Там алеет заря 3 (СИ) - Ефремов Александр - Страница 17

- Граф, ну будьте благоразумны! Вы же понимаете, что у вас сейчас связаны руки

- Я разве желаю нечто запретное? Я всего лишь требую выполнения обязательств согласно правилам пользования Суэцким каналом, прописанных в соответствующем Соглашении. И не более того. Впрочем, прямой отказ от выполнения Соглашений нас также устроит. Тогда дело будет рассматриваться в Гаагском международном арбитраже. И я не вижу там выигрышных шансов у Британии, если, конечно, раньше не произойдёт чего-нибудь непоправимого...

- В этом случае я сомневаюсь, что наш Президент отнесется к вашим пожеланиям с должным вниманием. А британцы не привыкли отступать.

- Британцы, когда захотят, не видят совершено возмутительных вещей. Например, в начале японо-китайской войны японским флотом было потоплено английское судно с китайскими войсками на борту. А британцы этого не заметили. Так что было бы желание...

Торг продолжался ещё долго, а потом французский посол покинул здание Министерства Иностранных дел.

------------

Война шла своим чередом. Причём во Владивостоке это ощущалось мало. Как будто это не город-крепость, а какой-то далекий тыл. Иногда ночью к Владивостоку приходили японские миноносцы и вываливали мины на подступах к порту. Но даже тревогу объявляли не на каждое их появление у Владивостока. Зато в море потянулись рыбацкие суда, шхуны и лодки разного калибра. Ходили недалеко - по соседним заливами. Днём прилегающие акватории контролировались одним из крейсеров, канонеркой и парой миноносцев. В Находке было то же самое, только в качестве стража там был только один малый миноносец. На причалах бойко торговали только что выловленной рыбой и экзотическими для русских людей морепродуктами. Опять заработали рыбоперерабатывающие заводы. Но на дальние промыслы никто отправляться вроде бы не пытался. А значит с красной рыбой в этом году будет не очень.

Почти мирный Владивосток оказался набит войсками. С одной стороны вроде бы защита, а с другой стороны войска кроме шагистики и строительства укреплений ничем больше не заняты. А это может дурно потом сказаться. Ведь вроде война, а тут ничего не происходит. Строят и укрепляют береговую оборону. Но к вновь построеным оборонительным сооружениям новых пушек почти нет. Основной грузопоток с западных областей страны идёт сейчас в Манчжурию и Квантун. Поэтому строят позиции без пушек. Вернее одна пушка на несколько позиций. Вот её одну и перетаскивают со старой на вновь построенную позицию для "примерки", как только закончивают строительство очередного укрепления.

В порту с подачи князя и приказа Императора из охотников начали формировать батальон морской пехоты. Вообще он предназначался для использования в качестве досмотровых команд на вспомогательных крейсерах. Лихих охотников прибарахлиться на чужом добре оказалось немало. В каждый взвод нового рода войск обязательно включали по паре-тройке тех, кто имел хоть какой-то опыт хождения на торговых судах. А на кораблях к составу этого взвода должны были прикрепляться унтер и несколько матросов. Для формирования батальона мало того, что выгребли остатки вооружения со складов Дальневосточной компании, еще и обобрали всю местную пограничную стражу на карабины Агрень, чем пограничники были сильно недовольны. Все-таки склады не бездонные, а на ещё один батальон запасы рассчитаны не были. С них и так уже вооружили Отдельный батальон егерей. А пограничники были недовольны из-за того, что получить вместо поворотливого и удобного карабина стреляющее копье под названием МАГ - то ещё удовольствие. Оно ведь и пристреливалось согласно армейских положений вместе с примкнутым штыком. А попробуйте по тайге походить с длинной винтовкой, на которой штык укреплен в штатном положении. В батальон выдали также револьверы. А так как в местных арсеналах их оказалось сильно недостаточно, то армии пришлось закупать у Александра недостающее непосредственно на месте. Но вот с револьверами на дальневосточных складах Компании было все нормально. Так что после набега владивостокских интендантов на его Сучанский склад там ещё и кое-что осталось.

