Два письма (СИ) - Гордон-Off Юлия - Страница 44

— Вы ещё и улыбаетесь! Мало того, что не по форме и не приветствовали старшего по званию! Предъявите документы!

Я и так не ангел и могу разозлиться и на меньшее, а тут ещё и устала, но что-то остановило рвущиеся наружу слова. И тут управление перехватил Сосед:

— С радостью выполню ваш приказ, товарищ старший лейтенант! Только сначала возьмите у меня вещи, которые я иначе просто уроню…

А дальше начало твориться что-то непонятное. Сосед сначала прикинулся тупой дурочкой, а потом вдруг начал наступать на опешившего начальника патруля. А потом вдруг заставил солдат взять вещи и нести их к скамейке, где я достала свои документы, но не отдала и не показала, а вдруг предложила зайти в булочную и купить чего-нибудь к чаю. И пока командир переваривал информацию и неожиданный поворот, уже подхватила его под руку и потащила в магазин, где купила килограмм пряников. И мы все дружно пошли ко мне пить чай с пряниками, а бойцы радостно тащили мои вещи.

Не, знаю, как у Соседа это получилось, и даже если бы я сказала те же самые слова, то получился бы скандал, а тут в одной фразе интонации от звонкого рапорта юных пионеров, до рыдания могильной плакальщицы. Может, будь лейтенант чуть опытнее, то ничего и не вышло бы, а может, в этом случае и вёл бы себя Сосед иначе…

Надо было видеть, я топаю впереди, все трое сфокусировали взгляды чуть выше края кокетки моей юбки, я скашивала глаза и знаю, красноармейцы идут за мной, замыкающим старлей хрупает купленные пряники. Может у него на нервной почве жор пробил… Пока дошли слопал всё, как он будет перед своими напарниками объясняться не знаю, но домой его звать никакого желания. Останавливаюсь у своего дома:

— Спасибо вам ребята! Вы настоящие мужчины! И что бы я без вас делала? Товарищ старший лейтенант! Вы все пряники съели… Значит к чаю ничего не осталось! Извините! — Разворачиваюсь и ухожу в парадную. Сквозь занавеску на кухне вижу, как стоят мнутся, друг на друга не смотрят. Думаю: "может всё-таки напоить чаем?…"

— Нет уж! Нечего было к слабой девушке приставать! Бог подаст! — Отзывается Сосед.

— Ну, ты даёшь!

— Не я, а мы! У меня такой симпатичной попочки в жизни не было и не думаю, что моя бы до такой степени привлекла внимание всего патруля…

— Фу! Опять пошлость!

— Меточка! Запомни! Ты выбрала стезю, где тебе придётся постоянно быть на передовой вечной битвы полов. И если ты не хочешь, чтобы об тебя ноги вытирали все, кому не лень, придётся быть временами злой и расчётливой стервой, а иногда маленькой, доброй и наивной девочкой! Но, запомни главное, никогда даже в мыслях не допускай встать на одни рельсы с мужчинами!

— Но ведь на службе нет мужчин и женщин…

— Мета! Никакие приказы и законы не смогут отменить то, что сделала природа! Запомни! Если ты встанешь на одну половицу с мужчинами, ты в первую очередь именно их унизишь! И твоя слабость, которая для женщины сила в отношении мужчин вызовет не всплеск в них всего святого и самого лучшего, а удар по лицу и абсолютное презрение. И этот рубеж женщина может преодолеть один раз и навсегда, возврата не бывает. Поэтому, мне лично не жалко ни одну избиваемую мужем дуру, это не он её лупит, это она разрешила и даже спровоцировала его, потому, что в природе ни один тигр, который в несколько раз больше и сильнее тигрицы не перейдёт ей дорогу, а уж если она беременная или с котятами, то предпочтёт убраться подальше. Многие женщины так заигрываются с ролью несчастной жертвы, что скатываются на самое дно, где уже нет ни мужчин, ни женщин, а есть одно убогое НЕЧТО… Ты можешь себе представить, что твой папа поднял бы руку на твою маму или дедушка на бабушку? А ведь они сильнее и кулаками махать умеют, а за своих глотку кому угодно перегрызут, потому, что они мужчины… Это не так просто, как на словах, и этому тоже нужно учиться, чтобы потом не стенать "Ах за что же меня бедненькую так несправедливо?"…

Тем временем патруль потоптался и пошёл из двора. А мне ещё нужно сходить за фотографиями, что я решила сделать в обычном платье. Ещё посидела, попила чаю, посмотрела вокруг, во всей нашей большой квартире на пять семей никого, так гулко и пусто… Посмотрела на часы и поняла, что стоит поторопиться. Взяла сумочку и пошла за фотографиями…

А вот по возвращении меня ждал сюрприз и не скажу, что приятный. Неладное я почувствовала ещё только войдя во двор, а потом мне навстречу по лестнице скатилась и с визгом повисла на мне Верочка. Дома были все, оказывается мама дала телеграмму, и папа их встречать после работы ездил, и они только приехали.

