Убей меня (ЛП) - Ловелл Лорен - Страница 23

Вот до чего я докатился — дрочу в ванной, потому что смертельно-опасная убийца, которую я сам же и привел в дом, пыталась меня убить. Красивые женщины с маньячными наклонностями всегда были моей слабостью.

Я просыпаюсь от душераздирающего крика и инстинктивно хватаюсь за пистолет, пока до меня не доходит — это просто Уна. Прикрыв лицо ладонью, я верчусь с боку на бок: снова крик, потом еще один. Твою мать, ее там режут что ли? Встаю с кровати, выхожу из комнаты и на мгновение замираю в нерешительности перед ее дверью. Уна просила не входить к ней, но, черт возьми, это моя квартира, и я хочу выспаться. Уже несколько ночей подряд одно и то же.

Я открываю дверь и подхожу к ее кровати. Уна мечется во сне, словно с кем-то борется.

— Уна.

Она не просыпается, но, судя по виду, мышцы ее тела сводит болезненной судорогой. Я задерживаю дыхание и осторожно толкаю ее в плечо. В мгновение ока она вскакивает, и вот в лицо мне уже смотрит дуло пистолета 40-го калибра. Все как обычно.

— Ты когда-нибудь перестанешь угрожать мне пистолетами и ножами? — вздыхаю.

Ее рука сдвигается сначала на дюйм, после чего она окончательно опускает оружие.

Жалюзи не опущены, и никогда не гаснущие городские огни освещают комнату. Под глазами Уны залегли темные тени, но на этот раз в мой адрес не звучит никаких язвительных комментариев. Она проводит рукой по волосам и откидывается на спинку кровати.

— Что ты здесь делаешь?

— Мне нравится слышать крики женщины не меньше, чем крики мужика под пытками, но при условии, что ее я трахаю в этот момент, а ему причиняю боль. Все остальные виды криков меня раздражают.

Она бросает на меня гневный взгляд.

— Инициатива моего проживания здесь изначально принадлежала тебе, а не мне.

Господи, она никак не успокоится.

— Да, но я не ожидал, что нашего великого и ужасного киллера будут преследовать ночные кошмары.

Уна сжимает челюсти и зло сверкает на меня глазами. Кажется, я наступил на больную мозоль.

Я сажусь на ее кровать, и она отодвигается от меня, перемещаясь на противоположный край.

— А теперь что ты делаешь? — огрызается она.

— Сплю, — я ложусь в кровать, не обращая никакого внимания на присутствие Уны. Меня тут же обволакивает ее запах: смесь оружейного масла и ванили.

— Здесь? Ты собираешься спать здесь? — спрашивает она, повышая голос.

— Ну, под твое нытье хотя бы можно уснуть. По крайней мере, пока ноешь, ты не сможешь кричать как резаная. Так что нытье я как-нибудь вытерплю.

— Мудак, — ворчит она себе под нос.

Игнорируя ее, я закрываю глаза.

— Неро, я серьезно … — она толкает меня. — Ты не будешь спать в моей постели.

— Вообще-то в моей постели, — на секунду меня поражает тот факт, что мы просто разговариваем. У нас получилось бы стать друзьями, если бы я был не я, а она — не она. Но даже тогда я все равно захотел бы ее трахнуть. А, может, и нет. Это все ее кровожадность — она делает мой член твердым.

— Я начинаю беспокоиться, что ты совсем лишился чувства самосохранения.

Я улыбаюсь:

— Это угроза, Morte?

— Никаких угроз.

Я улыбаюсь шире: — Ты только обещаешь.

Она рычит себе под нос:

— Ты псих.

Естественно, через минуту я встану и уйду, но что-то в ее манере поведения вызывает у меня улыбку. Она права: я псих. У меня есть деньги, уважение, власть, женщины и работа, отвечающая всем моим темным жестоким страстям. У меня есть все, что только можно пожелать, но, в сравнении с Уной, это смертная тоска. Эта женщина опасна и непредсказуема. В ней есть все, что я жажду получить от жизни, все в одном смертельно-опасном флаконе. От такого вполне можно сойти с ума, но жизнь научила меня одному: принимай вещи такими, какие они есть.

Легкое скольжение кончиков пальцев по моей груди выдергивает меня из сна. Я открываю глаза и, пытаясь сфокусировать зрение, осматриваю комнату, после чего опускаю взгляд вниз: Уна спит, прижавшись щекой к моей обнаженной груди.

Черт, я и в самом деле здесь уснул.

