Запрет на любовь (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas" - Страница 34

— Давай не будем об этом, — устало мотнула головой. — Тем более сейчас. Я, правда, устала как собака. Дико хочу помыться и поесть.

Тимур благоразумно промолчал, хотя слышала в его упрямом пыхтении недовольство.

В квартиру Бажова входила осторожно, словно боялась, что мне на встречу выскочит она из его девок, но нет, нас встретила волнительная тишина. Я помялось несколько секунд:

— Так и будешь в коридоре стоять, или всё… — Тимур не договорил, но его насмешка была и так красноречива. Несмело шагнула в совершенно простенькую квартирку, с минимумом мебели и… в милом беспорядке.

— Я тебя сожру, если не накормишь, — над ухом прошелестел Тимур, заставив улыбнуться и… разволноваться сильнее.

— А душ принять? — обронил мысль.

— Круто, раздевайся.

Глава 19

Глава 19

POV Алия/Аля

— Лучше еда, — не мешкая, согласилась я. Увернулась от рук наглеца, пыхтящего в затылок и уже скользящего ладонями по моим бёдрам.

— Если ты меня кормить будешь… женюсь, не думая.

— Пока у нас вынужденные уборки и ремонты, буду, — кивнула решительно, — но замуж за тебя не выйду, — отрезала, запоздало осознав, что улыбалась.

А когда он на меня опять своим пронизывающе-трахающим взглядом посмотрел, поняла, что сейчас на него наброшусь… Теперь я буду насиловать.

Правда на пороге кухни запнулась. Я ведь не представляла какая ситуация у соседа из-за моего потопа. А вот теперь увидела. Я дико хотела в душевую, но смысл её принимать, если… мне тут ещё убираться!

Чертыхнувшись, принялась за готовку. Ничего эпохального и сложного. Что быстрее и сытнее. Яйца, бутерброды, чай…

— Хватит, — буркнул Тимур, нетерпеливо сидя и по столу пальцами тарабаня. — Быстренько есть, и опять делами заниматься.

— Ты собираешь опять ко мне? — изумилась, расставляя чашки и тарелки с приготовленным.

— Да, — отозвался уже с набитым ртом Тимур. — Но ночевать всё равно у меня будешь.

— Исключено!

— Это не обсуждается, — на миг перестал жевать и тон был самый что ни на есть категоричный. — У тебя никак. Я окна открою, и обогреватели поставлю, чтоб циркуляция была. А завтра… завтра можно и за ремонт будет взяться.

— Ты настолько решительно настроен?

— Я не кидаю слов на ветер, — пристально смотрел на меня Тимур. — И насчёт тебя тоже. Ты мне нравишься. Очень. И я хочу продолжать с тобой видеться.

Мне кусок в горло не лез, я отложила вилку, опустила глаза.

— Тим, я не…

— А я не предлагаю выйти за меня. Меня вполне устроит… на что согласишься, даже на редкое и тайное, раз ты так зациклена на запретах. Мне оно тоже подходит, я ведь чертовски хорош собой. Я неплох в спорте. Я не последний парень… Мне узами брака и серьёзными обязательствами тоже не особо хочется замарачиваться.

Я застыла. Он так всё разложил дико. Вроде удобно и хорошо, но и уничижающе… для женщины которую в себе, казалось бы, похоронила. Понятно, что не хотел оскорблять, но вышло… Вроде, будем трахаться, когда есть время, но тихенько за спинами всех.

— Это тоже никак, — нашла силы зазвучать. А потом язык первее мысли сработал:

— Но у нас есть пару дней. Я могу пообещать тебе их. Только их.

Взгляд Тимура посуровел, потом смягчился, пока серость из тёмной и грозовой вновь не просветлела.

— Это твоё условие? Или ещё есть?

— В пределах наших квартир — я даю нам два дня, — меня от волнения потряхивало, даже голос дрожал, потому что… это ВСЁ было зря. Это было глупо и необдуманно. Поступки на поводу низменных чувств и желаний, делающих меня безотвратно тупой и неосторожной.

— Но на улице, в лифте, — разумная часть меня ещё окончательно не умерла, — где угодно за границами квартир — ты ко мне не приближаешься! Ни при каких условиях! Максимум — поздороваться! Если ты согласен…

— Но в пределах квартир — ты моя! — отрезал Тимур, кусок хлеба откусив. — Без границ и запретов.

