Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 113

— Так, может, после отпуска дома останешься? — вспомнила я ее давние намерения. — Пойдешь на второго, как собиралась…

— Не сейчас, — замотала головой Светка. — Это мы уже обсудили. Вот подойдет Олежке время в школу идти, тогда мне будет в самый раз пару лет дома посидеть — присмотреть за ним, чтобы сразу привык, что сначала — уроки, а все остальное потом.

— Давай тогда я поспрашиваю, кому переводчики нужны, — предложила я.

— Да подожди ты! — досадливо бросила она. — Я еще сама не знаю, где спрашивать. В отпуске как раз подумаю, посмотрю, какие предложения есть — может, что-то интересное подвернется. Лишь бы Сергей опять не начал со своим «Занималась бы ты ребенком» давить…

— А я бы с удовольствием дома оставалась, — подала вдруг голос Галя, — и с одним, и с двумя, и с тремя…

— С удовольствием ты будешь дома год оставаться, — ответила ей Светка, — ну, полтора от силы. А потом тебе начнет обычной сумасшедшей круговерти не хватать.

— Ну, мне и сейчас круговерти хватает, — усмехнулась Галя.

— Это понятно, — кивнула Светка. — Сейчас у тебя в жизни каждый день что-нибудь новенькое случается — и столько его, что не знаешь, за что хвататься. Это — как в отпуск на дачу: все радости и печали в одном месте сосредоточились, и никуда бежать не нужно. Но через время эти уютные стены на тебя давить начнут, и захочется назад, на простор.

— Ты думаешь? — недоверчиво спросила Галя.

— Я знаю, — уверенно проговорила Светка. — Здесь я с Анатолием полностью согласна — рано или поздно любая новизна в колею войдет, и начнешь чувствовать себя роботом у конвейера. И если так у него и останешься, то однажды спишут тебя в утиль, когда заданная программа морально устареет.

Я занервничала. У меня ведь тоже до декрета две недели осталось, и нарисованная Светкой перспектива оптимизма мне не прибавила. Уходить с работы мне даже сейчас не хотелось, никаких особых физических неудобств — с машиной и удобным стулом в офисе — я не испытывала. Оставаться же потом целый день в одиночестве, пока у всех остальных жизнь ключом бьет…

— Ну, почему же устареет? — подумав, возразила Галя. — Ведь ребенок растет, развивается — и ты вместе с ним.

— У плиты и стиралки особо не поразвиваешься, — хмыкнула Светка. — И главное — перестаешь замечать, что на месте топчешься. Я, как на работу вышла, только тогда и заметила, насколько от жизни отстала. А дети все новое мгновенно, вместе с воздухом усваивают, и так глядишь — однажды вдруг понимаешь, что на разных языках с ними разговариваешь.

— Ну, мне до разговоров еще далеко, — жизнерадостно улыбнулась Галя. — Мне сейчас главное, чтобы Даринка здорова была.

— И насчет здоровья я тебе скажу, — подхватила Светка, — вначале Олежка, конечно, болел — он вообще всегда легко простуживался — а вот весной я заметила, что сквозняки нам уже не страшны. Я и с врачами говорила, они мне объяснили, что все эти простуды иммунитет укрепляют. Причем чем раньше, тем лучше.

Галя нахмурилась. У нее явно в голове не укладывалось, что болезни могут оказаться чем-то полезным.

— И потом, — продолжила Светка, — ты же не станешь спорить, что ты ее балуешь?

— Ничего я ее не балую! — возмутилась Галя. — Она вообще очень спокойная — и по ночам спит, и днем лежит себе, рассматривает все вокруг. По вечерам особенно.

— Будешь, — уверила ее Светка. — Она у тебя еще такая хорошенькая — прямо так и хочется все для нее сделать. А всю жизнь ты ее возле себя держать не сможешь — ей и во дворе с другими детьми играть придется, и в школу идти. Как она там себя будет чувствовать, если привыкнет, что ей ни в чем отказа нет?

— Это ты Тоше лучше скажи, — проворчала Галя, — вот, кто ее балует.

— Это я заметила, — усмехнулась Светка, и вздохнула. — Жаль, что он крестным не смог стать… Слушай, — вдруг оживилась она, — а может, тебе его в обычные отцы взять?

Я заерзала на стуле. Вот — не одной мне эта мысль здравой кажется! Но, к сожалению, не Гале с Тошей — их обоих сложившееся положение вполне устраивает.

