвалил он. — Единственное твоё настоящее доказательство. Я сразу понял, что мы встретились не случайно, но, прости, этот путь мы должны закончить всё-таки вчетвером.

— И шансов для меня нет?

— Шансы есть всегда, Катя. Не всегда ими пользуются. — Андрей устало откинулся назад, прислонившись к стене, а после перевёл взгляд на разглагольствующего невнятный бред Игоря, бродившего в противоположном конце комнаты. В одной его руке был тот самый нож-бабочка, а во второй непонятно откуда взявшаяся бутылка виски. — Каким шансом воспользуешься ты, Катя?

— Тем, что даст мне жизнь, естественно, — едва слышно промолвила Екатерина, бросив фотографию назад Андрею.

— Эй, голубки! Хватит щебетать! У нас тут лишние уши! Эй, братишка, ты-то чего хотел сегодня добиться? Правды? Ты хочешь знать, кто убил твою драгоценную любимую Надю? Или Настю, или Олю, или как её там звали? Эй, кровавая нога, ты слышишь, что я тебе говорю?!