Всё имеет свою цену (СИ) - Лейк Оливия - Страница 18

— Да, должен.

— Так уходи.

Владыка молча подошел к Эсмерленд, стоящей у стены, и протянул руку к голым плечам. Его пальцы начали рисовать узор на обнаженной коже, гипнотизируя её.

Где-то в глубине души она хотела, чтобы он пришел, ждала его. Эсмерленд подняла руки и спустила тонкие бретельки с плеч, позволяя сорочке упасть к ногам. Трандуил чуть отошел от неё и посмотрел из-под опущенных ресниц. За эти мучительно долгие мгновения она сто раз пожалела, что поддалась порыву. Так бесстыдно предлагать себя бывшему мужу! Только эта мысль сформировалась в её возбужденном мозгу, как он обвил рукой тонкую талию и привлек Эсмерленд к себе.

— Как же я хочу обладать тобой… — прошептал Трандуил впиваясь в рот своей бывшей жены.

Язык, лаская, проник внутрь, и по всему её телу побежали огненные волны. Эсмерленд застонала, теснее прижимаясь к нему. Его руки заскользили по её спине, затем ниже, прижимая бедра к своим. Весь мир опрокинулся, когда король подхватил её на руки и понес на кровать. Он целовал обнаженную грудь, а его опытные руки ласкали такое знакомое тело, точно зная, что и где ей будет приятно. Все чувства смешались. Она подняла бедра навстречу мужчине и обвила руками сильные широкие плечи…

Эсмерленд приходила в себя после безумной схватки, в которую превратилась эта ночь. Трандуил, казалось, был ненасытен, набрасываясь на неё с поистине первобытной страстью. Она улыбнулась, почувствовав тепло его тела и тяжесть обнимающих её рук. Но смутное воспоминание так не вовремя всплывшее в её голове, не давало расслабиться. Король в пылу страсти нашёптывал ей о своем желании, о том, как он скучал по её телу. Эсмерленд нахмурилась. Она никогда не спрашивала его о чувствах, а он никогда не говорил о любви, но сейчас ей нужно было знать, что она больше, чем объект страстного желания.

— Трандуил, что ты ко мне чувствуешь? — решилась спросить Эсмерленд.

Король удивился, что его вывели из состояния эйфории ради такого вопроса.

— Мне это важно, ответь.

Трандуил нежно посмотрел на неё, и много ласковых слов хотело сорваться с его языка. Но была ли среди них любовь? В этом он сомневался. Да и предупреждение Гэндальфа до сих пор терзало его. И он решил сказать то, в чем был точно уверен.

— Ты дорога мне и я желаю тебя.

Она встала, закутавшись в простынь, и пристально посмотрела на красивого мужчину, снова вошедшего в её жизнь.

— И всё? Я для тебя всего лишь объект желания…

Трандуил закатил глаза: разговор только начался, а он уже чувствовал растущее раздражение. Эсмерленд заметила это и ещё больше завелась.

— Зачем ты пришел ко мне? Может, потому что жена не пускает тебя в свою постель? — едко бросила Эсмерленд.

Он дернулся будто его ужалили. Она была права, но только отчасти. Страсть к Наримель давно угасла, и ему не нужно было пристанище в её постели. А страсть к его бывшей королеве горела, как самая яркая звезда.

— Я устал от этого разговора, — отчеканил король.

— А мне уже показалось, что ты начинаешь любить меня, — с тоской произнесла Эсмерленд.

— Ты переоцениваешь это чувство, — бесстрастно сказал Трандуил и протянул ей руку, приглашая в постель.

— Зачем?

Трандуил поднял бровь и сказал:

— Для такой умной девушки это очень глупый вопрос.

— Какой же ты все-таки эгоист. Уходи, я больше не собираюсь быть твоей утехой.

Владыка спокойно поднялся и начал одеваться. Когда темно-синий камзол был полностью застегнут, он повернулся к своей бывшей жене.

— Какая же ты ещё молодая и наивная, — приближаясь к ней, проговорил король. — Прими совет. — Она вопросительно посмотрела на него. — Повзрослей!

Эсмерленд не поняла, как это произошло, но её рука взлетела в воздух, и тишину комнаты взорвала звонкая пощечина. На щеке короля разливался алый след от маленькой ладошки, а глаза буквально ощутимо заволокло льдом.

