Там алеет заря 3 (СИ) - Ефремов Александр - Страница 18

Порт-Артурский "Орлан" решено было пока не посылать в дальний рейд. Имелись обоснованные сомнения насчёт сохранности последней временной базы подскока для дирижабля в Корее. А ну как её нашли, и там дирижабль уже поджидают японцы. Поэтому "Орлан" летал в Цинампо, а потом вдоль берега на север к Ялу по пути следования японской армии. Было обнаружено, что цели для бомбежки там на побережье имеются - палаточные городки, где ночуют двигающиеся к Ялу войска. Потом "Орлан" через пару дней летал ещё один раз к одному такому палаточному городку и высыпал на него тонну с четвертью авиационных стрелок. К сожалению, никаким визуальным способом оценить эффективность применения стрелок было невозможно, кроме как по паническому мельтешению далеко внизу множества людей в форме и без оной. Поэтому решено было больше такого налета пока не повторять.

Как стало известно, в Мукдене полковник Кованько начал строить ангар для привезенного поездом большого дирижабля. Очень правильное решение! Незачем базировать дирижабль близко к фронту. Ангар в дальнем тылу для них - самое правильное место. А для малых разведовательных дирижаблей мягкого типа и ангары не обязательно нужны, хотя и весьма желательны.

Адмиралы Макаров и Дубасов выходили с эскадрой в море. Между Эллиотами и Цинампо встретили эскадру Того. Японский адмирал долго пытался выбрать удобную позицию для боя броненосных эскадр, однако это у него не очень получалось. Не ловился Макаров на его уловки. Оттого полноценного боя между броненосцами до вечера не вышло. А вот крейсера меж собою схватились крепко. Дубасов, командовавший крейсерским отрядом, потерял крейсер "Варяг", большой миноносец и чуть было не потерял ещё "Боярина". Японцы потеряли два миноносца. И то, что пара крейсеров у японцев дышала после боя на ладан, ничего не меняло. В связи с приближением вечера Макаров идти к корейскому берегу не решился и вернулся в Порт-Артур. Все-таки у японцев было почти в два раза больше миноносцев, и рисковать броненосцами ночью русские адмиралы не имели права. В строю японских броненосцев ходил "Ниссин", поэтому хоть у Макарова и было преимущество в больших стволах, а преимущество в эскадренный скорости было у Того по-любому. Таким образом получалось, что японцы выиграли бой не только по очкам, но и тактически, поскольку переманеврировали русских, и не пустили русскую эскадру к корейским берегам. Утешением для наших моряков было то, что крейсера на Эллиотах постреляли по берегу, сожгли и разломали то немногое, что японцы там начали строить. Перед заходом на внешний рейд Порт-Артура Макаров опять выпустил на свободную охоту три крейсера - "Аскольд", "Богатырь" и "Норманн". Крейсера эти самые быстрые. Они хоть после боя и с некоторыми повреждениями, но совсем не критичными.

Экипаж подлодки "Щука" во главе с Бубновым, отчаявшись дожидаться у Порт-Артура крупных кораблей противника, начал охотиться за верткими японскими миноносцами. Но чтоб не спугнуть, тщательно выбирал момент. И своего момента дождался и всадил таки мину в большой японский миноносец серии " Харусамэ". От попадания миноносец практически сразу разломился пополам и ушёл под воду минут за пять. В итоге японцы ещё более усилили внимание и частенько начинали стрельбу по показавшимся им подозрительным предметам на воде, но миноносцы от крепости все равно не отозвали.

На сухопутном фронте в Корее было без особых перемен. Японцы медленно и упорно ползли к Ялу, имея теперь в авангарде больше дивизии. Линевич, а может это был командующий обороной на Ялу Засулич, отозвал от греха подальше оба посланных в Корею пехотных полка к реке, но на правый китайский берег они пока не переправлялись. "Сопровождать" японцев осталась только конница Ренненкампфа. Война шла своим чередом. Стороны готовились к большим сражениям.

