Дух трудолюбия 3 (СИ) - Горн Андрей - Страница 12

И теперь мы, спокойно, не торопясь, ходили по магазину между рядами прозрачных витрин, полными разных вкусных яств за стеклом. Верите ли, гастрономический магазин оказался шикарным в плане богатства выбора. Вышколенные продавцы в отделах наперебой нахваливали свой товар. Предлагали пройтись вместе с ними в холодный подвал магазина - за паюсной икрой, рыбой недавнего копчения и наисвежайшим живым лимбургским сыром. По настойчивой рекомендации набрали себе сыра-лимбургера вместе с всунутым на пробу шахтелем. В фруктовом отделе молодые приятные продавщицы хихикали и кокетливо строили нам глазки, настойчиво предлагая нам попробовать свежую экзотику - кокосы с хранцузских колоний. Отказался, ограничившись набранным в плетеные туески и корзины виноградом, яблоками, бананами и апельсинами -привычным набором ТАМ. В мясной лавке набрали окороков, балыка, колбас копченых и немецких сосисок. В кондитерской хлеба, сдобы и пирожных. В винной лавке набрали по паре вытянутых бутылок бургундского "Шабли", понравившегося мне мозельского и австро-венгерского "Бакатора". Продавать нам вино поначалу не хотели, а Прохор, зараза этакая, где-то в другом зале завис. Но мы выкрутились. Тут очень помогла бумага, выданная сегодня в канцелярии. С гордостью продемонстрировав ее удивленному этим моментом приказчику, после прочтения им немедленно потребовал себе нужный товар. В общем, затарились на славу, уходя из магазина с полными корзинами и туесками свежайших продуктов. Ну и лишились заодно пятнашки целковых. Ну и ладно. Сегодня нам можно, праздник у нас. Гуляем!

Прибытие в столичную квартиру Бардиных прошло как-то буднично. Консъерж в фойе, уточнив в чью квартиру мы прибыли, любезно напомнил нужный этаж, вдобавок рекомендовав воспользоваться работающим лифтом, механизм работы которого сам же и продемонстрировал. Большой лифт с темным кожаным диваном и раскидистой пальмой внутри, тотчас наполнившийся дразнящим запахом копченых колбас, сильно смутивший меня своим дребезгом и лязгом работающих механизмов, поднял всех нас на нужный этаж. Открыв дверь ключом, мы вошли в нужную фартеру. Павел, нащупав по памяти рубильник светильника, повернул его, включая в прихожей тусклый электрический свет, с каждой секундой разгорающийся все сильнее. Гвардеец Прохор помог нам дотащить купленные продукты. Опустив корзины на пол и убедившись, что его клиент уже дома, тут же отпросился, обещая обязательно вернуться наутро, после получения у командира новых распоряжений. Отпустив его, мы с Пашкой закрыли за ним дверь и принялись разуваться.

-Да-а! Похоже твои тут давненько не жили, -едва пройдясь по комнатам, сказал я Пашке, оглядывая накрытую льняными чехлами-покрывалами всю мебель в квартире. Тот не стал спорить, согласившись со мной сразу. На пару вдвоем, по-быстрому, сняв все чехлы, мы привели гостиную в подобие жилой комнаты. После чего, сгрудив коробки из магазина Орлова на столе, вдвоем принялись из них выкладывать свои покупки. Пока Паша искал посуду и приборы, я успел выложить из коробок оставшееся и начать делать бутерброды. Наделав закуски на скорую руку, мысленно подумал о необходимости поиска поварихи. Или же в трактире питаться?

Наконец на столе все было готово. Убрав все лишнее со стола, я предложил Павлу начинать. Он неспешно, словно привыкая к новой жизни, и с громким хлопком вскрыл первую бутылку понравившегося нам мозельского, разлив в найденные и принесенные хрустальные фужеры.

-Ну, за наш день?! Первый день в столице! -предложил я, немного покривив душой. Ведь в столице я уже был.

-И твой титул, ваше сиятельство! За эмансипацию, князь! -с ехидцей в голосе добавил Пашка. Нет, я его точно когда-нибудь прибью.