— Прощай! — холодным тоном произнёс владыка и удалился, не потрудившись закрыть за собой дверь.

Напряженные шаги лесного короля эхом раздавались в предрассветной тишине дворца. Когда Трандуил добрался до отведенных ему покоев, он смог взять под контроль обуявшую его ярость. Стража перед ним расступилась, но он не спешил заходить.

— Пригласите ко мне Нимефела, — властно сказал король и наконец вошёл внутрь.

Советник был тут же разбужен и доставлен пред королевские очи.

— Я хочу утром покинуть Ривенделл, начинайте сборы, — велел Трандуил, наливая вино.

— Владыка, но…

— Есть какие-то «но»? — резко бросил милорд.

— Нет, Ваше Величество, к утру все будет готово.

Нимефел вышел, ошарашенный приказом. До утра оставались считанные часы, а успеть нужно так много. Советник лично принялся будить слуг и свиту. Он знал, что такое напускное спокойствие много опасней открытого гнева короля.

***

— Уезжаешь? — удивленно спросил Синголло, как раз вовремя вышедший к завтраку.

— Отец, к чему такая спешка? — в недоумении осведомился Леголас.

— Я и так надолго оставил свои владения, у меня скопилось много дел.

Синголло внимательно смотрел на друга-короля, пытаясь разгадать, что гонит его из этого дворца. Он осмотрелся в поисках темноволосой красавицы, может быть она — причина столь поспешного отъезда. Но девушки не было, а спрашивать при его сыне было бы нетактично.

— Синголло, если ты когда-нибудь решишь посетить мое королевство, двери для тебя будут всегда открыты, — произнес Трандуил.

— Возможно, я воспользуюсь твоим предложением, ведь командир твоей стражи так и осталась для меня загадкой! — Король только покачал головой — этого эльфа ничто не изменит.

— Леголас, ты отправишься с нами или останешься? — посмотрев на сына, поинтересовался его отец.

— С вами.

— Хорошо, я сейчас навещу дочь и мы выезжаем, — сказал Трандуил и направился в сторону покоев Эсмерленд. Владыка уже попрощался с лордом Элрондом и его семьёй, поблагодарив за гостеприимство.

Трандуил посадил на колени Таурэтари и что-то начал говорить, вызывая её улыбку. Она смеялась и дергала его за волосы. Трандуил вытащил из-за спины большеухого пятнистого щенка и с умилением наблюдал, как девочка завизжала от восторга. Сейчас она была невозможно похожа на мать. Владыка подавил желание посмотреть на Эсмерленд, все внимание сосредоточив на золотоволосой малышке.

Её мать не смотрела в их сторону, упорно созерцая стену. Когда король расцеловал розовые щечки Таурэтари и передал её Галандиль, она переместила взгляд на кончики своих туфель. Трандуил в последний раз прикоснулся к светлым волосам дочери и, не глядя в сторону Эсмерленд, вышел из комнаты.

Глава 13

Осень невероятно красивая, разноцветная и разнообразная пора. Сначала она пышная, золотая и солнечная, а затем грустная, дождливая, холодная. Листва на деревьях постоянно меняет цвет, а потом и вовсе опадает на землю, устилая ее шуршащим ковром. Осенью часто идут дожди. То мелкий, назойливо моросящий, то сильный, холодный. За плотными тучами прячется небо и плачет по ушедшему лету, то несколько минут, а то и несколько дней. В конце осени буйство красок сменяется прозрачностью и серостью. Голыми стоят деревья, часто дует сильный ветер и висит туман.

Лесной король после приезда из владений лорда Элронда с головой окунулся в накопившиеся государственные дела. Злость, которая гнала его оттуда, до сих пор не отпускала, и о бывшей жене он старался не вспоминать.

А Наримель с приходом осенней поры замкнулась в себе и настолько отдалилась от мужа, что виделись они исключительно за приемами пищи. Сейчас Трандуил понимал королеву и сочувствовал, но никак не мог облегчить её пребывание в Средиземье. Догадывалась ли она о связи, в которую он вступил с Эсмерленд? Владыка не знал, но даже если бы Наримель узнала, он не был уверен, что это смогло бы всколыхнуть остывшую душу лесной королевы.

Стук в дверь заставил Трандуила оторвать взгляд от книги и поднять голову. Королева Наримель, тихо шурша платьем, вошла в его покои. Милорд был несказанно удивлён: она практически никогда не заходила к нему.