И когда я чуть ли не первым делом спросила, почему они приехали, и чем мама думала, она даже обиделась, что сразу пришлось извиняться. Действительно грубовато вышло. Не могу понять, но мама с бабушкой узнав про начало войны подумали и решили, что мама, как хорошая жена в такое трудное время должна быть рядом с мужем, вот и весь сказ. Так, что при такой установке шансов отправить их обратно нет в принципе. А самое главное, папа искренне рад их приезду, ведь никому из них в голову не может прийти, что немцы могут дойти до нашего Ленинграда. В понимании всех ленинградцев, наш город самое безопасное и стабильное место. Ну, кому придёт в голову, что Ленинград могут обстреливать артиллерией прямой наводкой? Чуть не расплакалась от бессилья. Так радовалась, что уговорила их уехать, и вот вам сюрприз! Знала бы, уже во время экзаменов продукты бы домой таскала и запасы делала. И фиг с ним, что это не по-комсомольски, а сейчас уже только капелюшку можно успеть, я же видела сегодня в булочной сама, почти пустые полки, народ на всякий случай уже всё смёл от банальных соли и спичек, до всего остального…

В результате, пришлось рассказывать о себе, что сегодня приняла присягу, а завтра убываю к новому месту службы и где оно не могу знать. Что всё хорошо и прекрасно, ни о чём не жалею и они все дружно могут своей дочерью и сестрой гордиться и я их не подведу и чести Луговых не посрамлю. Мама пустила слезу над полученными фотографиями, они же меня в форме не видели, и сегодня я пришла в платье, а форма на кровати раскидана и в мешках и свёртках.

Выбрала момент и вытащила папу на улицу посидеть поговорить:

— Папа! Ты понимаешь, что война будет страшная и не на один месяц?

— Мета! Ты чего такое говоришь?

— Я говорю правду! Папа! Немцы уже Минск штурмуют! А наши по всему фронту отступают…

— Ну, это временно…

— Даже если временно, на город финны уже пошли и бои на Карельском перешейке и как-то не похоже, что простые и лёгкие…

— Это ты к чему ведёшь?

— Папа! Если ты нас любишь, надо немедленно отправлять маму и малых к бабушке! Там деревня, как ни крути, лес прокормит. А тут большой город. Налёты уже начались, пока мало и больше на Кронштадт, но и на город уже бомбы падают. Ты на заводе, это понятно, а маме с мелкими, что здесь делать? Зачем они нужны, рисковать под бомбами? А если финны на старую границу выйдут, то город можно из дальнобойной артиллерии обстреливать. Ты можешь дать гарантию, что такого никогда не случиться? Я не могу! И поэтому рисковать жизнью и здоровьем самых дорогих мне людей не хочу! И всё в твоих руках! Меня мама не послушает, а тебя обязательно!

— Нет! Я коммунист и не могу поддаваться панике!

— Какая паника? Папа! Я что предложила немцам сдаться? Я, если ты заметил, наоборот, на службу пошла. Я говорю, что в такое трудное время маме с детьми лучше быть у бабушки в деревне. Если бы мама работала на каком-нибудь оборонном заводе и делала снаряды или танки, я бы слова не сказала. Но у неё сейчас дело Ваську с Верочкой растить, на природе это наверно лучше, чем в городе, там витаминов полный огород и полный лес ягод, а скоро и грибы пойдут. Где здесь нарушение твоего долга коммуниста?

— Ты наверно в чём-то права, но…

— Папа! — Сосед перебил и не дал договорить. — Не говори сейчас ничего, а просто пообещай мне мои слова хорошенько обдумать и взвесить, и только после этого принимать решение. А ещё ответить себе, о чём ты будешь думать, когда услышишь, что где-то на город упала бомба, о том, что и как хорошо ты делаешь или о том, что с твоей семьёй?…