Циферщик (СИ) - Пихтиенко Андрей Николаевич - Страница 54

Витя неподвижно лежал на полу, изо всех сил стараясь подавить подступавшую к горлу тошноту. Он слышал, как этот психопат обращался к нему, после каждого предложения делая глоток из бутылки. На голове расцветала шишка, боль от неё пульсировала, отдавая во всём теле. Сделав усилие, Витя смог сесть, потом медленно пополз к дивану, но не сел на него, а лишь упёрся в него спиной. Казалось, абсолютно всё тело болело. Каждая клеточка в организме источала плач жалости к себе. Но Витя старался держаться, невидящими глазами уставившись в сторону кухни и безмолвно ожидая.

— Оля её звали. Да, я вспомнил! Как меня не пичкали всяким говном, но остроту памяти я всё-таки смог сохранить. Что это ты побледнел так, плохо тебе, наверное? — Игорь встал над Витей, пьяными глазами разглядывая его. Неаккуратным движением пролил на него немного алкоголя.

— Ой, пардон! А дерзкая была та девица! За словом в карман не лезла. Но, без всякой паники, будто понимала, что ей всё равно конец, так что же тут трепыхаться? Сомневалась даже во мне. Сразу раскусила, что я не этот — Циферщик. Как же я хотел её трахнуть! Заставить сосать у меня, отдаваться мне полностью, лишь бы я её пощадил, лишь бы она могла пожить подольше! Но не судьба. Понимаешь, бывают обстоятельства, когда всё надо сделать быстро, без промедлений. Да и она понимала это. Чувствовала, что каюк, так зачем затягивать неизбежное? Гаражик тот — так себе последний жизненный приют, но другого не было, к сожалению.

Так вот, к самому интересному. Я задушил её собственными руками… Душил, пока она не потеряла сознание, потом продолжил. Душил со всей силы, пока что-то не хрустнуло в её шее. А она ещё глаза так прикрыла! Прямо как я и хотел. Молодчина такая! И вот, нет больше воздуха в её лёгких, не бьётся больше её сердечко. Эх, на сувенир бы оставить это сердечко! Но ты не думай, она и мёртвая была самый сок! Я думал попользовать девчушку, пока тёплая, но знаешь, такая она стала невинная вся, такая вся красивая, гордая, сильная… Но мёртвая! Ах-ха-ха!

Если серьёзно, напомнила мне мать. Знаешь, не просто пожилую бабёнку, которая когда-то дала тебе жизнь, а теперь получает пенсию и собирает выпадающие зубы — нет. Она напомнила мне мать из воспоминаний, а вернее, из впечатлений: что-то бесконечно доброе, мягкое и всегда доступное. Такое, к чему ты тянешься, невзирая ни на что. Та, которая готова принять тебя таким, какой ты есть. Без лишней жалости, без лишнего сюсюканья или заботы. Просто абсолютное понятие — мать. Прямо, какой была моя мать…

Эх, я бы ещё многое тебе мог рассказать и многое может расскажу, когда ты уже не сможешь слышать. Но, сам понимаешь, нужно всегда кончать. Может, ты и хороший парень, может мы бы с тобой и подружились, но скажи спасибо своему дружку, который позвал тебя сюда, и моей шизанутой сестрице, по чьей наводке мы убили твою девку и втянули тебя в это всё. Из-за них ты сейчас умрёшь, да. Твой друг тоже, может быть, умрёт. Ровно в тот момент, когда надоест моей любимой Катюше. И я сильно надеюсь, что это случится в самое ближайшее время! Но ты, сам понимаешь, — немного не в нашей тусовке. Так что закрой глаза, как твоя подружка, подумай о хорошем, а я постараюсь, чтобы тебе не было сильно больно!

— Могу я тебе кое-что сказать на прощание, только тебе, на ушко? — пересохшими губами попросил Виктор.

— Давай только без херни! Нож вообще-то у меня, — ехидно оскалился Игорь, но всё-таки наклонился поближе к Виктору.

— А вот хер тебе, мразь! Сдохни!

Резко достав из-за пазухи подобранный нож, Виктор с силой вонзил его в грудь Игоря. Лицо поражённого сначала выразило удивление и недоумение, он сделал движение рукой, сжимающей свой нож, чтобы нанести ответный удар, но Виктор оказался проворней и ударил своим ножом ещё раз. И ещё. И ещё. И ещё…

Жизнь стремительно покидала Игоря. Он упал на спину, Виктор забрался на обидчика и продолжал с остервенением наносить удар за ударом. Наконец остановившись, когда Игорь точно был уже мёртв, Виктор отпрянул от тела, завалился на бок и обмяк, словно потеряв сознание.