— Да я бы уже и не против… — Галя замялась. — И Даринка с него глаз не сводит, и я сама уже к нему как-то привыкла… Мы вообще, как одна семья, сейчас живем, кроме, разве что… — Она покраснела. — Но не делать же мне ему, в конце концов, предложение!

У меня просто челюсть отвалилась. Я быстро водрузила ее на место, чтобы наружу не вырвался торжествующий вопль. Та-ак, похоже, у меня опять открылось навечно, казалось бы, запретное поле деятельности. Я начала прикидывать, как бы мне незаметно выбраться в сад и отвести Тошу в сторонку на пару слов. Заодно бы глянула на характер разрушений в горячей точке.

— Да от таких, как он…, - Светка пожевала губами, явно подыскивая подходящее определение, — … не от мира сего… предложения вряд ли дождешься…

Галя отчаянно замотала головой.

— Ну, тебе виднее, — махнула рукой Светка. — Но в отношении работы я тебе точно говорю — возвращайся, как только сможешь. Всем лучше будет.

— Да я уже и не знаю, куда я возвращаться буду, — пожала плечами Галя. — На мое место взяли ведь уже человека.

— Да? — Светка вопросительно глянула на меня.

Я поняла, что разговор с Тошей откладывается — не хватало еще, чтобы Галя из-за Марининого желания поупражняться в роли карателя крест на нашей фирме поставила.

— Взяли, — неохотно подтвердила я Галины слова. — Но я очень сомневаюсь, что она у нас долго продержится.

— А что так? — заинтересовалась Галя. — Тоша мне ничего не рассказывал.

— А что он тебе должен рассказывать? — скривилась я. — Девица нахальная, впереди всех норовит выскочить — ты знаешь, как у нас к этому относятся. Я уверена, что Сан Саныч тебя с радостью назад возьмет.

— Ну, время-то еще есть, — задумчиво покивала головой Галя. — Кто его знает, может, и притрется еще…

— Ничего она не притрется! — вскипела я, чтобы не дать росткам сомнения укрепиться у нее в голове. — Ты себе не представляешь, как ребята тебя ждут — дня не проходит, чтобы кто-нибудь о тебе не вспомнил.

Галя растроганно улыбнулась. Вот так — пусть даже и не мечтает о том, чтобы новую работу искать. А то мы без обеих останемся.

— А вместо тебя уже тоже кого-то присмотрели? — глянула на меня с прищуром Светка.

— Эта новенькая и переводчиком может работать, — беспечно дернула плечом я, и вдруг замерла.

Вместо меня Лариса сможет поработать, пока ее не уволят — чего я от всей души желаю. А потом что? Без переводчика Сан Саныч точно не обойдется. Так что выходит, что это не Гале, а мне придется новую работу искать — сейчас я уже точно вижу, что дома всю жизнь сидеть не смогу. Может, мне временную корректировку в душевные желания внести — пусть Ларису уволят, когда я буду готова вернуться?

Как-то мне очень неудобно стало. Получается, что я желаю, чтобы ребята с Сан Санычем еще минимум год под воздействием темных сил оставались? И кто я после этого? С другой стороны… Она в последнее время явно утихомирилась, и весь наш дружный коллектив как будто научился ставить ее на место, и Сан Саныч всегда умел подчиненных в руках держать… С кем бы мне поговорить, чтобы они этот свой, в конечном итоге, безболезненный эксперимент как следует провели?

С моим ангелом нельзя — он мне до конца жизни беспринципностью глаза колоть будет. С Мариной тоже — после того, как я ее сама упрекала в том, что она нам на шею темного ангела повесила. До главного карателя бы добраться, но как? Я почему-то ни секунды не сомневалась, что мой ангел не одобрит моего желания пригласить того к нам на чашку чая. Остается…

Ну, вот — я же говорила, что нужно срочно в сад! И дело совсем не в моих личных интересах — я должна убедиться, что Тоша не попал случайно в список побочных потерь…

Он словно услышал мой отчаянный призыв — материализовался у крыльца с коляской и словами: «Она кушать хочет». Не случайно я с первой минуты нашего знакомства почувствовала в нем чуткость и отзывчивость. Мне и общий язык с ним всегда было проще, чем с другими ангелами, находить, и ни в одной просьбе он мне еще не отказывал… Ой, стол, кажется, деревянный — нужно постучать!