— Два дня! — я цеплялась за это.

— Ты моя без границ и запретов! — вторил, настаивая на своём сосед.

И я опять сдалась.

— Да, а теперь ешь, иначе я буду жить на улице!

Ел быстро и молча, хотя взглядом по мне шарился. Вдумчиво, словно собирался что-то сказать. Меня распиралось отменить нашу договорённость. Но видимо я ещё та шлюшка, познавшая, что такое химия тел. И допивая чай, я остановилась на мысли, что вот такие чувства и крышесносный секс — хуже и опасней наркотика.

Как бы не боялась, что Тимур отбросит все дела и будет меня пытаться затрахать, этого не случилось. Хотя он в своей милой манере поблагодарил:

— Спасибо, что не дала умереть от голода, — и добавил:

— Я, конечно, не наелся, а так… немного перекусил, — при этом зажал меня на пару минут у мойки, где я свою посуду мыла. — И десертом не угостила, — промычал с мукой и на такой интимной частоте, что я едва на ногах держалась и в сознании, а потом наглец благоразумно буркнул:

— Сейчас не до развлечения, но ночью ты от меня не отобъёшься, грязью не откидаешь, — шутливо подмигнул, ещё и поцелуем ужалив в шею.

Рассмешил… И, чёрт возьми, душу травил. Ведь дел и правда было много, а от мысли, что я осмелилась на «преступление», меня вообще раздиралось от волнения.

Упорно вела спор с собой и ответ выискивала: почему не отказала, как делала обычно? Почему я стала такой слабой?

Ответ пришёл быстро — потому что парень меня зацепил. Потому что я впервые чувствовала что-то к мужчине. Тимур первый, кого хотела Я.

— Дуй отсюда, — смутилась своей реакции и опять включила су*у. — У меня дел много. Дай хоть у тебя порядок наведу, — почти вытолкала, и дверью хлопнула.

Пока занималась уборкой, поставила на ужин что-то более существенное — тушеный картофель с мясом.

А потом выпала из времени. Так заубиралась, что не заметила возвращения Тимура.

— Мне нравится, как ты смотришься в моей квартире, — его голос застал меня врасплох, когда домывала последние метры полов, зацепив и коридор.

Представив какой «вид» его устроил» лишь фыркнула:

— Не привыкай, это ненадолго!

— А ты не кусайся, — примирительно обронил Тим, глазами свою кухню обшарив.

На самом деле я частично разгрузила, чтобы уборка была более качественной, и теперь помещение сильно пустовало. Я же не знала, что дальше делать. Ремонт переделывать, чтобы хоть как-то возместить ущерб? Благо не так много, судя по разводам на стенах — стены большей степенью плиткой заложены, не так пострадали, а вот обои ещё смотрелись не очень, а вот ламинат вздуться не успел — повезло.

— Нормуль, — цыкнул Тимур. — Сойдёт. Главное не свисают, — явно тоже на обои глянул. — Надеюсь кушать готово! — тотчас поменял тему. И Меня таким взглядом ошпарил, что я тотчас жаром задалась.

— Готово, — кивнула. — Но сначала я приму душ! — отрезала строго.

19.2

Моё удивление, когда я стояла под душем и наслаждалась приятной, прохладной водой взлетело до отметки «шок», только ко мне бесцеремонно присоединился Тимур. Я невнятно пыталась что-то сказать, как-то выставить, дать понять, что устала и вообще не готова, но ему было всё равно. Он даже не слушал. Шторку душевой с шелестом запахнул и меня совершенно не по пацаний сгрёб в объятия, затыкая поцелуем:

— Теперь моя территория и моё время, — прошептал прежде, чем обвисла на его шее, уже принимая условия.

— Тим, — всхлипнула, когда меня в рывок по стенке мокрой приподнял, протискиваясь между ног. — Тим, — задыхалась его не мягкими, а жадными поцелуями, вышибающими из меня остатки разума и уносящими в водовороте хмельных чувств.

— А-ах, — прогнулась, когда мальчишка шею опалил не то поцелуем, не то укусом. — Тим, — вторила как идиотка, не в силах что-то внятное сказать. — Да-а-а, — содрогнулась в микроэкстазе от остроты чувств, когда с бархатным рыком Тимур заглотил болезненно взбухший сосок. Языком описал круг и напоследок прикусил за торчащую горошину…