Наутро вставал с тяжёлой головой. Вечерний гульбарий закончился глубоко за полночь. Как я добрался до кровати -не помню. Размявшись зарядкой и кое-как умывшись, приведя себя в порядок в просторной уборной, имевшей вполне привычный нам вид -с ванной, душевой, туалетом, большим зеркалом на стене, фаянсовым умывальником и идущими по стенам открытыми медными линиями водопровода с медными же кранами на конце. В которых была холодная и, ура-а, текла горячая вода. Долой бани по выходным, да здравствует комфорт, совершенно немыслимый в приюте. Хотя, подозреваю, и во многих домах в столице тоже. Под окном висела чугунная батарея отопления, что было весьма немаловажно в связи с наступающими холодами.

Хорошо было бы найти похожую квартиру с удобствами, ведь долго жить вместе с Бардиными, стесняя их, я был не намерен. А ведь на днях в столицу должна была приехать его сестра. И такое непотребство в гостиной после вчерашнего явно не понравится красивой молоденькой девушке, привыкшей к чистоте и домашнему уюту, наведенному вышколенной прислугой. Решив вначале прибрать за собой, после чего заняться текущими делами, я немедленно приступил к исполнению задуманного.

Вначале нашел в квартире кухню, как-то не довелось вчера. Она оказалась хоть и просторной по площади, но плотно заставленной мебелью с разномастной кухонной утварью, столь необходимой каждой уважающей себя хозяйке. По зеленым стенам висели многочисленные полочки и крючки, с которых свисали вниз рушники, разнокалиберные ковшики, чугунные сковородки, кастрюли- сотейники и даже дуршлаг. В кухонных шкафах под стеклом красовалась фаянсовая посуда на все случаи жизни, откуда собственно ее Пашка вчера и таскал. Понравился бежево-салатовый пол, выложенный в шахматном порядке мелкими квадратиками керамической плитки. Но центром кухни несомненно была нарочито украшенная ажурными вензелями и надписью чугунная угольная плита [email protected] с вытяжной трубой, топкой духовкой, зольником и даже баком для нагрева воды. Все великолепие завершали ажурные подставки, явно служившие для сушки свежевымытой посуды.

-Блин! - познал разницу на собственном опыте: -Не то, что в приюте было. Налили тебе девушки горяченького с кухни и ешь. А на дирижабле, помню, кухня - епархия кока. Никого к ней не допускал, особенно после шариков смоляных. И Лизки рядом нет. А тут как? Как эту хрень включать-то? Хорошо бы чайку бы горяченького. Нет, если соберусь жить в квартире, обязательно нужна кухарка. - с этими мыслями я принялся лазить по плите, открывая друг за другом ее секции. В одну из них дунул и ... Пф! Кх-кх-пф, тьфу!

Оттуда полетела угольная пыль с золой. Прямо в глаза. Спрашивается, и зачем я полез?

Пока таскал грязные тарелки со стола и накопленный с вечера мусор на кухню, проснулся Павел. Спросонья позевывая и прихорашивая, ставшими непослушными за ночь, свои волосы, он во все глаза наблюдал за моими действиями на кухне. Но до конца успеть прибраться не удалось, когда со стороны входной двери послышался металлический лязг вставляемого и проворачиваемого кем-то дверного ключа.

Дверь открылась и пятясь задом, одновременно возясь с непослушными ключами в замочной скважине, совершенно не замечая нас, в квартиру вошла молодая женщина лет тридцати.

-Уфф, простите! Не заметила. Вы, верно, только-только с дороги? -внезапно увидев нас, от испуга незнакомка охнула, чуть не выронив ключи из своих рук. После чего улыбнулась и тут же спрятала улыбку: - Ох, вы уже тут? Думала я, господа молодые прибудут лишь к нонешнему вечеру. Петр Алексеевич намедни прислал телеграф с уведомлением о вашем скором прибытии в квартиру. Вот я и пришла, к приезду вашему управиться хотела. И комнаты сготовить - для двух господ и молодой хозяйки. Ну ничего, я тут мигом управлюсь. Голодны небось?

Гостья уже снимала с себя ситцевый платок и габардиновую накидку, под которой скрывался темно-коричневый жакет. Завершалось одеяние закрытым платьем из недорогого коленкора с высоким, до горла, воротником, фасон которого придавал ей весьма простой и строгий вид, более соответствовавший прислуге, чем даме благородного сословия.