К берегам Камчатки в Петропавловск в середине апреля отправилась мореходная шхуна с извещением, что началась война. На шхуне для тамошнего ополчения отправили полсотни МАГов, три сотни годных берданок и патроны для всего этого. Камчатка зимой полностью отрезана от Владивостока. Поэтому, если в Петропавловск Камчатский не забрели американские китобои, то люди на Камчатке возможно и не в курсе, что тут началась война с японцами. Если к ним, конечно, раньше японцы не пожаловали. Камчадалов, конечно, предупреждали в прошлом году о возможности войны на Дальнем Востоке, но предполагать - это одно, а знать - совсем другое. К тому же люди всегда надеятся на лучшее.

Русские корабли в Золотой Рог приходили и уходили. На берег иногда выносили раненых и убитых. Иногда корабли вставали на недолгий ремонт. А потом опять уходили в море.

Подводную лодку "Сом" ударным трудом почти достроили. Но это "почти" похоже было готово растянуться ещё на месяц. К тому же в подобной почти мирной обстановке работы у подводной лодки у местных берегов нет. Разве что работать местным пугалом. Вот только и для пугала работы не было, потому как крупные японские корабли в местных водах последнее время не показывались. А японские миноносцы приходили только иногда и то по ночам. Так что потренероваться на них подводникам не факт, что удастся. Поэтому в штабе 2-го Тихоокеанского флота уже думали над тем, как бы впоследствии перебазировать подлодку в Порт-Артур. Или попробовать задействовать её в Корейском проливе. Такие настроения, конечно, возникли не сами по себе. Дело в том, что Русский Императорский флот прикупил в Америке ещё одну подводную лодку "Protector" Саймона Лейка. Её уже везут морем в Санкт-Петербург, а в порту готовят специальный транспортер для отправки ее по железной дороге. Преимуществом лодки было как раз то, что перевезти её можно было, почти не разбирая. А вот все остальное было сплошными недостатками. Но это для тех, кто понимает в подводных лодках. А таковых во всем мире очень мало. Поэтому будучи доставленной во Владивосток, подлодка прекрасно могла играть роль местного пугала, а реально воевать будут совсем другие субмарины в совсем другом месте.

На Сахалине из внушающих доверие бывших каторжников и почти отбывших срок сформировали добровольческий батальон. Но оружие пока не выдавали по вполне понятным причинам. Туда же отправили пехотный батальон из Владивостока для укрепления обороны острова. Батальон или два - это для Сахалина вообще ничто, но больше комендант Владивостока выделять не стал. Да и жить на Сахалине особо негде. Из-за режима острова-каторги там почти ничего не освоено. Кроме каторжников, ссыльных и администрации на острове жили только местные айны и те из бывших каторжников, кто либо не мог, либо не хотел перебираться на материк. А таких было не слишком много. Летом же население острова резко увеличивалось за счет приезжих рыбаков, добытчиков морской капусты и прочих ловцов дальневосточной экзотики. Но эта категория временных посетителей строительством жилья на острове не слишком озабачивалась, обычно ночуя на своих судах или под временными навесами на берегу.

Владивостокские дирижабли ещё раз летали в Сасебо. Причём оба сразу. Чему взрываться и гореть в Сасебо, нашлось. У отдельной стоянки японских миноносцев имелись какие-то склады. И один из них в результате бомбардировки знатно взорвался. То ли это были торпеды, то ли мины... На основной стоянке кораблей такого эффекта добиться не удалось, но в склад каких-то снарядов малого калибра бомбы попали. Возникший после этого пожар привёл к взрывам и разлету снарядов по окрестностям. Но до такого эффекта, как на миноносной стоянке, этим взрывам было далеко. Дирижабли опять вернулись с дырками в баллонах. И пришло время менять двигатели. Ресурс оказался исчерпан. Нужна капиталка, которую здесь на месте провести некому и негде. Нужно отсылать двигатели в Ковров. За то время, пока Александр находился в Порт-Артуре и Владивостоке с Ковровского завода поступило всего два новых движка. Что поделаешь, ручная работа.