Бутылка с виски выскользнула из подёргивающихся в агонии пальцев и, расплёскивая содержимое, закатилась под диван.

19

Катя издала неопределённый звук: не то визг, не то всхлип, не то удивлённое «ох». Прижала руку ко рту, не отрывая взгляда от истекающего кровью тела Игоря.

Андрей, не теряя времени, кинулся на девушку, вывернул её руку, вырвал пистолет. Она, находясь в шоке, даже не думала защищаться. Андрей отвесил ей сильную пощёчину, отчего девушка упала на пол и тихонько, отчаянно заплакала, потирая покрасневшую щёку.

— Ну и запачкали вы тут всё… Пол ночи отмывать придётся, — Андрей поставил пистолет на предохранитель, убрал его за пазуху и подошёл к Вите. Тот лежал на боку, тяжело дышал, до сих пор крепко, до посиневших пальцев, сжимая нож.

— Я же не просто так эти мешки стелил, блин, — Андрей выстелил разбросанные по всей комнате в пылу схватки мусорные пакеты, приподнял тело Игоря за подмышки и переложил его на них.

— Катя, неси тазик и тряпки. Надо убраться тут быстрее, пока кровь не впиталась. Эй, слышишь меня! — обращался он к по-прежнему всхлипывающей и трясущейся девушке. Та, услышав окрик, подняла на него покрасневшие, влажные глаза.

— Пошли вон отсюда! Убирайся! Убирайтесь! Ты убийца!

— Заткнись, ты давно не в том положении, чтобы указывать. Если не хочешь отправиться за братцем, слушайся меня.

— Я… я позвоню в полицию! — Катю всю трясло, она полезла в карман брюк за телефоном, но он выскользнул из её вспотевшей ладони. Девушка неловко попыталась поймать его на лету, но не смогла, только наоборот оттолкнула мобильник подальше. Тот упал и разбился вдребезги.

— Не судьба. Очень неудачный для тебя день, прямо скажем. А теперь иди и принеси воду и тряпки. Иначе, я убью тебя прямо сейчас.

Катя не видела ничего, кроме этого приказывающего лица, которое прямо на глазах менялось. Ещё мгновение назад выглядящее вполне нормальным оно превращалось в ту самую страшную маску смерти. Сомнений, что Андрей просто-напросто пытается её напугать, не было. Он действительно убьёт её, если та ослушается. Кате не оставалось ничего другого, кроме как встать и подчиниться. Всё её сознание кричало, что нужно убегать и спасаться из собственного дома. Но она пошла не в сторону входной двери, а наоборот — в ванную.

«Игорь мёртв. Игорь мёртв…» — крутилась, не смолкая, эта мысль в голове. Катя набирала воду в таз, чувствуя, как всё её тело окутывает отчаяние. «И я тоже умру, Андрей меня не отпустит. Я свидетель, и я знаю, кто он на самом деле. Что же делать, что же делать?» Катя почувствовала себя одинокой, как никогда. Вода заполняла тазик, девушка глядела на струю, и в голове возник образ Игоря.

Далёкий образ её старшего брата, ещё мальчика, героя её детства, который был мёртв уже очень давно, гораздо раньше, чем нож в руках Виктора оборвал биение его сердца. Вслед за этим воспоминанием, сразу проявился и тот день, тот последний радостный день, который стал её храмом во снах. Повеяло летним ветерком, послышались весёлые голоса родителей, звонкий детский смех. Катя, бросавшая тряпки в таз с водой, вдруг ощутила спокойствие. Казалось, прошла дрожь, прошёл страх, в сердце начала закрадываться слабая искорка надежды.

«Нет! Я выживу. Я всех обхитрю и выживу. Теперь начинается моя последняя игра. Теперь нужно сыграть, как по нотам. Всё получится. Всё получится. Давай, Катюха, соберись и действуй!»

— Молодец! Теперь включи добрую хозяюшку и убери свою квартиру. Самой-то разве приятно, когда у тебя гости, а вокруг такой беспорядок? — Катя чуть не подпрыгнула от неожиданности, кое-как сумев не разлить воду из тазика. Андрей с ухмылкой наблюдал за ней, опираясь спиной на дверной косяк.

— Андрей. Нам надо успокоиться и серьёзно обо всём поговорить, — изо всех сил стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо и уверенно, смело глядела она прямо в глаза убийце.