Она закинула на меня руку, и ее пальчики скользят по моей груди, спускаются на живот и затем, кубик за кубиком, вниз по мышцам пресса. Я тяжело сглатываю, когда ее ладошка касается резинки боксеров. Ее глубокое, ровное дыхание — единственное, что сдерживает мое желание перевернуть ее на спину и трахнуть. Вместо этого я стискиваю зубы и продолжаю лежать неподвижно: член пульсирует в напряжении, а я таращусь в темный потолок.

Глава 13

Уна

Я чувствую теплую, твердую грудь под своей щекой и слышу сильное, ритмичное, словно удары в барабан, сердцебиение. Безопасность, близость родного человека, тепло… То, чего мне хочется больше всего на свете. То, чего у меня никогда не будет в реальной жизни — только здесь, во сне.

Опора под моей щекой начинает смещаться, разрушая это состояние полусна. Так не хочется… Я всегда отчаянно пытаюсь продлить эти ощущения, но утро всегда наступает в положенный срок.

— Алекс? — зеваю я, крепче обнимая его.

— Попробуй еще раз.

Я резко просыпаюсь и, осознав, что в моей кровати человек, мгновенно готовлюсь обороняться. Сунув руку под подушку, я хватаю нож и набрасываюсь на лежащее рядом крепкое тело. Неро даже не открывает глаза, но стоит мне провести лезвием вдоль его подбородка, как его губы растягиваются в широкой улыбке.

Он спал в моей гребаной кровати.

Гнев никогда не был для меня проблемой. Эмоции — это всего лишь вынужденная реакция, порожденная попыткой казаться нормальной для внешнего мира. Но с тех пор, как он затронул тему Анны, я слетела с катушек. Я стала чувствовать слишком многое. Можно было сказать, что все это только из-за нее, но я не уверена. У Неро есть удивительная способность выводить меня из себя так, как не удавалось никому другому. Он открывает во мне то, о чем я и сама не подозревала. Я чувствую себя мотком пряжи — Неро тянет и тянет за нитку, пытаясь распутать меня. Но, в конце концов, останется только спутанный узел, который невозможно будет развязать. В каком-то смысле он пугает меня, и я хочу вернуться обратно в состояние своего холодного равнодушия, в свою мрачную нору, куда ничто и никто не имеет возможности проникнуть.

Его глаза резко открываются, и я оказываюсь в ловушке.

— Полегче, Morte.

— Или что? — огрызаюсь я.

Он сжимает руками мои бедра и резко перекатывает на себя, и я оказываюсь лежащей на нем и чувствую прижатый к моему лобку твердый член. Я хмурюсь, ощущая разливающееся в животе тепло. Одной рукой обхватив затылок, он вынуждает меня опустить голову, пока мы не оказываемся лицом к лицу. Нас разделяет только лезвие ножа.

Его хватка тверда и безжалостна, а от того, как он смотрит на меня, сердце начинает биться быстрее. На мгновение прикрыв глаза, я вслушиваюсь в его ритмичные удары, эхом отдающиеся у меня в ушах. Жизнь. Энергия.

— Посмотри на меня, — требовательно говорит Неро.

Открыв глаза, я встречаюсь с его напряженным взглядом, обычно всегда контролируемым. Его глаза цвета виски стали золотисто-медовыми. Стиснув пальцами запястье, он с силой отводит мою руку в сторону, отстраняя лезвие ножа от своего горла. Его взгляд опускается на мой рот, и я, тяжело сглотнув, приоткрываю губы, пытаясь сделать столь необходимый вдох. Одним своим взглядом он словно выкачал весь воздух из комнаты. В голове всплывает вчерашняя сцена с поцелуем. Я всего лишь хотела усыпить его бдительность, но властные движения его языка и решительные, без лишних предисловий, действия … Я никогда настолько не теряла самообладания и, в то же время, никогда так сильно не хотела этой потери. Я чувствую прикосновение большого пальца Неро к своей шее и в ту же секунду ощущаю холод лезвия, прижатого к моей ключице. Он прищуривается, и, наверное, я должна почувствовать угрозу, но не чувствую ее. Все происходит, как в замедленной съемке, и я улыбаюсь, позволяя себе не думать, а просто чувствовать. Сделав глубокий вдох, я прислушиваюсь к ритмичному стуку своего сердца и чувствую, как бешеный поток адреналина, смешиваясь с желанием, превращается во что-то невероятно мощное, способное лишить рассудка. Все мое существо фокусируется на точке соприкосновения его горячей кожи с внутренней поверхностью моих бедер и на той области, к которой угрожающе прижимается зловещий клинок.