-------------

После неудавшегося похода к корейским берегам три русских адмирала - Макаров, Алексеев и Дубасов замыслили хитрость. Они исходили из того, что раз Того, базируясь на Чемульпо, получает, видимо, по радио сведения о выходе из Порт-Артура русской эскадры, то нужно на этом и подловить японцев. Частично на внутреннем рейде, частично на внешнем, где японцы отгородили себе часть прибрежной акватории боном. Японцам нужно господство их флота в Желтом море. Без него они просто не смогут снабжать свои наступающие сухопутные войска. И не смогут начать высадку войск в Бидзыво или в каком-то другом месте Ляодунского полуострова. Достигнуть господства на море Того может, либо заперев русскую эскадру в Порт-Артуре, либо каким-то образом победив или побив её в бою, что представлялось на данный момент не слишком вероятным. Заваливание окрестностей Порт-Артура минами пока противнику успеха не приносило. Следовательно, при подходе японцев к Ялу опять последует брандерная атака на Порт-Артур. Того просто не может её не провести. И если ему не повезет, то он попробует ещё раз. А русский флот пока не мог гарантировать непрорыв собственного защитного бона. Для этого не хватало судов под затопление у бона. Поэтому от каждого крейсерского отряда, выходившего в море на свободную охоту, требовалось привести с собой призы, которые и могли послужить в качестве утопленников в районе бона.

Исходя из всего этого было решено сыграть на привычной картине, которая сложилась в представлениях японцев о подводной лодке. Подлодку обычно выводили в море ночью, и она никуда от Порт-Артура далеко не уходила. Но ведь не уходила она не потому, что не могла, а потому, что её просто не отпускали. А вот этого японцы знать скорее всего не могли. Зато командир подлодки Бубнов уже давно просился в дальний поход. Команда неплохо освоила лодку, так что было решено немного рискнуть. Единственной проблемой было то, что никак нельзя было заранее узнать, где будет находиться эскадра Того в момент выхода русской в море. Если Того не будет у Чемульпо, то было решено попробовать не раз и не два, возвращая лодку обратно в Порт-Артур. Бубнову была поставлена категорическая задача - атаковать только броненосец. И только наверняка. Промаха быть не должно. Если не удаётся подобраться на верный выстрел, то минная атака отменяется, дабы раньше времени не раскрыть возможный радиус действия подводной лодки. Все-таки устраивать генеральное сражение, имея 8 броненосцев в линии против пяти японских было намного сподручней, чем против шести. Со "Щукой" должен был идти крейсер "Новик" просто на всякий случай. Но подходить ближе чем на 40 миль к Чемульпо ему запрещалось. Причём держаться он должен был в стороне от линии Чемульпо - Порт-Артур. "Новик" брал с собой запас соляра для подводной лодки. На всякий случай. За крейсер особо не беспокоились. С его скоростью он сможет уйти от любого более сильного соперника, если не будет шторма, а для японских миноносцев "Новик" являлся натуральным убивцем.

12 мая в темную пасмурную ночь подлодка и крейсер покинули внешний рейд. А за кормой у них произошла очередная стычка русских и японских миноносцев. Все как обычно. Русская эскадра должна была выйти из Порт-Артура утром на третьи сутки после ухода подводной лодки.

Утро 15 мая выдалось пасмурным с резкими порывами ветра. Море было неспокойным. Через низкий корпус подлодки иногда перекатывалась злая волна, периодически обдававшая двух стоящих на рубке моряков холодными брызгами. "Щука" расположилась на вероятной линии следования японской эскадры в 6 милях от берега. Как минимум часть эскадры Того была в Чемульпо. На внешнем рейде стояли броненосец и пара крейсеров. В море ближе к берегу и наоборот существенно мористей дымили две пары миноносцев. Бубнову оставалось только ждать. Лодка находилась в надводном положении, но командир абсолютно не переживал за возможность обнаружения своего корабля. Сейчас его и с двух миль не разглядишь, если точно не знать, что в этой точке находится подлодка. Силуэт низкий, корпус серый, дыма нет. Идеальная маскировка, в чем он сам успел несколько раз убедиться, пытаясь обнаружить свою лодку с борта миноносца или крейсера.